Ненавижу тебя, Розали Прайс (СИ) - "LilaVon" - Страница 147

– Я ожидал более жесткого приема, – признается он, присев на мою мягкую кровать у стены и подзывая меня жестом руки. Уставшая, я подхожу к нему и сажусь рядом. – Как думаешь, может ли тут быть взрывчатка? Под кроватью? – наклоняется Нильс, а я начинаю смеяться.

– Нильс, моя бабушка – Божий ангел. Если бы хотела тебя убить, то подложила ее в твою кровать, в комнате общежития, еще с первых дней моего поселения! Ну, или направила на тебя все свои психологические замашки, – хохочу я, от чего Нильс притягивает меня к себе и откидывается назад, таким образом падая на кровать. Мы вдвоем успокаиваемся, и я поворачиваю голову к парню, укладывая руку к нему на плече и прижимаясь ближе прежнего.

– Она не против наших отношений, – замечает парень, а я приподнимаюсь на локтях, прищурившись, смотря на парня.

– Значит, у нас есть отношения? – улыбнувшись, спрашиваю я. Внутри меня что-то довольно заныло, когда парень коснулся своей ладонью моей щеки, нежно проводя по ней.

– Определенно – да, – и это был единственный ответ, который заставил меня улыбнуться еще шире, а за тем подлезть выше, прикасаясь к его губам. Нильс обнимает меня, притягивая к себе. Я перекидываю ногу через его, склоняясь над ним, и чувствуя, как его руки ходят по моей спине, передвигаясь к бедрам.

– У тебя сумасшедшая привычка возбуждать меня одним поцелуем, – отрываясь от моих губ и хватая воздух, говорит Нильс, на что я облизываю губы.

– Но тебе ведь нравится, – утверждающе проговариваю я, и Нильс, усмехнувшись, а за тем взяв меня за бедра – переворачивает нас, теперь уже нависая надо мной.

– Ты слишком сексуальна для фригидной девчонки, – говорит парень, на что я открываю рот, а за тем со смехом ми возмущением отталкиваю его с громким зовом его именем на устах.

– Почему бы тебе не отучиться от таких опошленных словечек? – задаю я вопрос, вставая с кровати.

– Я довольно олитературен, детка, могу высказываться пожестче. Хочешь? – смеется он над моей обескураженной реакции.

– Меня все утраивает. А лучше подними сумки в комнату. Уже поздно, я пойду в душ, – говорю я, сразу давая указания Нильса, которые он принимает как должное и, покачав головой, выходит со мной обратно в коридор. Парень отправляется вниз, а я в противоположную дверь, закрывая ее за собой.

День выдался не таким уж сложным, но сделал меня достаточно уставшей. Душ смог сделать меня еще уставшей, ведь после парящей ванны хочется только одно – залезть под одеяло и крепко уснуть. Как только я вхожу в комнату, обнаруживаю, как Нильс уже переоделся и раскладывает нашу одежду по моим пустым полкам.

Я подхожу к Нильсу, забирая свои пижамные штаны и майку, а так же взяв в тумбе свое белье. Веркоохен не обращая на меня внимание, продолжает разбирать вещи, пока я присаживаюсь на кровать, наблюдая за ним. Его широкие плечи всегда мне нравились, и когда их обтянула черная майка, каждый его мускул был виден для моих глаз. Его тонкая и крепкая талия давали ему преимущество стройной фигуры, некого даже идеала мужчины. Крепкие ноги были спрятаны под черные свободные спортивные штаны, которые даже были длинноваты парню.

– Переодевайся и ложись спать, Роуз. Завтра, я так понимаю, у нас будет долгий день для прогулки, – говорит Нильс, заканчивая с сумками и поворачиваясь ко мне.

– Нильс, помнишь, я тебе говорила, что посвящу тебе день в Англии, как ты посвятил мне свой в Нью-Йорке? Мы можем использовать этот день завтра? – спрашиваю я, придерживая полотенце на груди. Веркоохен несколько задумывается.

– Почему бы и нет? Думаю, это будет интересно, – соглашается он, и я понимаю, что завтра будет потрясающий день. Показать ему свою жизнь, свои идеалы, свое увлечение – хотелось мне весьма долго, и когда мне выпал такой шанс, я покажу ему все, что отдаст мне в должное Англия.

– Спасибо, – светясь от его ответа, говорю я. Нильс берет свое полотенце и, подмигнув мне, при этом еще раз сказав, чтобы я ложилась спать, выходит и направляется в душ.

