Ангелы по совместительству (СИ) - Сыромятникова Ирина Владимировна "tinatoga" - Страница 130

Радовало, что напакостить у них шансов нет: от жизненно важных частей корабля чужаков отсекали дюжина матросов, мичман и два боевых мага, обязанные опекать сердце защитной системы фрегата — кормовую надстройку, вся поверхность которой была отдана под стационарную пентаграмму, якоря и поглотители.

Кабы те матросы еще делом занимались, а не ногти грызли!

Щуплый са-ориотец, вроде бы пристроившийся покемарить в углу, неожиданно оживился и двинулся сквозь толпу соплеменников, быстро прибавляя шагу. Прямиком к пентаграмме.

— Держите его!!!

Но часовые поднимались с мест, словно кабаны из лужи. Этот придурок оказался наверху раньше, чем они Источники призвали! Да с такой реакцией их из рогатки застрелят!!!

К счастью, волшебные секреты са-ориотца не интересовали — взяв хороший разбег, он с диким воплем перемахнул через ограждение заклинательной площадки. Вот только фрегат был малость покрупней шаланды, поэтому за надстройкой палуба продолжалась, туда-то этот клоун и шлепнулся. И зачем так орать? Он же, вроде, руки на себя наложить пытался, в этом смысле сломанные ноги — хорошее начало. И вот что характерно: среди наших шокированы были все, а вот беженцы на помощь своему явно не спешили. Даже наоборот…

Что-то в них, определенно, не так. Вот только — что?

Я развернулся, намереваясь вернуться в кресло, и едва сам за Источник не схватился — за моим плечом мрачно возвышался Ридзер. Последние три дня боевой маг изящно уклонялся от общения (ну, да, он мне тоже надоел), а тут приспичило! Мы обменялись хмурыми взглядами.

— Как здоровье?

— Тебе-то что?

— Помнишь этот… ну, поселок тот проклятый? Сегодня чувство было похожее. Я спать не решился.

Осчастливил и угреб куда-то, устало сутулясь. М-да, за один день свалить боевого мага с ног — это надо постараться, са-ориотцы могут гордиться собой. Для меня ситуация стала кристально ясна, но проверить кое-что не мешало.

Я зашел в лазарет, вроде как пожаловаться на бессонницу.

— Мигрень? — жизнерадостно переспросил лекарь. — Просто поветрие какое-то! Погодите, я еще микстуры намешаю.

С банкетки на меня смотрели парочка мрачных матросов и корабельный алхимик. Что и требовалось доказать. Судя по всему, эта мерзость не только на черных действует, простых людей тоже пробирает. Чем это чревато — пес поймет, но чую — получится из нашего фрегата корабль-призрак.

А почему? — Потому, что некоторые тащат на борт всякую дрянь, забывая, для чего карантин придуман. Нет, не из-за чумы, ее у нас лечат. Думаю, ингернийские власти не хуже меня знают, как фигово у са-ориотцев обстоят дела с магической безопасностью. Очевидно, что беженцы притащили с собой какое-то проклятье, а страдать от него мы будем все вместе.

Я вернулся на палубу, мысленно составляя план изгнания прокаженных. Думаете, это просто? Даже не учитывая человеколюбивых военных моряков, простое убийство в таких случаях — верный способ последовать за покойными (теми же са-ориотцами и доказано). Допустим, некое средство от следов проклятий я себе присмотрел (правда, ни разу не испытывал), но для применения его здесь с фрегата надо сбить все отвращающие знаки. Против воли команды? Ха! На корабле сейчас семнадцать боевых магов, а хоть бы только два — дуэль между колдунами потопит судно на раз. Жалко, что корабельный голем остался в Миронге…

План спасения не рождался, и тут на глаза мне очень удачно попался старпом. Как его зовут-то? Да Шорох с ним! Надо попробовать настроить команду против иноземцев.

— Вы этих проходимцев хотя бы допросили? Откуда они, почему в море ушли?

— Сбор и проверка сведений о приезжих — дело иммиграционной службы, — пожал плечами офицер. — Что бы они нам ни рассказали, мы это даже проверить не сможем. Так зачем делать одну работу дважды?

Полагаю, это означает — нет.

— А то, что после их появления у команды проблемы со сном начались, вас не напрягает?

