Люди войны (ЛП) - Шеттлер Джон - Страница 65

— Поразительно, — сказал Вольский.

— Таким образом, вы сможете узнать, что все закончилось как надо. Затем я отправлюсь в Кизляр по транссибирской магистрали.

— Это огромное расстояние, — вмешался Карпов. — Что, если вы не сможете добраться туда и обратно? Вспомните, что произошло с Марковым! Вы сами сказали, что он оказался застрелен милицией на набережной через несколько минут после того, как оказался там.

— Я бы не стал об этом волноваться, капитан.

— Почему?

— Потому, что со мной будет Трояк, — Сказал Федоров, сложив руки на груди.

— Трояк? — Удивился Карпов. — Вы говорили с ним об этом?

— Сегодня во второй половине дня. Он вызвался добровольцем вместе с двумя своими лучшими бойцами. Кроме того, он показал мне устройство связи, по которому вы могли бы отслеживать нас для эвакуации. Они используют их при проведении специальных операций.

— Вы все ему рассказали? Он и его люди понимают риск?

— Они понимают, что поставлено на карту.

Вольский улыбнулся.

— Ну и ну… Да, если вы возьмете с собой Трояка, вы, безусловно, оставите письмо и, я полагаю, доберетесь до Кизляра. Я не сомневаюсь в этом. Но не обольщайтесь, Федоров. Это все еще очень опасно. Трояк и его бойцы одни из лучших на нашем флоте, но они все равно люди, а не роботы. Пуля легко убьет и их, и вас.

— Я понимаю, товарищ адмирал. Мы готовы пойти на риск.

— Я восхищаюсь вашей храбростью, но может оказаться так, что «Киров» не сможет забрать вас.

Федоров знал, что это было самым слабым звеном в его плане. «Киров» вскоре мог оказаться в бою, и никто не мог гарантировать, что корабль переживет его или просто сможет найти способ отойти в сторону и использовать стержень №25, чтобы вернуться за ними. Но у него был и другой план.

— Есть другой вариант, товарищ адмирал. «Киров» не единственный корабль с ядерным реактором. «Анатолий Александров» сейчас находится на Каспийском море, и он оснащен двумя реакторами КЛТ-40Б — точно такой же номинальной мощности, как и у реакторов «Кирова».

— «Анатолий Александров»? — Удивился Карпов. — Это просто плавучая атомная электростанция. Она была доставлена в Каспийск и используется «Газпромом» для обеспечения своих буровых работ на морском месторождении Кашаган. Но я не думаю, что она даже укомплектована экипажем на данный момент. — Карпов знал обо всем этом, так как был чиновником в «Газпроме» до того, как уйти на флот.

— Совершенно верно, товарищ капитан. Она полностью работоспособна, но еще не направлена к месту работ и не укомплектована экипажем — то есть просто идеальна для моего плана. Все, что нам нужно, это отправить Добрынина и группу инженеров с группой морской пехоты с корабля. Станция стоит на якоре в десяти километрах от Каспийска и всего в примерно 120 километрах к югу от Кизляра! Мы может доставить стержень №25 на аэродром Уйташ уже сегодня. У нас там имеется база береговой охраны, корабли на воздушной подушке, вертолеты и целая 77-я гвардейская бригада морской пехоты[110]. С приказом адмирала мы могли бы легко взять под контроль «Анатолия Александрова» и тайно установить стержень №25, что перенесет в прошлое всю станцию. Она имеет водоизмещение всего 21 500 тонн, меньше, чем «Киров». Возможно, мы сможем также переместить один из новых десантных кораблей из Каспийска. Я полагаю, что там мы сможем найти «Лейтенант Римский». Он имеет запас хода до 1 000 километров, требует лишь шестерых членов экипажа и можете брать на борт 140 тонн груза — скоростные катера на воздушной подушке, вертолет, и даже танки. Если мы подведем его вплотную к «Анатолию Александрову», я полагаю, реактор сможет переместить и его. Это обеспечит нашей морской пехоте мобильную платформу для быстрой эвакуации и несколько козырей на случай проблем. Мы сможем связаться с ним по рации и выйти к точке встречи. Вы сможете подобрать нас где-нибудь на Каспийском побережье!

