Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 18

— Если дашь ему рыбу, он не станет возражать.

Когда солнце село над фруктовым садом, а яркие огни осветили вечер, Арсиноя и Джулс отошли от толпы. Вечер был прекрасен. Дети из Волчьей Весны гонялись друг за другом, носясь между жаровнями, такие бесстрашные, взрослые сидели за столами, доедая остатки пищи и играя в игры. Камдэн устроилась в ногах у Джулс, Брэддок лежал где-то в темноте, наконец-то насытившись и утомившись от детских криков.

— Они не так уж и плохи, — промолвила Джулс. — Бывают и похуже.

— Думаю, да, — Арсиноя бросила на неё уставший взгляд. Томми и Майкл стояли у зажаренной свиньи и хихикали в ответ на слова Луки. — Кажется, Луке они понравились.

— Не обманывайся, — хмыкнула Джулс. — Он просто считает их терпимыми, но верен Билли, как и ты.

— Я? Не помню, чтобы что-то обещала.

— Что ж. Может быть, когда он вернётся из Роланса?

— Может быть, — фыркнула Арсиноя, скрестив руки на груди. Сердце кольнуло — нож пропал из жилета. — Джулс, нож пропал! — она похлопала себя по всему телу, словно могла переместить в другой карман.

— Может, упал, когда ты дралась с Брэддоком, — махнула рукой Джулс. — Завтра найдём.

— Ты не понимаешь! — Арсиноя осмотрела людей. Говорили, пили, Лука кивал на яблони, они встали и наблюдали за детьми. И прежде чем они ушли, Томми отрезал ещё один кусочек мяса и съел, и сердце Арсинои застыло.

Это был её нож. Весь стол им пользовался. Её отравленным ножом.

— О богиня! — прошептала она, подходя к столу.

— Арсиноя? Что случилось? — Джулс подошла к ней.

— Они пользовались ножом! Ножом, который я уронила!

Трудно понять — ведь для них Арсиноя не отравительница…

— Кто тут ел? — спросила она.

— Женихи… Понятия не имею, кто ещё. Джулс, целителей! — Арсиноя рванулась к людям, но Джулс схватила её за руку.

— И что ты скажешь? Что наш замаскированный отравитель случайно отравил своих же женихов? Ты не можешь!

Арсиноя моргнула.

— О чём ты? Это не имеет значения. Им нужна помощь!

— Арсиноя, нет!

Она сжала руку Арсинои, схватив её так сильно, как только раздался первый крик.

— Яд! — закричал Лука. — Яд! Целителя! Отравили женихов!

— Нет, — прошептала Арсиноя, но Джулс быстро её схватила и пихнула нож в задний карман.

— Ты не хотела этого делать, — свирепо прорычала Джулс. — И это не твоя вина! А сейчас помогать им уже слишком поздно!

Грэйвисдрейк-Мэнор

«Because they chose your sister,» Genevieve says. «Because she had two to your one. Because you could!» Genevieve crosses her arms as well, and Natalia rubs her temples with tired fingers. — Травить женихов? Я этого не делала! — заявила Катарина. — Зачем, до встречи? — она скрестила руки на груди и обернулась к высоким окнам в кабинете Натали.

— Потому что они выбрали твою сестру! — промолвила Женевьева. — Потому что у неё было аж двое! Потому что ты могла! — Женевьева тоже скрестила руки, и Натали устало потёрла виски пальцами.

— Перестаньте ругаться, словно избалованные дети, — пробормотала она.

— Она всё испортила! — закричала Женевьева. — Одно дело воскреснуть, но убить женихов с материка?! — она вскинула руки вверх.

— Я этого не делала! — воскликнула Катарина. — Натали, нет!

— Делала или нет, какая теперь разница? Они мертвы, и если не ты, то кто-то сотворил это от твоего имени. И что делать? — Натали сделала ещё один глоток бренди, отравленного тисом. Она и так выпила слишком много, и ум стал вялым тогда, когда от него требовалась острота. Она посмотрела на свой стакан — и опустошила она. — Может стать и хуже. Семьи женихов потребуют успокоения, а это страны! Мы воевать не будем.

— Подумай только о деньгах! — проворчала Женевьева. — Ресурсы, услуги. Она обанкротит корону, не надев её.

