Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 16

Когда новенькая жрица принесла Мирабелле первое блюдо, Чатворт взял её нож и вилку, прежде чем она коснулась их.

— Ещё нет, моя королева, — промолвил он. — Это моя судьба. Съесть и убедиться, что я не умру, чтобы это не задело и вас, — он взял немного мяса и яблочного пирога, а потом запил всё это вином из своего кубка.

Мирабелла ждала. Он барабанил пальцами по столу.

— Судорог нет. Жжения тоже. Кровь глазами не идёт.

— Вы уверены, Уильям?

— Зовите меня Билли, — ответил он. — И, да, это безопасно. Безопаснее, чем то, что вы сделали с Мирабеллой в лесу.

Глаза Мирабеллы вспыхнули. Она прищурилась и словно улыбнулась, но была холодна, будто лёт.

— Нет подходящих извинений, посему преподносить я их не буду.

— Замечательно. Я бы плюнул в лицо тому, кто смеялся бы над этим.

— Прекрасно. А теперь, Билли, я могу получить обратно свои столовые приборы?

— Нет, — он кивнул на толпу, где люди ели жареных кабанов и копчёную рыбу с хлебом. Танцевали и смеялись, а так же уголком глаз наблюдали за королевским столом. — Мы должны предоставить им хорошее впечатление. Чего они ждут? Любовного романа для королевы?

Он разрезал мясо, наколол немного на вилку и протянул ей, приобняв за плечо. Словно кормил с рук.

Когда она съела, люди одобрительно зашумели.

— Так-то лучше. Даже если ты и колебалась. Боялась, что проколю вилкой горло? Каждая из этих варварских жриц убила меня бы в тот же миг.

— Но твоя смерть послужит Арсиное. Так что, может быть, всё равно рискнёшь?

— Всё не так плохо, королева Мирабелла.

Она пыталась увидеть Джозефа, но тот говорил со жрицами. Никто не слушал, никто не слышал слов Билли. Сара говорила с Лукой, и даже Бри отвлеклась на своего рыжеволосого.

— Вот как это будет, — тихо проговорил Билли. — Я буду тебя кормить, ты — улыбаться. Я успокою отца, — он протянул ей кусочек яблока. — И вернусь к своей Арсиное, прежде чем она даже соскучится по мне.

Волчья Весна

— Я этого не надену, — промолвила Арсиноя.

Мадригал вздохнула и швырнула длинное чёрное платье на её кровать.

— Это ваша первая встреча. Надень платье. Ну хоть раз!

Арсиноя отвернулась к зеркалу и поправила манжеты на своей чёрной рубашке — и маску на лице.

— Я с шести лет платья не носила. Отчасти потому, что рыдала, когда они пришли увозить нас из Чёрного Коттеджа, — она протянула руки. — Ну что? Как я?

Мадригал изогнула бровь.

— О, кого это волнует? — фыркнула Арсиноя.

— Ты в отвратительном настроении, а даже не видела их.

— Томми Стратфорд и Майкл Перси, — проворчала Арсиноя, отбросив в сторону жилет. Может, что-то другое? Она посмотрела на своё хмурое отражение, на мягко-розовый шрам, что выглядывал из-под маски. — А что случится, если Брэддок случайно их съест?

— Неразумно о таком шутить.

— Я хочу, чтобы билли был здесь.

— Если б он был тут, то случился бы бой, — ответила Мадригал, и Арсиноя подавила улыбку. — Ну, если не наденешь это, хоть на Джулс натяну. Хотя будет длинновато, — она наклонилась, чтобы забрать платье, и что-то маленькое и тёмное выпало из-за её пояса.

— Что это? — спросила Арсиноя.

Мадригал поспешно спрятала его обратно.

— Ничего, — ответила она, но Арсиноя достаточно знала о магии, чтобы распознать кровяные шнуры.

— Это не твоя кровь, — успокоила её Мадригал. — Даже я не рискнула бы пользоваться ею. К тому же, для такого заклинания лучше брать свою.

— А что это? — но Арсиноя и так знала. Шнур завернулся вокруг знакомого золотого кольца. Ей хотелось бы верить, что она ошибается, но это было кольцо, подаренное Мэтью Караф давным-давно.

— Только очарование, — ответила Мадригал, отворачиваясь.

— Откуда? Рылась в её вещах? Мне казалось, она забрала его с собой.