Планы сразу начали строиться в моей голове. Эта идея слишком возбудила мой мозг, и теперь все то, что я хотела показать Нильсу просто не вмещалось в одном простом деньке, где времени будет меньше, чем двадцать четыре часа. Но мой сон так же никто не отменял, и поэтому переодевшись, я залезаю под холодное одеяло, подвигаясь в стенке, уже уступая место парню.

Как только я начала засыпать, я слышала, как вернулся Нильс. Выключил свет, тихонько прокрадываясь ко мне и ложась в постель, сразу просовывает руки к моей талии, навалившись своей массивной грудью на меня.

– Спокойной ночи, Розали, – желает Нильс шепотом мне на ухо, очевидно раскусив, что я не сплю.

– Спокойно ночи, Нильс, – не остаюсь я в долгу и кладу руку поверх Нильса, откидывая свою голову назад, упираясь больше на парня, чем на подушку. Кажется, этого мне не хватало всю жизнь: быть под Нильсом в отношениях, но получать объятия, чувства, мягкие и страстные поцелуи, ласки и заботу в ответ. Это того стоило – отдать все власть Нильсу, и я в этом убеждаюсь каждую минуту, проведенную с ним наедине. Но мои чувства уже теряют контроль, и кажется, что я уже не смогу уснуть без его объятий, поцелуев и тихого хриплого голоса. Он занял в моей жизни определенную роль, и я была этому рада. Он стал мне близок в душе, неким учителем и проводящим, учащим, заботливым молодым мужчиной, но довольно умным и мудрым.

Даже та выходка в парке, когда я шла босая по снегу, не была жестокой, как мне казалось. Она было поучительной, и благодаря ему, я опустила тот груз, который тащила на своих плечах несколько лет подряд. Я так долго противилась ему, его указам, его запретам и предложению о отдаче себя, своей заботы и души. И сейчас я осознаю то, что если вдруг он исчезнет – исчезну и я. Нильс стал для меня почти целым, новым и непостижимым миром, который я сейчас познаю с интересом и любопытностью.

Мое сердце наполняется тоской, когда он не рядом. Я изнываю от недостатка его внимания. Я не могу отказаться от его пленяющих рук и голубых глаз, а так же пшеничных волос завитых в кудряшки. И даже не могу отказаться от его неконтролируемого состояния во время поцелуя. Я желаю его, и этого я не могу отрицать. И тем более я понимаю, что нужно выяснить то, что на самом деле происходит между нами. Если есть отношения, если что-то вспыхивает между нами, значит это что-то большее, нежели того уровня договоренности наших отношений.

Он покоряет меня, мое сердце, мою душу. И в подсознание зарождается лишь один вердикт: я влюбляюсь в парня. Сильно, страстно, быстро, боязно и даже со страхом, я просто влюбляюсь в его недостатки, как и достоинство. Он может быть груб, может хамить и язвить, быть самым неуправляемым человеком, но не откажусь от него. Он удерживает меня, не дает упасть, и не даст. А мне только в радость – порхать как птица в его руках.

========== Часть 55 “we will be happy” ==========

ЧАСТЬ 1

POV Nils Verkoohen:

Утро настает быстрее, чем я успеваю прикрыть глаза. Сонливость витает около меня, но уснуть мне больше не удалось. Розали допоздна крутилась и не смыкала очей, скорее всего от не уюта, что спит в своей постели, со мной. Сейчас она так безмятежна и спокойна, что я не сразу решаю встать, наслаждаясь, как ее маленькие ручки обвили мое тело, а ее голова находится на моей груди так, что я могу даже чувствовать ее спокойный ритм сердца. Но больше лежать на месте сил не остается. Аккуратно переворачиваясь на бок, и скидывая Розали на постель, я встаю. Девушка переворачивается на другую сторону, завлекая в объятия подушку, а я лишь сладко облизываюсь, рассматривая ее. Забота дает сама о себе знать, когда я подтягиваю одеяло до ее девичьих плеч.

Довольно быстро принимаю горячий душ, собирая всю энергию в своем теле на этот предстоящий день. Розали желает мне показать Англию, как и себя саму. У меня есть множество предположений, что может сегодня произойти, куда можем попасть, и что будем делать. Но я знаю Розали, и как бы я не старался понять ее, девушка сможет каждый раз удивить, и не всегда это удивление бывает без последствий. А что ждет меня сегодня – запомню надолго. Возвращаюсь в комнату более или менее бодрым, часто поглядывая на спящую девушку, которая почти с головой спит под огромным теплым одеялом.