Баран и новые ворота - Калинина Дарья Александровна - Страница 56

Перед этим Инна позвонила в компанию «GSM», так как именно этой связью пользовался Засура, и выяснила, что дальность связи по области практически беспредельна, исключения составляют некоторые места. Например, гористые или, наоборот, долины между гор. А также встречаются аномальные зоны, в которых вроде бы и гор нет, но связь все равно не проходит. Но возле Чудского озера и на побережье залива, как ее заверили, все нормально. Хуже было с местностью вокруг Онежского и Ладожского озер.

– Все ясно, искать надо на Ладоге или Онеге, – сказала Инна.

– Почему там?

– Я могу и ошибаться, но если Засура до сих пор не позвонил со своего мобильника, то это значит, что он в таком месте, где связи нет.

– Или просто не захватил мобильник с собой в больницу, – ехидно сказала Юля. – Его же увозили на «Скорой помощи». Нина рассказывала.

– Да, – вспомнила Инна. – Но у таких, как он, мобильник всегда на первом плане. Потом они думают про бумажник. Значит, если он не звонил со своего мобильника, а Бритый именно так и говорил, то потому что связи не было.

Прошло несколько часов, Инна довела оператора и весь состав фирмы «GSM» до белого каления обилием престарелых родственников, которые жили исключительно по берегам Онежского озера и с которыми ей нужно было разговаривать ежедневно и в любое время суток. Потом объявилось несколько дедушек, живущих на Ладожском озере, с которыми связь должна быть тоже идеальной.

– Понимаете, – проникновенно доказывала Инна. – Им в любую минуту может потребоваться неотложная помощь. А у них до ближайшего телефона метров сто. Скажите, может ли человек, разбитый параличом, пройти эти метры? Нет, отвечу я вам. Он умрет на половине пути. – И она хлюпала носом.

При этом ни Инна, ни операторы не задавались вопросом о том, что она будет делать, получив сигнал бедствия. Прилетит за разбитым параличом дедушкой на вертолете?

– Поймите, мне нужно совершенно точно знать, где проходит ваша связь, а где нет, – продолжала твердить Инна. – Нет, я не могу сама туда ехать и проверять. Вы предоставляете услуги, ваше дело знать, в каком месте связь может прерываться. Что мне это даст? Я переселю дедушек в такое место, где связь идеальна. Нет, в город они не хотят. Желают свой огород, кур, свиней.

Если первый час Юля от души веселилась, то после того, как девственно чистый лист бумаги под рукой у Инны начал заполняться названиями, смеяться она перестала.

– Ух, – повесив наконец трубку, сказала Инна. – На редкость упрямые люди. Я даже стала бояться, что придется ехать к ним и разговаривать с каждым лично. Но нет, они вовремя образумились. Смотри, какой список мест они мне дали. Здесь у них никогда не было проблем со связью. А вот тут, – Инна достала другой лист поменьше, – проблемы были.

Юля внимательно изучила оба списка, потом сверилась с картой и приуныла. Все населенные пункты, где была плохая связь, находились на солидном расстоянии друг от друга.

– Чему ты радуешься? – спросила она у Инны, которая сияла словно медный самовар.

– А вот чему! – ответила Инна, вытаскивая последний лист бумаги, на котором располагалось всего три названия. – Найди их на карте. Это на Онежском озере.

Юля послушно нашла все три пункта. Судя по карте, это было село и две деревеньки, расположившиеся треугольником. Село на одной стороне озера, а две деревеньки – на противоположной. Таким образом, треугольник на берег опирался лишь своими вершинами. Инна соединила населенные пункты последовательно между собой прямыми линиями и удовлетворенно вздохнула, глядя на получившийся красный треугольник.

– Вот здесь, – сказала она, – связи нет. Может, какие-то поля или что другое, но связь отсутствует начисто. Абсолютно таинственное явление. Ни гор, ни мощных станций, способных создавать помехи, но тем не менее, если какая-то важная шишка покупала для себя и жены трубку, он сначала ждал, что связь наладится, потом плевал и ехал скандалить. Деньги ему возвращали, но что толку. Золотая мечта мужика, что он будет с рыбалки звонить жене и сообщать, что пора доставать пиво из холодильника, рухнула.

– Село Пяльти, – сказала Юля. – Думаешь, что он здесь?

