Сувенир с Мирассы (СИ) - Брандеска Марлона - Страница 141

- Ты, никак, собрался надуть мою подругу? – прыснула я. – Передумал жениться?

- Нет, не передумал, но время перевоспитывать её ещё не пришло, к сожалению. Короче, Тэш, ты мне очень нужна… Поможешь? Мне просто нужно, чтобы ты сходила со мной на этот маскарад и держала меня всё время за руку!

Я скептически посмотрела на мечту всех женщин. М-даа, похоже, действительно допекла его подруга своим вниманием…

- Когда этот бал будет?

- Через месяц.

- Очень хорошо. Если ты пообещаешь, что не станешь мешать мне учиться, что не пришлёшь ко мне своего ненормального визажиста, что не станешь покупать какие-то дико экстравагантные и дорогие вещи, я с тобой пойду.

Некоторое время стратег недоверчиво смотрел на меня, словно не совсем доверяя своим ушам. Но потом обречённо вздохнул и ответил:

- Обещаю. Но взамен прошу, чтобы ты наряд и макияж согласовала со мной. Заранее.

Я сделала попытку тихо зарычать, но мачо остался непреклонен. Пришлось кивнуть.

- Кстати, Лавиния тоже будет на балу, – подсластил пилюлю Эдор.

- Да? – удивилась я. – А с кем тогда останется Маугли?

- Придумаем. В крайнем случае, три дня он и один побыть может…

- Три дня?! Почему так долго?

- Ну, Жужелица… Это же тебе императорский маскарад, а не простые танцы в клубе. Такой бал готовится долго и тщательно, и гости тоже должны готовиться долго и тщательно, понятно?

- Понятно, – проворчала я.

- Кстати, я привёз тебе правила этикета для таких сборищ, изучи, пожалуйста, на досуге, пригодится. И не надо зыркать на меня глазами! Самой ведь проще будет.

- И зачем тебе только двери сегодня открыли, – с сожалением пробормотала я. – Как спокойно было…

- Мне не открывали, я сам вошёл, – гордо ответствовал стратег, допивая кофе.

- А жаль, – грустно резюмировала я. – Лучше бы тебе не открыли…

Сувенир 45

К счастью, обещание своё Эдор сдержал, и до самых экзаменов больше не появлялся. Кстати, и сами экзамены не оправдали моих страхов: преподаватели словно сговорились поскорее отвязаться от меня. Когда я попыталась напомнить, что готова ответить на их вопросы после изложения основной экзаменационной темы, глава комиссии выразительно посмотрел на меня и сказал:

- Идите уже, студентка Вайберс. Мы все и так впечатлены, не надо доводить нас до нервного потрясения своими знаниями. Эдак можно и комплекс неполноценности заработать…

А ещё один преподаватель, который совсем недавно, до приступа моего учебного безумия, критически оценивал любые попытки получить высший балл по его предмету, как-то грустно заметил:

- Знаете, вы буквально утекли между пальцами у госпожи Шлее… Она очень хлопотала, чтобы вас распределили именно к ней. Возможно, вы сами сделаете выбор в её пользу? Всё-таки, привычная обстановка, привычный коллектив…

Я вежливо улыбнулась, стараясь не показать лёгкого приступа паники, накрывшего меня после его слов.

Помянутая не к ночи госпожа Шлее была директрисой одного из Домов оставленных детей, в которых я до недавнего времени подрабатывала на половинной ставке. Мало того, что она заставляла меня выполнять работу дипломированного специалиста, каковым я ещё не была, так она и моё рабочее время растягивала до бесконечности, – я постоянно возвращалась домой далеко заполночь. Позже эта самая директриса как-то пронюхала, что я знакома с господином Скроссом и решила, что и возглавляемому ею заведению должно что-нибудь от этого знакомства перепасть. С чего она сделала такой вывод – оставалось целиком и полностью на совести госпожи Шлее, но она очень возражала, когда я увольнялась. Помнится, я тогда вздохнула с облегчением, но мне и в голову не приходило, что директор довольно захудалого Дома может иметь какие-то связи в нашем Университете, позволившие бы ей закабалить меня ещё на целый год!

- Спасибо вам и госпоже Шлее за беспокойство, но нет. Возможно, я буду искать место работы на другой планете, для этого всё и затевалось, – любезно пояснила я. – Семейные обстоятельства так сложились, что мне понадобилось свободное распределение.

