Дефиле с револьвером: Влюбиться по гамбургскому счету - Буха Карин - Страница 6

Я метнула взгляд на ежедневник, уже прикидывая, где и когда мы могли бы пересечься. Но в трубку сказала:

— Боже, Тилль, вы говорите это так, как будто звоните мне из автомата на углу. Вы в Гамбурге, а я в Таунусе. Даже небольшое расстояние делает встречу почти невозможной.

— Но, Мелани, дорогая фрау фон Берг, мы же с вами живем в современном мире! И если, предположим, лететь на самолете, то расстояние между нами короче кошкиного хвоста. Правда, рейсов между Гамбургом и Таунусом нет, но самолеты летают в разные другие города. К тому же я могу сам приехать к вам. На машине. И если вы согласны, готов быть у вас уже завтра утром.

Боже правый! Не хватало только, чтобы Деблинг встретился с Тиллем Клаузеном…

— Вряд ли мы с вами сможем встретиться здесь, — солгала я.

— Вы должны снова куда-то лететь?

— Да, мне нужно в Копенгаген. — Никто не смог бы понять по моему голосу, что эту поездку я только что выдумала.

Собственно говоря, в моем присутствии в Дании не было большой необходимости. Но только сегодня утром я получила известия из нашего центрального парижского офиса, они писали, что в Копенгагене возникли некоторые сложности, и я решила, что моя поездка в любом случае будет не лишней. Датский офис возглавила женщина, которая раньше работала в Риме. Она оказалась не совсем готова к тому, что менталитет северных женщин радикально отличается от того, к чему она привыкла в Италии. Так что моя помощь будет весьма кстати.

И к тому же мне не хотелось из-за Клаузена терять Лотара, особенно теперь, после того, как он преданно ухаживал за мной во время моей болезни. Я хотела быть с Деблингом, но не хотела за него замуж.

— Когда вы едете в Копенгаген? — спросил Тилль.

— Завтра рано утром, — без всяких колебаний ответила я. — Я пробуду там несколько дней. И обратно полечу через Гамбург, где тоже задержусь на несколько дней. Я позвоню вам уже из Гамбурга. Согласны?

— Конечно, если вы сдержите свое слово, фрау фон Берг. Я буду чрезвычайно рад.

— Я тоже. Итак, до встречи?

— До встречи, — ответил он, и я положила трубку.

В задумчивости я опустилась в кресло рядом с телефоном. Лотар был совершенно прав, когда называл меня «перекати-поле». Я так рада была этим нескольким спокойным дням после долгих месяцев работы, и вот при первой возможности снова улетаю. Даже страшно представить, что на это скажет Лотар. В любом случае он сильно опечалится.

Я вышла на террасу и увидела Эрика Марека, который быстро шел куда-то, рядом с ним бежал Ужастик. Он кинулся ко мне с приветственным лаем. Я занимала большое место в его собачьем сердце.

Эрик нес в руке какую-то свернутую бумажку.

— Я не хотел вам мешать, — начал он, приближаясь ко мне, — но тут нашел кое-что, думается, это вещица господина доктора.

Он вытащил свои очки, надел их на нос и сосредоточенно принялся разворачивать бумажку.

Блеснуло золото.

— Вот, узнаете эту штуку, фрау фон Берг?

— Черт подери, — вырвалось у меня. — Где вы это нашли?

Это был зажим для галстука. Вызывающе роскошная безделушка, украшенная довольно большой жемчужиной в венке из сверкающих бриллиантов. Я выхватила его из рук Эрика и поднесла ближе к глазам. Украшение совершенно точно не принадлежало Лотару.

— Вы знаете, что это?

— И да и нет, — ответила я. — Я знаю, что это, но не знаю чье. И я не думаю, что это принадлежит доктору Деблингу, никогда у него не видела такого зажима. Так где же вы его нашли?

— Да там, на опушке, около старого дуба, смотрю, что-то блестит в траве. Может, ее потерял этот, которого вы видели ночью? Я нашел штуковину недалеко от того места, о котором вы говорили. И Ужастик нюхал землю с большим интересом, он явно почуял чей-то след.

— Возможно, возможно, — задумчиво протянула я.

Итак, мне не показалось, — там действительно кто-то стоял. Этот зажим для галстука был тому доказательством. И я должна была знать его владельца, у меня было ощущение, что я видела его не так давно.

