Аллоды (СИ) - Рисовалкин Ваня - Страница 45

      - Постой... Яскер запретил обучать хадаганцев магии? - переспросил я. - Но как... он ведь сам...

      - Такой запрет действительно был долгое время, - перебил меня Михаил. - Но давайте не будем обсуждать приказы Главы Империи... тем более здесь.

      Я покорно замолчал.

      - Вот, вот! У всех имена как имена - Роман, Семен, Георгий. А я - Незеб! Как с этим жить? - продолжал жаловаться незадачливый тезка вождя, но я его уже почти не слушал, погруженный в свои мысли. - А спрашивают с меня как с Самого! Вот появились в окрестностях Незебграда пустынные пауки. Кто решит проблему? Не Комитет, не Хранители! Незеб Проскурин! А то, что они опасные, до этого никому дела нет! Иди и сделай! А я даже выйти за городские стены не решаюсь...

      - А ты имя сменить не пробовал? - предложил Орел.

      - Да я уж думал. Хотел начать свою жизнь сначала, взять новое имя, сесть в порту на первый проходящий корабль и рвануть в дальние дали... Вот только стоит мне обратиться в паспортный стол с просьбой о смене имени, потащат в Комитет! "А что это вам, товарищ бывший Незеб, не нравится имя нашего великого вождя?!". Что на это ответишь?..

      - Действительно, - согласился Кузьма. - Не хорошо как-то... Ну ладно, пойдем мы. Бывай, Незеб.

      Он ободряюще хлопнул мужика по плечу и мы двинулись на выход из города. Я продолжал размышлять о странном запрете Яскера, Кузьма со Лбом обсуждали все плюсы и минусы знаменитого имени, Михаил шел чуть впереди нас, указывая дорогу.

      За стенами Незебграда было все так же жарко, сухо и неприятно. Горячий ветер ударил в лицо, едва мы вышли за ворота, в глаза сразу стала набиваться пыль и на зубах мерзко заскрипел песок. Однако, чем ближе мы подходили к очистным, тем влажнее становился воздух, но никакого облегчения это не приносило, потому что сопровождалось отвратительным запахом, который только усиливался. Вскоре к унылому пейзажу под стенами Незебграда добавились разбросанные тут и там ржавые трубы и арматура, гнилые доски, остатки разрушенных конструкций непонятного назначения.

      Административное здание, за которым виднелись очистные сооружения, тоже выглядело довольно удручающе. Внутри мы внезапно обнаружили посетительницу из трактира, заподозрившую в своем шашлыке мясо гиен. Она кричала и топала ногами на орчиху, которая флегматично щелкала семечки и, казалось, даже не вслушивалась в суть претензий.

      - Нет, это не свинина, - равнодушно протянула она наконец. - И в самом деле, гиенина! Причем, местная гиенина. Зараженная кишечной палочкой. Сейчас я составлю заключение и положу его вот в эту стопку.

      Она не спеша взяла заявление из руки возмущенной посетительницы, вяло пробежала глазами и что-то дописала снизу. Потом размеренно разгладила его углы и переложила в высокую стопку точно таких же бумаг.

      - Так, заключение номер три тысячи пятьсот шестьдесят семь. Возможно, ему даже дадут ход в текущем году. Спасибо за бдительность!

      - Как... это все? - растерялась женщина.

      - Ну да. А вы чего хотели? Видите, сколько запросов? Потерпите и до вашего очередь дойдет.

      - И долго она доходить будет? - насмешливо поинтересовался Орел, разглядывая внушительную кипу запросов.

      - Сколько надо, столько и будет. У нас запросы никогда не теряются. Вот были жалобы на клопов, так мы всех извели в округе! Ну ладно, хорошо, в одном доме. Но извели же! А у меня вот тут очередь уже до заключения номер тысяча триста сорок семь дошла. Это по поводу слизней на очистных. Жалуются рабочие манастанции, что слизни хотя и небольшие, но быстро размножаются, всю растительность погрызли и главное - столько слизи испускают, что уже три хадаганца и один орк лежат в больнице с переломами: очень, мол, скользко стало. Давно-о было сделано это заключение.

      - Пострадавшие уже и из больницы, наверное, выписались, - вставил Кузьма.

      - Конечно, - спокойно кивнула орчиха. - Год уже прошел, только слизни вряд ли расползлись сами собой. Дождешься от них! Да и, вполне возможно, подросли они с тех пор.

      - Оперативно работаете.

      - А что я могу? У меня не сто рук, за всем не поспеваю. А вы, собственно, по какому вопросу, граждане?

      - Костыля ищем, - с места в карьер бухнул Лоб. - Знаем, что где-то тут эта шпана прячется.

      - Ка-ка-какая еще шпана? - впервые обнаружила эмоции орчиха. - Что это вы такое говорите? У нас тут, конечно, жалобы не так уж быстро рассматриваются, но чтобы шпана... Слизни максимум, ну клопы может быть. Хотя в одном доме мы их полностью вывели, а если там опять их нашли, так это они уже из соседних снова поналезли значит. Ну и вот... Слизни были, клопы были, шпаны - не было! Это я вам точно говорю, а если и видели шпану, то это...

      - Тоже из соседних домов поналезло...

      - Да! - гаркнула орчиха. - С манастанции и поналезли! Тут манапровод строят как раз, неподалеку. С прораба и спрашивайте, его молодчики тут шастают с утра до ночи, трубы, понимаешь, красят... глаза мозолят. А мне заключения обрабатывать надо! Ишь ты, ходят тут всякие, от работы отвлекают...

      Она еще долго возмущалась нам в след, и даже когда мы вышли на улицу, я все еще слышал ее ворчание из-за двери.

      - Уверен, она что-то знает, но не говорит, - сказал Кузьма.

      - И не скажет, - ответил я. - А вот молодчиков прораба с манастанции я бы пораспрашивал.

      - Или самого прораба, - добавил Михаил.

      Упомянутых работницей очистных "молодчиков прораба" искать долго не пришлось. Самой манастанции мы не видели, но длинные, толстые трубы, тянувшиеся до города, лежали неподалеку и по покрывавшему их ржавому налету становилось понятно, что строительство станции несколько затянулось. Рабочие, однако, старательно пытались исправить это ржавое недоразумение - покраска труб шла полным ходом, и к отвратительному запаху канализации добавился еще и острый запах химикатов.

      - О, вот и пополнение, - крикнул кто-то. - Давайте, давайте, нечего рты разевать, вот вам краска, кисти - и вперед.

      Рядом со мной материализовался орк с огненно рыжими волосами и, не обращая внимания на военную форму, ловко пихнул мне в руки ведро с краской, затем свалил на руки Лбу кучу больших, как метелки, потрепанных кистей и начал подталкивать нас в спины:

      - Ну же, что встали, окаянные, идемте, я покажу, где красить...

      - Подождите, мы вообще-то... - начал было Михаил, но орк перебил его.

      - Потом, потом, все разговоры. Идемте же!

      Он так суетился вокруг нас, так отчаянно тащил нас за руки, что мы невольно последовали за ним.

      - К нам сюда вскоре должна прибыть проверка. Яскер намерен лично осмотреть построенный манапровод, ну и, естественно, начальство перестраховывается. Хотят, чтобы к его визиту тут все было чинно и благородно.