– Или где-то поблизости, – сказала Инна. – Но вряд ли он живет в этой глуши. Тут и обычной-то связи нет. Да их и деревеньками трудно назвать, так, два-три дома, хорошо, если обитаемых. И стоят они среди болот, а вокруг на много километров – никакой цивилизации в виде почты. Значит, чтобы не топать каждый день по многу километров пешком, а машина тут не проедет, – он должен поселиться в селе или возле села.

– А если у него моторка? Тогда он за несколько минут может доплыть до любого... до любой... ну, хоть до этой Кондопоги, – предположила Юля.

Инна моментально скисла. Она не любила, когда кто-то оказывался догадливей ее.

– Да, – сказала она. – Тут ты права. Придется обследовать все три населенных пункта. Как думаешь, что это за Малая Губа? Как нам до нее лучше добраться?

– Черт ее знает! По карте не видать, чтобы там имелись дороги. Но карта старая, может, за последние годы и провели дороги. Я слышала, карелы во всем смотрят в рот финнам. А у тех дороги – загляденье.

И Юля мечтательно вздохнула. Промучившись над этой проблемой почти до ночи, девушки решили, что утро вечера мудренее, и легли спать. И тут зазвонил Юлин домашний телефон, который тихо и смирно простоял весь вечер на столике, ни разу не звякнув. Девушки дружно вздрогнули. Звонок прозвучал словно гром среди ясного неба. Телефон продолжал жалобно трезвонить. Наконец Юлино сердце не выдержало, и она взяла малыша в руки.

– Алло, – постаравшись придать голосу максимальную твердость, сказала она. – Я вас слушаю.

– Юля, – раздался в трубке взволнованный голос, вроде бы знакомый, но где она его слышала?.. – Ты меня слышишь? Это я, твой директор. Звоню тебе, потому что мой домашний наверняка прослушивается. Я жив, а что у вас? Меня все еще подозревают?

– Да, – прохрипела Юля.

– Что у тебя с голосом? – испугался Засура. – Ты не больна?

– Простыла, – подтвердила Юля. – Вы где? В милиции думают, что вы на Ладожском озере.

– Они почти правы, я по соседству устроился, – засмеялся Засура. – Не бойся, здесь мне ничего не угрожает.

– Спроси, где он еду берет, – подсказывала Инна, грызя пальцы от напряжения.

– Где же вы питаетесь? – спросила Юля.

– Неважно, покупаю в магазине. Главное, помни: что бы тебе ни говорили, я никого не убивал. Запомнила? Марго нашла доверенность на ведение дел фирмы? Надеюсь, ты ей поможешь, скажи, чтобы снова взяла тебя на работу. Попытайтесь сохранить хотя бы часть того, что я создал, до моего возвращения. Думаю, что мои сотрудники тебе помогут, если что. Ниночка отлично разбирается в бухгалтерии, она подскажет. И потряси ты нашего детектива, он обязан найти убийцу. Я за это ему плачу. А то шашни с девками крутить у него время есть, а я вынужден без вины на болоте прятаться.

– Фирму арестовали за долги, – сказала Юля, надеясь, что хотя бы беспокойство за свое детище заставит его вернуться в город.

Возникла продолжительная пауза. Наконец Засура справился с собой и спросил:

– Какие долги?

– Не знаю, вы приезжайте, без вас нам не разобраться.

– Если я приеду, то вряд ли у меня из тюрьмы будет возможность разбираться с делами фирмы, – резонно заметил Засура. – Не может быть, чтобы на счету не осталось совсем денег.

– Ни копейки, – грустно подтвердила Юля. – Значит, приедете?

– Нет.

– Но хотя бы можете объяснить, как пистолет оказался в ящике вашего стола? Милиция уже замучилась.

– Нет, я этого не знаю.

– А еще вас подозревают в том, что вы были Любочкиным любовником. Это правда?

– Конечно, нет! – возмутился Засура.

– Скажете, что и охранника вы из ревности не убивали?

– Нет, конечно!

Однообразие ответов Засуры уже стало утомлять Юлю, когда внезапно он сказал:

– Передай Бритому, чтобы приехал завтра в полдень в Подпорожье, но обязательно один. Скажи, если я замечу, что с ним будет кто-то из его бандитов, – не выйду. Один раз они меня уже искали и не нашли. Так что пусть без фокусов и машину пусть возьмет с простыми стеклами. Запомнила?