— Не вижу связи, — поморщился старпом (тоже бессонницей маялся).

Еще один человек, не знающий, что некромант всегда прав! Я серьезно задумался, не стоит ли преподать ему наглядный урок. И твердо ответил себе: "Нет! Этот корабль слишком маленький для подобных игр". Однако кто-то за мои испорченные нервы поплатится.

— Вы байку про "последнего спасшегося" слышали? Так вот, это — не анекдот, известно по меньшей мере пять случаев. И все они начинаются с самоубийства переносчика проклятья!

Отвык я аргументировано спорить (для армейских-то экспертов главное — авторитет). Однако моряк, никогда не слышавший про моровые поветрия, путешествующие с корабля на корабль — курьез, недостойный упоминания. В общем, старпома проняло. За какие-то четверть часа он сумел поделиться своим беспокойством с капитаном, вожаком бортовых заклинателей и старшим лекарем (военный медик обязан знать о вредоносном волшебстве все). Сообразили они, значит, на троих, и решили поговорить за жизнь с предводителем беженцев. В качестве переводчика привлекли Питера, а уж тот протащил на встречу меня (не знаю, под каким предлогом).

Морские офицеры в форме выглядели шикарно (я порадовался, что надел чистый костюм). Са-ориотец на их фоне смотрелся именно тем, кем был — бродячей шавкой, посмевшей принести в дом блох. Капитан сложил руки домиком и пронзил его суровым взглядом. Хочу так уметь! Слова еще не сказал, а уже чувствуешь себя, как стеклянный.

— Мистер Чухенши, не происходило ли за время вашего путешествия каких-либо странных событий? Неожиданных смертей, необычного поведения людей, необъяснимых случайностей?

Са-ориотец набрал полную грудь воздуха, собираясь все отрицать… и разразился потоком откровений. Взрослый, серьезный мужик говорил и плакал, размазывал по лицу слезы, раскачивался на стуле, смотрел перед собой невидящими глазами и уже не задумывался, кому и что рассказывает. Черные, вообще-то, не способны на сочувствие, но даже меня не тянуло над ним смеяться. Потому что жители острова Хон’Коа-то действительно попали.

Их остров был чудесным, уединенным местом в двадцати километрах от устья Орри (ровно столько, чтобы оказаться вне торговой суеты). Добавьте к этому прохладное береговое течение и получите настоящий рай. Знающие светлорожденные имели на Хон’Коа-то летние виллы, свободные от бесконечных требований Уложения, куда приезжали с семьями и детьми — не очень статусно, зато комфортно и от столичных соблазнов далеко. Волнения, возникшие после бегства императора, обошли остров стороной. Благоразумные жители Хон’Коа-то порвали связи с материком и перешли на самообеспечение, сосредоточившись на ловле рыбы. Остров вполне мог стать зародышем новой империи, но воспользоваться его преимуществами людям было не дано.

Тот самый речной трамвайчик привез на Хон’Коа-то две сотни вооруженных головорезов. Островитяне рассматривали возможность нападения и готовы были дать отпор, если бы не одно "но": у бандитов в руках оказался амулет Уложения. Всех, способных организовать сопротивление (включая вооруженную стражу) перерезали, как овец. Затем последовала кровавая охота на местных магов, мало, что способных противопоставить арбалетчикам. Светлорожденные, жившие на отшибе и имевшие собственные яхты, молниеносно смылись. Хон’Коа-то оказался в полной власти захватчиков.

Уже после первой фразы про убийства (массовые, Короля им в печень!), канва дальнейших событий была мне ясна. Вопрос оставался только в форме, которую примет типичное для И’Са-Орио-Та бедствие — стихийное проклятье. Такое впечатление, что они их специально вызывают! Устроенные бандитами погромы плавно перешли в волну зверских расправ и причудливых самоубийств. А паршивым подарком мы были обязаны очередному белому, уцелевшему исключительно из-за преклонного возраста (маги его поколения пастырских обетов не приносили и перед властями предпочитали не светиться). Из нескольких тысяч пленников острова старик сумел выцапать полторы сотни человек, достаточно решительных и не болтливых, под прикрытием его магии беглецы захватили злополучный корабль, и ушли на нем в открытое море. Все было в порядке почти неделю, но два дня назад у людей начались проблемы со сном.