Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 10

— Скажи моей сестре, что я здесь, — не двигаясь, промолвила Арсиноя. — Жду.

— Мирабелла, — Элизабет мягко коснулась её плеча. — Мира, проснись. Вернулся разведчик.

В лесу было всё ещё темно, и различить получалось разве что очертания. Мирабелле казалось, что она задремала на дереве, но во сне свалилась в грязь — щека была разодрана.

Где-то справа от неё ворочалась Бри, а потом в лицо брызнуло пламенем.

— Ну, — моргнула опухшими глазами Бри, повела запястьем, и огонь усилился. — Что такого важного, что мы должны покидать наши мягкие клочки земли?

Разведчик рухнул на колени — испуганный и смущённый.

— Ну что? — спросила Мирабелла. — Добрался до Волчьей Вечны?

— Это вряд ли, — зевнула Бри.

— Королева Арсиноя, — ответил разведчик. — Ждёт на главной дороге.

Никто не реагировал — кроме Бри, что окончательно проснулась и по наитию швырнула пламенем высоко в небо.

— Как она узнала о нас? — спросила Элизабет. — Оказывается, шпионы у неё получше, чем мы думали.

— Ты видел медведя? — отмахнулась от подруги Мирабелла.

— Нет. Я искал его всюду, где только мог, но моя лошадь даже не услышала запаха и не заволновалась.

Мирабелла видела, как рассвет пробивался сквозь деревья, и мысль о медведе сковала её льдом. Она помнила когти, рык и вопли — и с трудом сглотнула.

— Я уйду, как только станет опасно. Мне нужен мой конь. Он свободен? Готов?

— Мира! — воскликнули Бри и Элизабет.

— Ты не можешь туда пойти, если мы не знаем, рядом ли медведь! — промолвила Бри.

— Давай подождём дня!

— Нет, — ответила Мирабелла. — Если она спрятала своего медведя, то он всё равно где-то есть. Я буду готова к его прибытию, — она всматривалась в лица своих друзей при свете огня и отчаянно пыталась не показывать собственный пьянящий страх. — Она здесь. Наступило время.

Джозеф шагал настолько быстро, насколько ему позволял скрывшийся где-то между деревьями мрак долины. Он устал после работы на лодках, и едва закрыл глаза, чтобы уснуть, как Мадригал швырнула камнем в окно его спальни.

Он думал, что ищет она как раз Мэтью, но когда открыл створку, она позвала его и призывно махнула рукой. А теперь он мчался по темноте, надеясь, что будет быстрее Джулс и Камдэн. Они не должны были спешить, да и боли в ногах могли не позволить Джулс идти слишком быстро.

Но то, что сказала о Джулс Мадригал, не могло быть правдой. То, что Джулс была проклята, что в ней пылал дар войны. Когда-то Джозеф видел ребёнка с даром войны — и бедный мальчик был в полусознании, зажимал уши и боялся стен. Они с Мэтью повстречали его в Хайгейте, когда семья мальчишки шагала в храм Индрид-Дауна, где мальчика милосердно отравили бы и избавили от его страданий.

Нет, конечно же, Джулс не могла быть такой. И слышать от Мадригал, что она с помощью примитивной магии связала проклятие Джулс на крови, что всё стало слабее, что Война может выбраться на свободу когда угодно, когда она потеряет контроль… Он просто выходил из себя — и не видел никаких доказательств.

Он понятия не имел, с какой целью Мадригал рассказала ему эту ложь. Но всё равно пошёл за Джулс, чтобы не позволить ей вмешаться в дела королев. Потому что если она вмешается, Совет уничтожит её, проклятую или нет.

Арсиноя закричала, когда Мирабелла оживила умирающий костёр. Она не смогла ничего поделать с этим. Пламя было таким горячим! Дерево в один миг обуглилось, и когда она откатилась в сторону, то ощутила запах сожжённых волос, а маска её в один миг стала такой горячей, что могла сплавиться со щекой.

— Ты, — вспыхнула Арсиноя. Она скатилась по склону и вскочила на ноги. Мирабелла стояла по другую сторону дороги. Арсиноя не слышала ни слов, ни звуков. — Успокойся.

— Может быть, ты просто так глубоко спишь…

Арсиноя оглянулась на свою импровизированную подушку, ставшую сплошь чёрной, наполненную прежде одеждой и твёрдым сыром.