- Да-да, понимаю…

Тут вмешался глава комиссии и попросил меня немного подождать в коридоре.

Когда двери открылись снова, я уже не сомневалась, что получу заветный диплом, раз уж у педагогов даже вопросов не было. Не зря, выходит, были все мои терзания с дополнительными заданиями и работами!

Так и вышло, мне выдали диплом с отличием, именуемый на студенческом жаргоне «кровавым», с намёком на то, скольких литров алой жидкости он стоит каждому отличнику. Ещё его называли «красным», по цвету камня, вставленного в центр здоровенного золотого диска, неудачно, на мой вкус, имитировавшего старинные медали. Довольно аляповатую штуковину полагалось носить на шее, на широкой переливчатой ленте – дань старинным традициям.

Сам по себе камень был куда ценнее своего золотого обрамления, потому что это, собственно, и был диплом – кристалл памяти, на котором хранились все основные сведения о моей учёбе: результаты, выполненные работы, написанные статьи, отзывы преподавателей, рекомендации, и прочая и прочая, что понадобилось бы мне потом, при поиске работы. Диск же был всего лишь красивой рамкой-декорацией.

Дипломы рангом пониже обозначались синими и зелёными камнями. Ну и был ещё, так называемый, «серый» диплом, означающий, что его обладатель прослушал какое-то количество курсов, но учебное заведение не закончил.

Вообще-то, когда я видела выпускников прошлых лет на ежегодных сборищах, мне казалось это смешным: надувшись, как индюки, надевать какие-то архаические балахоны и гордо таскать на шее золотые кругляши с ладонь размером. Словно все поголовно играли массовку в плохом любительском спектакле… Но, опять же, традиции! Однако сегодня, когда я шла по коридорам, а безвкусная штуковина сияла, разбрасывая вокруг алые искры, и встречные студенты, словно спотыкаясь об меня взглядом, расширяли глаза, понимая, что видят, я чувствовала, что поймала свой момент славы!

Дойдя до парадных дверей Университета, которыми почти никто не пользовался, но через которые непременно полагалось выходить после окончания сего учебного заведения, я задержалась: вдруг, на какую-то секунду, стало страшно. Прямо здесь и сейчас заканчивался целый период моей жизни, не самый плохой, между прочим… Тут же потянуло на лирическое настроение.

Решив, что нареветься успею и во флайере, я решительно переступила порог и пошла в «самостоятельную жизнь», которая почти сразу и закончилась, потому как выяснилось, что прямо за дверями меня ждал Эдор. Не успела я и рта открыть, как ГИО-стратег сгрёб меня в охапку, крепко обнял, сказал в ухо:

- Поздравляю, Жужелица!

И тут же впился в губы отнюдь не братским поцелуем. Я так растерялась от неожиданности, что не сразу вспомнила о многочисленных зрителях, оккупировавших двор вокруг нас.

- А как ты?.. – начала, было, я осипшим голосом, когда стратег отпустил меня, наконец.

- Прилетел тебя поздравить! Не каждый же день моя девушка оканчивает Университет, – непререкаемым тоном заявил мачо и потащил меня за собой под восхищённо-завистливое шушуканье окружающих.

Оглядевшись, я обнаружила, что их было предостаточно, чтобы эпохальное прощание с альма-матер запомнилось не только мне, но и пяти курсам, как минимум. Вограны б побрали эти длинные перемены! Нет, чтоб сейчас быть занятию…

- Не обращай внимания, – тихо посоветовал красавчик, непривычно выглядевший сегодня: в серебристо-сером классическом костюме, контрастирующем с бронзовым цветом кожи и чёрными глазами. Волосы тоже были скромно забраны в хвост. Единственным напоминанием об экстравагантных пристрастиях стратега были алмазные искры, сверкавшие в кудрях – его любимое украшение.

Я подумала, что он сбежал с какого-нибудь совещания или конференции, потому что обычно Эдор выглядел куда ярче. Хотя, бизнес-стиль его тоже красил… Впрочем, любая одежда или даже её отсутствие были мачо к лицу.

- Сегодня твой день, и никто его не испортит! – непререкаемым тоном заявил он, бросив косой взгляд на вытянутые лица Ванды и Бадры, как раз попавшихся нам навстречу. – Сейчас доберёмся до моего флайера, а там тебя ждёт сюрприз.