Да что же, в конце концов, происходит?! Кто-то неизвестный ходит по опушке леса и наблюдает за мной. По всей видимости, он же был и в саду. Он пробирается ночью в мой дом, и я замечаю его на террасе. Почему мой бокал оказался снова полным? Слишком много странностей, чтобы списать все на обычного бродягу или воришку.

Эрик по-прежнему стоял рядом и ждал, когда я скажу, что он должен делать дальше.

— Оставьте это мне, Эрик. Доктор Деблинг должен прийти сегодня после обеда. Я спрошу его. Если это не его украшение, то завтра утром мы отнесем зажим в бюро находок. Вы заработали небольшую премию.

Неожиданно я вдруг вновь вспомнила ночь в Баден-Бадене. Перед глазами встала та сцена в номере отеля, когда кто-то пытался открыть дверь.

Сейчас этот случай предстал передо мной в более зловещем свете, чем тогда. А кто забрал мое письмо?!

Этот день я, наверное, не смогу забыть никогда.

Склоны Таунусских гор, казалось, плавились от жаркого дыхания солнца. Над долиной повис неподвижный, низкий пыльный смог, и воздух был таким тяжелым, плотным, что каждый вдох давался с трудом. Розы источали густой, дурманящий аромат. Листья на деревьях замерли в ожидании, и ни единый порыв ветерка не колыхал их. Лишь пчелы деловито жужжали вокруг меня.

Попытка освежиться в бассейне оказалась безрезультатной. Вода была такой же теплой, как и воздух. Я лениво лежала в шезлонге. Хотела почитать, но никак не могла сосредоточиться на книге и наконец разрешила мыслям течь безотчетно.

Мои неспешные размышления оборвал резкий сигнал клаксона у ворот. Я приподняла голову. Машина стояла у ворот гаража. Я оправила юбку, встала и пошла встречать Лотара.

— Как замечательно, что ты приехал!

Сегодня он надел светлый костюм спортивного покроя и выглядел моложе и интереснее, чем обычно, не так серьезно и солидно. Он приобнял меня и легко клюнул в щеку:

— Привет, Мелани. Погляди-ка, я тебе кое-что привез.

Это была восхитительная орхидея, упакованная в целлофан. Лотар пытливо взглянул на меня поверх золотых дужек очков:

— Как ты себя чувствуешь, малышка? Ты выглядишь какой-то усталой. Совсем не как отпускница. — Он огорченно смотрел на меня.

— Спасибо, господин доктор. Я ни на что не жалуюсь, кроме того, что ждала хорошего друга, а ко мне приехал врач.

Мне нравилось поддразнивать Лотара, особенно когда он начинал говорить со мной таким менторским тоном. Это случалось довольно часто, врача в Лотаре истребить было невозможно.

Он улыбнулся краешком губ. И вот так всегда. Человека, в котором присутствие чувства юмора было бы столь же ничтожно, как в Лотаре, я доныне не встречала.

— Я и как друг могу тебе подтвердить, что ты плохо выглядишь, Мелани. Даже хуже, чем вчера. Что случилось? Запоздалая реакция на несчастный случай? Хм, вообще-то такое вполне возможно.

Я больше слышать не могла об этом несчастном случае и ответила достаточно резко:

— Я скоро взвою, если ты мне будешь все время об этом напоминать. Ничего не случилось. Все нормально. Пойдем в дом, там попрохладнее.

Лотар смахнул пот со лба и сказал:

— Да, пойдем, тут ты права. Эта жара меня скоро совсем доконает.

Прохлада комнаты излилась на нас как благодать. Солнечные лучи не могли пробиться сквозь плотные жалюзи, на низком столике у окна гудел вентилятор. Глаза, утомленные ярким солнцем, благодарно отдыхали в полутьме комнаты.

— Садись сюда, Лотар, тут тебе будет удобно. Выпьешь что-нибудь?

— Нет, спасибо. Я вспотею еще сильнее. А скажи-ка мне, Мелани, у тебя нет бессонницы? — Он опять вернулся к той же теме. — Ты выглядишь озабоченной, и я чувствую, что с тобой определенно что-то не так.

Он встал, заложил руки за спину и стоял у окна, не сводя с меня глаз, пока я доставала из шкафа вазу, чтобы поставить орхидею в воду.

Может, рассказать ему все? Но меня немного пугала его основательность, объективность и трезвомыслие. Вряд ли он понял бы мои смутные страхи. Лотар доверял только фактам, домыслы и подозрения он игнорировал. И какие же факты я могу ему предоставить? Стоп! Галстучный зажим! Но больше ничего нет…