Один за двоих (СИ) - Гай Юлия - Страница 59

Йохан соглашается и больше не спорит. Но через час от моего терпения не остается даже воспоминаний, я готов бросаться на стены или кого-нибудь загрызть.

— Нар-одар! — крик Шику будто оголенный провод по нервам. Сердце подпрыгивает. Мальчик выскальзывает из моих рук.

В проеме впереди виднеется фигура. Очень странная фигура.

— Йохан! — ору я и пригибаюсь.

Умный Хольд без задержки поливает вражину из «АйШи». Гильзы прыгают, лампы мигают. Пули рвут пространство. Фигура стоит, уперев руки в стены, и не шевелится.

И вот тут мне становится страшно — пули не долетают до странного существа, не похожего на нарьяга из Нарголлы.

=== Главы 59–60 ===

Существо, бросившееся на меня, без сомнения победило бы в номинации «Самая страшная женщина года». Лысая башка, алые глаза и безгубый рот с острыми зубами. Морфоид в трансформе, но выше ростом, шире в плечах, с длинными руками и ногами. С этой нелюдью мы в одной весовой категории. Вот только на ее стороне явное преимущество.

Она сжала меня в могучем захвате, не шевельнешься. Да еще размеры коридора не позволяют осуществить бросок. Рука потянулась к моему горлу, шершавая ладонь ползет по коже.

— Аххххах…

Десантный нож почти по рукоять входит в бедро твари. Стараясь перехватить руки морфоида, разрываю ослабевший захват. Толкаю воющую нелюдь вперед, и тут меня накрывает волна парализующего излучения. Судорога скручивает ноги, я падаю, и за моей спиной падает и кричит от невыносимой боли Йохан. В строю остается только Шику, но от него мало толку.

Я пытаюсь отрешиться от боли, сделать так, чтобы она мне не мешала. Странный морфоид не так силен, как настоящие нарьяги, а я уже справлялся с последствиями излучения. В бункере я много думал. Если все мои видения — последствия удара по голове, значит, я сам справился с Камфу на аэродроме и подавил атаку нарьяг в капище. Организм каким-то образом блокирует негативное силовое поле. Осталось только вспомнить, как я это делал.

Что-то шепчет Шику, слов разобрать не могу — в ушах шумит. Йохан стонет. Я пытаюсь подняться, упираюсь руками, растягивая скрученные мускулы спины. Смогу! Сумею!

Бросок, и я оказываюсь в просторном безликом, как любое служебное, помещении. Вниз ведет лестница, кровавый след тянется к ступенькам. Я оглядываюсь по сторонам в поисках чего-нибудь — без оружия чувствую себя голым. На стене щиток, кулаком сбиваю замок и выдергиваю огнетушитель. Прыжком оказываюсь на лестнице, счет идет на доли секунды.

— Ахххах!

Тварь атакует меня моим собственным ножом. Рану успела перетянуть, пока я валялся и скулил, пытаясь подняться. Едва успеваю отклониться. Она очень, очень быстрая, видно, что над выучкой экспериментального мутанта успели поработать. Нож чиркает по рукаву куртки. Удар ногой в грудь, одновременно дергаю рычаг огнетушителя.

Морфоид красиво отлетает в клубах белой пены, пытается зацепиться за перила, но я не даю опомниться, бью в челюсть — и нелюдь скатывается с лестницы.

Мы оказываемся в лаборатории, именно с этим словом у меня ассоциируются белые стены, яркие лампы, длинные столы с пробирками и микроскопами. Огнетушитель пустеет, пена тонкой струйкой сочится на пол. Тварь отплевывается, пытаясь подняться, кровавые глаза дико вращаются, язык свешивается изо рта.

— Получила, поганка?

— Аххха…

— Надо же, разговаривать не научили, — усмехаюсь я.

— Убьюуууу! Ххххаааа…

— Размечталась.

Она жутко скалится и снова высвобождает излучение. Устоять на ногах не получается, свалившись, я поскальзываюсь и въезжаю затылком в перила. Тварь прыгает на меня, упираясь в грудь руками. Отголоски боли мечутся по телу, но одновременно нападать и генерировать излучение мутант не умеет. К счастью для меня!

— Ахххааа…

Нелюдь фиксирует меня, распластанного на полу, коленом давит в живот, локтем прижимает шею. Тяжеленная — не шелохнуться. Слюни капают мне на щеку, тварь тяжело дышит, пытаясь справиться с застежками бронежилета. Похоже, жажда крови полностью затмила ее сознание.

