Люди войны (ЛП) - Шеттлер Джон - Страница 62

— Совершенно верно, — сказал Вольский. — Сегодня мы получили сведения, что китайцы раскочегаривают старый авианосец, который купили несколько лет назад. «Ляонин» светится на инфракрасных системах и готовится выйти в море в Даляне». Мы видели на спутниках переброску дополнительных J-15 и новых J-20. На этот раз они формируют мощное соединение. Не оно ли фигурирует в следующем инциденте, описанном в газете?

— Так точно, товарищ адмирал, — ответил Федоров. — Тем не менее, в статье говорилось о том, что американская подводная лодка потопила «Ляонин» в отместку за гибель «Ки Уэста». Но мы уже переписали эту часть истории.

— Возможно, однако я думаю, что атака на «Ляонин» будет четким сигналом китайцам, что им не следует пытаться вторгнуться на Тайвань.

— Так точно, товарищ адмирал, но это слишком опасный способ сделать нечто подобное. Для этого будет достаточно телефонного звонка или выступления в ООН.

— Верно, — улыбнулся Вольский. — Возможно, американцы будут действовать разумно, и этой атаки не случиться. Но вспомните Достоевского: «для того, чтобы поступить умно, требуется нечто большее, чем ум». Мне не дает покоя вопрос, есть ли у американцев этот недостающий фактор. Они вышли на мировую арену во времена Второй Мировой войны, и им не нравится, что китайцы начинают качать права. Поэтому они могут поступить глупо.

— Что же, товарищ адмирал, похоже, что мы лишь купили отсрочку на пару недель. В той статье говорилось, что «Ляонин» был потоплен 7-го сентября, а сегодня 21-е, и он лаже еще не покинул Даляня. «Эйзенхауэр» сейчас находится в Малаккском проливе и приближается к Сингапуру. Предполагалось, что он был потоплен еще неделю назад, следовательно, смешение составляет около двух недель. Это время ушло на инцидент у островов Дяоютай и словесную войну в ООН. К сожалению, возможно, это даже ухудшило ситуацию. В нее оказались вовлечены японцы, однако в той статье об этом не упоминалось ни разу. Это означает, что теперь США обязаны выполнить сразу два договора. Это может подтолкнуть их к более решительным действиям.

— Вопрос в том, станут ли американцы атаковать «Ляонин», — сказал Карпов. — Если они это сделают, костяшки домино начнут падать, как и раньше. Но даже если они не атакуют его, я полагаю, костяшки просто начнут падать по-другому.

— Верно, — сказал Вольский. — Вот почему, как бы странно это не звучало, есть какая-то мудрость в том, чего хочет Москва. Если мы проведем крупную демонстрацию силы, это может убедить американцев, что им придется иметь дело и с нами, помимо китайцев. Это может заставить их остановиться и, возможно, даст время для переговоров. Я уже говорил с адмиралом Ричардсоном и высказал свои соображения. Он показался мне разумным человеком, но вскоре гражданское руководство может заставить его действовать, как и меня сейчас.

— Сегодя поступили сведения, что адмирал Гортни может получить Адмирала флота и заменить его, — сказал Федоров. — Очень редко можно увидеть в американском флоте пятизвездного адмирала. Это звание присваивается только в военное время.

— Да, американцы посылают этим очень сильный сигнал. Ричардсон пришел с подводных лодок стратегического назначения, но Гортни боевой адмирал, выросший на авианосцах. Будем надеяться, что китайцы поймут намек. Будем надеяться, но у них не было восьмидесяти лет Холодной войны с американцами. У нас наработано определенное чутье, мы понимаем нюансы подобных действий. Китайцы, возможно, еще не умеют играть в подобные игры. Они сделали первый шаг, разыграв пешку, бросая вызов японцам из-за этих бесполезных островов, но теперь понятно, что они хотят сделать ход конем на Тайвань. Разумеется, американцы разыграют «Руи Лопеса», и выдвинут слона в виде авианосных ударных групп, дабы блокировать этого коня. — Он имел в виду знаменитую шахматную партию Руи Лопеса, в ходе которой белый слон немедленно блокировал ход черного коня. — Однако, что касается тех шагов, которые мы должны предпринять и послания, которое мы должны отправить… Я боюсь, что в РВСН сейчас никто не спит. — Он имел в виду командный центр российских ракетных войск стратегического назначения. — Ракетных шахты под Свободным могут в скором времени начать прогревать пусковые. Надеюсь, что ничего не случиться, но в ближайшее время у меня точно будут приказы для вас. Я надеюсь, корабль готов к выходу в море, Карпов.