— По крайней мере, они родня, так что успокаивать придётся только одну семью, — пробормотала Катарина, и Натали изогнула бровь.

— Острову это не понравится, — Женевьева зашагала туда-сюда. Когда она остановилась, всё тело её продолжало дрожать. — Пойдёт молва. Они умерли не одни! Старик, маленькая девочка из Волчьей Весны. И это на фоне разговоров о том, что фермеры гибнут от лесных пожаров, как и крупный рогатый скот. Это Вознесение вышло из-под контроля! — она ткнула на Катарину. — Если бы ты просто отравила их, как Камилла или Никола! Быстро и чисто, яды нашли б свою цель, и всё!

— Женевьева, успокойся, — промолвила Натали. — Победа королевы — дело самой королевы. Выдай заявление от Совета, напомни людям о том, как кровавы были величайшие Вознесения. Когда поднимались самые сильные королевы. Умирали люди. Все об этом знают. Если они переживали Белтейн, то умирали в лесах, во время охоты на Оленей, и прочее…

— Это беспорядок, — уже мягче отозвалась Женевьева.

— Натали, — вновь начала Катари. — Я действительно не…

Натали только махнула рукой.

— Делала ты это или нет, выход всё равно искать придётся, — она встала и вышла из-за стола, чтобы тоже посмотреть на Индрид-Даун. — Эти женихи всё равно были бессмысленными. Альянс с отцом Чатворта всё ещё в силе. Чатворт на многое пошёл, чтобы втереться в доверие к Вествудам, если вдруг понадобится, и из него получится прекрасный король-консорт.

— Разве мы не можем убрать её от моей сестры? — спросила Катари. — Мне не нравится, что он стоит между нами. Я хочу отправиться к ней. Хочу посмотреть в глаза, когда изрежу её красивое лицо ядовитым клинком, — она подошла к графину с бренди и отлила себе немного, а после опустошила бокал одним большим глотком.

— Ты пьёшь яд постоянно, — промолвила Женевьева.

— С чего ты взяла?

— Слуги говорят. Говорят, что тебе плохо. Что ты пьёшь слишком много и что причиняешь себе вред.

Но Катарина только рассмеялась.

— А разве они не слышали, что нельзя убить то, что уже мертво?

Натали нахмурилась. Слуги о мёртвой Королеве, Королеве-нежити, не пропали. Они усилились, и Катарина не давала людям забыть.

— Катари, — задумчиво спросила Натали, — ты правда хочешь к Мирабелле?

Катарина и Женевьева с любопытством посмотрели на неё.

— Когда храм уймётся, будет легче, если вы окажетесь рядом, — промолвила Натали. — А если собрать вас вместе? В день Солцестояния на фестивале? Две недели, доберёмся до Волчьей Весны…

— Отлично, — промолвила Женевьева. — Как бы королевы не навредили Волчьей Весне, это будет наказанием за то, что не уберегли женихов. Но Луке это не понравится.

— А кого это волнует? — спросила Катарина. — Если б по-вашему, меня б вообще заперли в башне до Белтейна! А мне не хочется жить в ловушке вместе с медведем.

— Кроме того, — промолвила Натали, — мне кажется, что Верховная Жрица тоже подтолкнёт королеву к действию. Никто не порадовался, когда Мирабелла вернулась из Ашбурна, оставив Арсиною живой. Если мы предложим провести фестиваль в Ролансе, не думаю, что она будет слишком уж возражать против этого…

— Я тут же оговорю это с советом, — кивнула Женевьева и тут же шагнула к двери.

— Стой, — промолвила Натали. — Позволь мне сначала направить письмо Луке. Может быть, сможем получить выигрыш.

Роланс

Билли заказал столик на двоих на солнечных просторах у Вествуд-Хауса. Это был красивый стол с белой скатертью и серебрянными тарелками. Но когда Мирабелла села, солнце почти ослепило её, потому она призвала облака, и небо наполнилось грозой.

— Так какой смысл обедать на улице? — спросил Билли. — Если хочешь тени, можно было поставить стол под деревом.

— Я не позволю пойти дождю, — сжала губы Мирабелла. Он водился с Бри, с Сарой, не мог устоять перед Элизабет, но когда говорила Мирабелла, едва слушал. Большую часть времени он проводил с Бри или с Элизабет в храме, очарованный белыми мантиями жриц и их чёрными браслетами.