Ну, уж нет! Больше у них не выйдет! Скованность понемногу исчезает, дотягиваюсь до валяющегося огнетушителя и долбаю им по голове морфоида. Баллон гнется с громким «пффф», нелюдь падает на меня. Стряхиваю с себя мерзкую бабу и спешу занять удобную для обороны позицию. Похоже, я основательно ее разозлил. Господи, что это за мутант? Как ее ухайдакать? В этой лаборатории вывели поистине совершенное оружие.

Нелюдь вскакивает разъяренная, как тигрица, снова кидается с ножом. Но между нами стол, а я вооружен тяжеленным микроскопом. Наш поединок напоминает дурную комедию.

Одним рывком морфоид отшвыривает с дороги стол. Я успеваю укрыться за следующим. Швыряю в тварь пробирками. Нелюдь очень сердится, облитая какой-то гадостью. Прыгает через стол и снова пытается парализовать меня, однако за мгновение до атаки ей в лоб летит микроскоп.

Тварь уклоняется, рычит от злости. Я хватаю стул и кидаю в морфоида. Черт! Долго мне еще скакать по лаборатории, удирая от рассерженного мутанта? Надо ее вырубить, но как? Близко не подойти… Упираюсь спиной в центрифугу, нащупываю рукой провод. А если?

— Ну же, моя красавица! Иди сюда!

Приподнимаю куртку и футболку (бронежилет болтается на двух ремнях). Изголодавшаяся тварь кидается ко мне с такой прытью, что сердце подскакивает до гланд. Хватает меня за плечи. Уродливая рожа с синеватым высунутым языком так близко, что меня сейчас вывернет наизнанку. Что есть силы дергаю провод и втыкаю нелюди в лицо.

Басовитый крик срывается на истошный поросячий визг, морфоид корчится, дергается на полу. Пахнет паленым. Руки тянутся ко мне, скрюченные трясущиеся пальцы вот-вот дотянутся до моего лица. Но я не могу отнять провод, пока поганка не сдохнет.

Мои мучения обрываются неожиданно. Гнутый пустой баллон огнетушителя со всей мощи опускается на лысую башку морфоида. Я выпускаю провод, падая рядом с неподвижным уже телом мутанта.

Йохан протягивает мне руку, бережно поднимает и ощупывает. С тревогой заглядывает в лицо.

— Как ты, Дан?

— Все… в порядке. Что с Шику?

— Он жить. Дышать. Но не хорошо, очень не хорошо.

— Скорее, надо обыскать лабораторию.

Ноги дрожат, опираюсь обеими руками о стол, стараясь не смотреть в сторону мертвого морфоида. Создателям такого монстра мало открутить дурные головы.

Йохан исчезает и возвращается с Шику на руках. Мальчик в сознании, протягивает мне руки:

— Нар-одар! Живой!

— Где твоя звезда, Шику?

Шику выскальзывает из рук Хольда, я пытаюсь его придержать, но мальчик вырывается.

— Здесь. Звезда здесь… Уходи. Нар-одар, уходи!

Я понимаю, что мальчик прав. Только нарьяги могут подойти к своей звезде и не умереть. У нас с Хольдом нет никаких шансов.

— Нар-одар Дан! — в глазах Шику стоят слезы.

Я делаю шаг, но он отступает, не позволяя обнять себя. Вытягивает вперед руки, будто защищается от чего-то.

— Уходи далеко.

— Я буду ждать тебя, Шику, — киваю я. Сейчас с ним лучше не спорить.

Шарю глазами по уцелевшим столам, хватаю красный маркер.

— Иди за мной по меткам, понял? И не задерживайся! Хольд, пошли.

Рисую на стене жирную красную стрелку. Оглядываюсь назад и не могу оторвать глаз от пустой длинной кишки коридора. Где же ты, Шику?

— Дан, где мы есть? — Хольд дергает плечами, стряхивая нападавшие сверху камушки.

— База террористов, Йохан. Тут они сидели много лет, выводили этих поганых кровососов и прикрывали свои делишки войной. Выродки!

Идем дальше. Узкие коридоры действуют на нервы. Снова лестница вниз. Рисую очередную стрелку.

— Надо подниматься на земля, а мы вниз и вниз, — говорит Йохан с тревогой. Хладнокровие изменяет медведю.

Спускаемся по лестнице, от беспокойства меня колотит, я готов рисовать стрелки через каждый шаг. Идиот! Оставить там ребенка, одного! Ну почему его нет так долго?