— На прошлой неделе мы сделали многое, товарищ адмирал. Люди Быко работают над заделкой подводной пробоины день за днем, и мы завершили многие работы внутри корпуса. Комплекс «Фрегат» снова запущен, а на вершине передней надстройки установлена новая станция, хотя предстоит еще немало работы, чтобы ввести ее в строй. Но что касается кормовой цитадели, то, я боюсь, все, что мы могли сделать, это расчистить ее от обломков и подновить краску. Они установили несколько голых стальных балок, чтобы поддержать перекрытие, и установили некоторые усиливающие элементы, но там нет никакой брони, о которой стоит говорить. Мы просто храним там припасы и оборудование. Ущерб, нанесенный взрывом бомбы, исправлен, но у нас все еще нет системы управления огнем комплекса «Клинок», так что мы, скорее всего, останемся без него. Однако я приказал перезарядить пусковые. Они в любом случае у нас будут и Роденко проверит, возможно ли переключить их на работу от носовых РЛС. Чтобы компенсировать эту потерю, они заменили наши С-300 новой замечательной системой.

— С-400?

Карпов утвердительно кивнул.

— Все три варианта дальности. — Новейший российский корабельный зенитно-ракетный комплекс С-400Ф «Триумф» были зенитной системой «премиум-класса» за счет новейшей ракеты большой дальности 40Н6, имевшей дальность поражения 400 километров и мощную 180-килограммовую боевую часть[109].

- Это станет неприятным сюрпризом для американцев, — сказал адмирал.

— Согласен, товарищ адмирал. Что касается остального вооружения, мы закончили погрузку «Москитов-2» и других ПКР этой ночью, и убрали погрузочное оборудование.

— Когда корабль будет готов к выходу в море?

— Корабль готов, товарищ адмирал.

Федоров беспокойно посмотрел на него и заговорил, запинаясь, но набираясь все больше и больше решимости.

— Товарищ адмирал… У меня есть просьба. Вы знаете об инциденте с Марковым в испытательном центре?

— С тем, что пропал без вести? Да, Добрынин доложил мне, но я был слишком занят, чтобы следить за этим. Я получил ему опечатать объект. Полагаю, вы провели какое-то разбирательство, Федоров?

— Так точно, товарищ адмирал, — он поведал ему о том, что обнаружил изменения в книге по военно-морской истории и своих соображениях насчет Орлова. Карпов стоял, сложив руки со вроде бы безучастным видом, но явно следил за ситуацией.

— Очень странно, — сказал Вольский. — Вы подозреваете, что британцы обнаружили статью в журнале и отменили операцию, а затем ваша книга изменилась? Это несколько тревожно, если это правда.

— Товарищ адмирал, изменилась только одна книга — та, что я купил в городе, когда мы прибыли сюда. Моя старая книга не изменилась.

— И что это означает, Федоров?

— Это означает, что мы находимся в привилегированном положении, товарищ адмирал. Мы не подвержены влиянию изменений истории, по крайней мере, так я считал раньше. Но потом я обнаружил кое-что еще. Еще один член экипажа пропал без вести в тот же день, что и Марков, матрос Ёлкин из снабжения. Он отправился в город по поручению Мартынова и не вернулся.

— Понятно, — сказал Вольский. — Но, насколько бы мне не хотелось этого признавать, он мог и просто уйти в самоход. Кто знает, почему он пропал? Возможно, у него нашлась подруга или что-либо другое, что заставило его уйти.

— Возможно, товарищ адмирал, но я проверил. Инспектор Капустил был возмущен, когда обнаружил, что в Москве нет никаких документов на людей из предоставленного нами списка погибших. Теперь же к ним можно добавить еще одного — Ёлкина. Я проверил через Москву. Там нет никаких сведений о том, что такой человек когда-либо был поставлен на воинский учет.