— Нет. Она вернула его ему. Какая разница?

Мадригал отошла к окну, наблюдала за тем, как Брэддок возился с Джулс и Камдэн.

— Пора.

— Не меняй тему, — промолвила Арсиноя, и Мадригал вздыбилась.

— Караф давно тут нет! — прошипела она. — Так почему он всё ещё любит её? Почему он не может любить меня?!

— Потому что то, что ты сделала — это отвратительно! Вот почему он к тебе пришёл!

— Нет. Он хотел меня. Всё ещё хочет.

— Но не любит.

— Конечно. Просто… — Мадригал запнулась. — Не так, как её.

— Ну и что? Зачем тебе это?

Мадригал покачала головой.

— Ты не понимаешь, — она опустила руку на живот.

— Ты беременна.

— Да, — она посмотрела на свой живот. — Ещё одно дитя Белтейна. Кажется, это мой путь, но на сей раз я никому ничего не скажу.

— Потому что хочешь, чтобы у этого ребёнка был отец, — ответила Арсиноя. — Мэтью, — она сжала губы. Всё это время Мадригал пользовалась магией. Зная риск. Зная, что цену всегда придётся платить. — Это не пойдёт тебе на пользу.

— Всё будет хорошо. Но не говори Джулс! Я пока не готова. И она будет счастлива, Джулс любит детей.

— Она не будет растить его за тебя, если ты об этом, — прошипела Арсиноя, и Мадригал, огорошенная, отшатнулась. Это было жестоко, но не беспричинно. Она посмотрела на пояс Мадригал, где прятались чары. — Тебе надо выбросить это, пока не стало слишком поздно. Это ещё хуже проклятия.

Медведь рассматривал цыплят, когда появилась Арсиноя. Увидев её, он запрокинул голову назад и заревел, а Камдэн поджала хвост и прижала уши к голове.

— Не делай этого, — Джулс погладила её по голове. — Он друг.

— Камдэн-Камдэн, — отругала её Арсиноя. — Ты не прощаешь медведя за то, что он медведь? Я видела, как ты покусала Джозефа, пушистая вредина!

Джулс рассмеялась и погладила кошку по спине.

Они вместе пошли в сад: две девушки, медведь и пума. Арсиноя буквально сжималась изнутри. Маска на её лице — утешение, отравленное лезвие — защита, но ей всё равно хотелось спрятаться.

— Они ещё тут? — спросила Арсиноя.

— Да.

— И как выглядят?

— Скорее как шуты, — призналась Джулс. — Но ты так же подумала о Билли, когда он впервые приехал.

— Да, но каков шанс, что я ошибусь дважды? — она пнула камешек, Брэддок поймал его, словно играя. Трудно было представить, что это медведь, который рвал тогда людей на пляже. Но это он — и когда-то она увидит эти когти, разрывающие кого-то…

— Как ты, Джулс? Всё в порядке?

— Я не схожу с ума, если ты об этом, — ответила Джулс.

— Я не об этом. Просто…

— Я в порядке. Не странная, не больная, не особенная.

— Что ж, — отозвалась Арсиноя. — Последнее неправда.

Джулс развивала свой дар Войны. И Арсиноя знала об этом — Джулс слишком много времени пропадала где-то.

— Покажешь?

— Мне это не нравится, — ответила Джулс.

— Ну пожалуйста! Я так хочу понять дар, который загадка для всех! Мне иногда интересно, какой я была бы отравительницей, будь я у Арронов. Тебе следовало бы задаться этим вопросом — а что, если б тебя отправили в Бастион?

— Я всегда была Природой, — пробормотала Джулс, но глубоко вздохнула и напряглась, потянувшись к деревьям. Ветви клёна затряслись, словно от нашествия безумных белок — а потом всё прекратилось.

— Это ты? — спросила Арсиноя.

— Пытаюсь их сорвать. Сэкономлю время на дровах зимой, — горько ответила Джулс.

— Это полезно.

— Говорят, одарённые Войной не рождаются больше… Выродились.

— Ошиблись. Одарённые по всему острову. Может, мы опять увидим великую провидицу, — прищурилась Арсиноя. — Интересно, что всё это значит.

— Приход великой королевы, — ответила Джулс. — Может быть, твой.

Роланс

На следующий день после праздника Джозеф пришёл к Мирабелле — Бри тайно провела его в гостиную.