— Ну, это вряд ли.

— И где твой медведь? — спросила Мирабелла.

— Я его оставила.

— Ты врёшь.

Арсиноя скривилась. Отравленный нож утешительно оттягивал карман её жилета, но она не хотела пользоваться им. Во всяком случае, подобраться достаточно близко, чтобы ударить, будет невообразимо трудно. Огонь — не просто пустяки. Мирабелла была сильна.

— Тебе лучше его вывести, — предупредила Мирабелла, и странная волна прошла по коже Арсинои. Она опустила взгляд, увидев, как дыбом встали волосы на руках.

Вспышка молнии ярким лезвием разрезала туманное утро, и дерево за спиной Арсинои вспыхнуло, разлетевшись искрами. Под ногами её задрожала земля, и она рухнула на колени, чувствуя, как стучат зубы. Боль промчалась по её телу от пальцев ног до корней волос.

Говори!

Но говорить не получалось.

Беги!

Но она зацепилась о корни догорающего дерева, упала на низкий кустарник, и огонь Мирабеллы с шипением мчался за нею.

— Остановись! Остановись! — закричала Арсиноя.

— У тебя был шанс остановиться! — громко отозвалась Мирабелла. — Но вместо этого ты направила на меня своего проклятого медведя!

Ветер сменил своё направление, забираясь Арсиное под воротник, швыряя волосы ей в глаза. Мирабелла собирала над их головами громадный шторм. Первый порыв швырнул Арсиною к деревьям. Перед её глазами мелькнула ветка, горящий кустарник ударил её по спине, прожигая дыры в жилете и рубашке. Она содрогнулась, глядя вниз, на вырезанную на руке руну. Она чувствовала, что медведь в пути. Ей давно следовало призвать его.

Следующая вспышка молнии сбила Арсиною с ног. Боль звёздами разлетелась перед глазами, и она бессильно скатилась на дорогу.

Джулс была уже совсем близко, когда услышала первую молнию. Затряслась земля, поднялся ветер.

Джулс и Кэмден бросились бежать.

— Джулс, погоди!

Она обернулась. Следом за нею мчался в своей изорванной рубашке Джозеф.

— Я не могу, — ответила Джулс. Она кивнула на поднимающийся дым. Арсиноя нуждалась в них.

Мирабелла осторожно подошла к Арсиное, лежавшей на дороге. Она держала бурю на цепи, готовясь дать ей команду, и одним глазом посматривала на лес. Сердце билось в груди с невероятной силой, пусть до сих пор ни один громадный бурый медведь не спешил рвать её своими когтями.

Он должен быть там. Арсиноя сказала, что оставила её — ложь! Она просто ждёт, когда Мирабелла бросит ей вызов.

Арсиноя лежала на спине, растянулась на дороге, раскинув руки в стороны. Не двигалась. Больше всего она походила на грязную кучу веток и тряпок, и Мирабелла осторожно коснулась её рукой.

— Вставай.

Арсиноя оставалась неподвижной. Мирабелла склонилась к ней. Неужели всё действительно было так просто?

— Арсиноя?

Ей показалось, что она слышит бормотание, дрожь, оглянулась в поисках медведя, но того всё равно не было рядом.

— Что ты сказала? — спросила Мирабелла, и Арсиноя только тяжело перекатилась на бок.

— Я сказала… — прошептала она. — Один. Огонь, молния, ветер. Было бы неплохо, если б ты просто выбрала что-то одно из своего обширного списка!

Мирабелла выпрямилась.

— Если у тебя есть только что-то одно, это не означает, что я должна себя ограничивать.

— Ты понятия не имеешь, что у меня есть. — Арминоя смотрела на неё из-под маски. Носом шла кровь, рука потянулась к жилету, а на ладони красовались порезы. — Ты выглядишь иначе, — она посмотрела на коричневый плащ Мирабеллы и на заплетённые в длинную косу волосы. — Одежда не к короне.

Арсиноя закашлялась, зажмурилась. Удивительно, что она всё ещё была в сознании.

— Почему ты пришла сюда? — спросила Мирабелла. — Ты что, сдаёшься? Ты хочешь, чтобы я превратила тебя в кусок угля?

— Может быть. Не уверена. Меня так, как тебя, никогда не воспитывали. Мы не планировали… Так что теперь я просто что-то делаю.