- Поразительно, — сказал Вольский. — У вас уже спланирована вся операция. — Он сел, на мгновение задумавшись и понимая, что насколько бы странной не выглядела эта операция, они должны были попытаться.

— Очень хорошо… Операцию разрешаю. Однако, Федоров, почему бы вам не отправиться из Астрахани? Зачем рисковать в долгом пути с востока?

— Потребуется много времени, чтобы подготовить все на Каспии, товарищ адмирал.

— Да, я полагаю, несколько дней, возможно, даже неделя.

— Однако я могу отбыть сегодня вечером. Да, путь в 1942 году будет долгим и трудным, но если мы не начнем действовать немедленно, ситуация может усугубиться. Кто знает, что случиться через неделю? Мы должны действовать немедленно, товарищ адмирал. Я отмечу в письме день, в котором мы окажемся, как и было запланировано. Мы знаем приблизительное время, в которое мы сможем переместиться из инженерного центра, но не с «Александрова».

— Предположим, вы переместитесь в сентябрь 1942, как и Марков, но что, если «Александров» переместиться в другое время, возможно, в 1943 или 1944? Или не переместится вообще?

— Это риск, на который нам придется пойти, товарищ адмирал. Если спасатели прибудут позже, мы их дождемся. Если они не придут… Ну что же, я напишу вам длинное письмо. — Федоров улыбнулся, но было понятно, что он слишком хорошо понимал, что после этой ночи мог уже никогда не увидеть мир, в котором был рожден, или хотя бы его подобие вроде этого.

— Очень хорошо, — тяжело сказал Вольский. — Отправляйтесь в испытательный центр и свяжитесь со мной по закрытой лини, когда будете готовы. По моему приказу Добрынин начнет процедуру. Затем я немедленно отдам соответствующие приказы отправлю Добрынина с инженерами и отделением морской пехоты самолетов на Каспий. Адмирал Камилов, командующий Каспийской флотилией, мой старый друг и я смогу организовать все, что может понадобиться Добрынину. Остальная часть контингента морской пехоты корабля также отправиться с ними. Все это будет сверхсекретной операцией.

— Спасибо, товарищ адмирал!

— Не благодарите, Федоров. Мы можем уже никогда вас не увидеть.

— Мы выполним эту задачу, товарищ адмирал. Я в этом уверен.

— Я верю вам… И пусть Бог поможет вам. Но что, если операция потерпит неудачу и вы окажетесь запертыми в прошлом?

— Я думал об этом, товарищ адмирал, и у меня есть решение.

— Решение? Что вы намерены делать?

— Нам придется покончить с собой. Это звучит жутко, но это единственный выход.

Никто не ответил. Затем Вольский потер лоб и тихо сказал с печалью в голосе:

— Орлов услышал зов сирен, а теперь мы следуем за ним. Прыгаем прямо за борт, даже если видим, что берег устелен черепами. И этот зов слишком часто является зовом смерти. Будем надеяться, что вам и остальным не придется заплатить такой цены.

Он снова взглянул на гавань, на «Адмирала Лазарева», и глубоко вздохнул.

— Тем не менее, это оставляет нам свободу действий здесь и сейчас. — Он повернулся к Карпову.

— Что же касается вас, капитан, то сегодня ночью вы поведете Краснознаменный Тихоокеанский флот в море. Погода ухудшается, и, похоже, надвигается шторм. Он поможет скрыть наше развертывание на некоторое время. Я отозвал «Адмирал Головко» и «Орлан», чтобы они составили «Кирову» компанию. Вы также получите «Варяг», четыре противолодочника и нашу лучшую подводную лодку — «Казань». Остальные подводные лодки уже развернуты широкой дугой к востоку от побережья Японии.

Он подался к Карте, показывая Карпову свой план.

— Вашей задачей будет выйти в море под прикрытием шторма и встретиться с группой «Адмирала Кузнецова», после чего ударить себя в грудь. У нас нет не надводных сил аналогичной огневой мощи в пределах тысячи миль, но у вас будет авиагруппа «Кузнецова» и вся доступная береговая авиация. Вы получите самую мощную ударную силу на море, и пока Федоров отправиться в свои книги по истории, вы поведете «Киров» и весь флот к Курильским островам к северу от Хоккайдо. Я назначаю вам исполняющим обязанности командующего оперативной группы. Вам ясно?