Я в любовь нашу верю...(СИ) - "Selia Meddocs" - Страница 231

Миссис Кумада тем временем рассказывала что-то о своей молодости, о том, как она, будучи невысокого происхождения, встретила своего мужа, наследника семейной бизнес-империи. Рей внимала женщине, порой отвлекаясь на бегавшую вокруг Иму. История эта чем-то напомнила ей сказку о Золушке, которой посчастливилось встретить своего принца.

«А где же мой принц ходит?» — с тоской подумалось Хино, и, словно в ответ на ее мысли, в гостиной появился Юичиро с подносом в руках. Ароматный горячий глинтвейн в бокалах из толстого стекла приятно дразнил обоняние присутствующих.

Когда молодой мужчина предложил бокал матери, Рей невольно засмотрелась. Юичиро был удивительно похож на мать: и цветом волос, и комплекцией… Даже улыбались они одинаково.

Хино сделала глоток глинтвейна и бросила на парня заинтересованный взгляд поверх бокала. Кто бы мог подумать, что Юичиро — такая многогранная личность? Солист в собственной группе, отпрыск богатого семейства, для которого бродяжничество — это просто способ приятно провести сезон, такая себе прихоть. Может, и его служба при храме Хикава — прихоть? Да нет, вряд ли.

Хино прикрыла на мгновение глаза, а когда открыла, то взглянула на Юичиро уже другими глазами. Симпатичный молодой человек, хоть и немного робкий. Хотя, если он ведет себя подобным образом именно в ее присутствии, может, стоит призадуматься и сменить тактику? Перестать смотреть на него как на лохматое недоразумение, коим он уже давно не является?

«А он гораздо симпатичнее, когда не прячет глаза за челкой. Да и хвост ему идет», — не без удовлетворения подумала Рей, улыбаясь про себя. Похоже, ее тщательно возводимая стена уже давно дала пробоину, и теперь становится только шире…

Когда пришло время уходить, Хино сердечно попрощалась с родными Кумада, пообещав заглянуть перед отъездом, и вышла в промозглый ноябрьский вечер бок о бок с Юичиро, который вызвался проводить ее до номера. Рей не стала возражать.

Всю дорогу они молчали, словно ощущая повисшую между ними неловкость. И каждый раз, когда никто их них не замечал, бросали друг на друга изучающие взгляды из-под ресниц, всякий раз смущенно отводя глаза.

Уже у порога номера Кумада, наконец, решил высказать то, о чем он думал всю дорогу. Смущенно потоптавшись на месте, Юичиро произнес, глядя в глаза выжидающе застывшей Рей:

— Помнится, наше прошлое свидание прошло неудачно. Почему бы не попытаться еще раз?

Теперь пришла очередь парня замереть в ожидании ответа, и он не заставил себя долго ждать:

— Почему бы и нет?

Юичиро просиял:

— Тогда, до завтра? К семи?

— Хорошо, — Рей быстро улыбнулась и повернулась к двери номера, из-за которой едва доносился шепот шпионящих подруг и свистящее «Ш-ш-ш! Уходим!» Уже положив ладонь на дверную ручку, она вдруг вскинула голову и, резко развернувшись, встала на цыпочки и быстро чмокнула парня в щеку. И, прежде он успел что-понять, Хино скрылась в номере, стараясь унять бешено бьющееся сердце.

Кумада очумело уставился на дверь, за которую юркнула девушка, а затем дотронулся щеки, которой коснулась Рей, и его губы расплылись в довольной улыбке.

Хино вошла в номер, чувствуя себя окрыленной, и даже веселая компания в пижамах, оккупировавшая обе кровати в номере, не смогла испортить ее настроения.

— Ну, давай! — начала Усаги, хитро улыбаясь.

— Что давать? — невозмутимо ответила Рей, снимая пальто.

— Рассказывай, как все прошло, — поторопила Минако и хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

— Нам же интересно! — поддакнула Мако.

Рей, повесив верхнюю одежду в шкаф, бросила в сторону не к месту любопытных подруг снисходительный взгляд:

— А разве вам не было достаточно того, что вы подслушали?

Девушки переглянулись, поняв, что их засекли, но не прекратили попыток допросить Хино:

— Нам нужны подробности, — заявила Усаги. — На меньшее мы не согласны!

— Ага, сейчас! — хмыкнула Рей. — Попкорн приготовьте.

— Уже, — к вящему изумлению Хино, Ами вытащила ведерко с попкорном и поставила его перед собой. — Вот, все условия соблюдены. Рассказывай.

Девушка едва не согнулась пополам от смеха:

— Ох, девочки, вы неподражаемы! Ладно, так уж и быть — расскажу…

— Ура!

— Но только вон с моей кровати! — деланно нахмурилась Рей и попыталась вырвать из-под Усаги и Ами покрывало. Мицуно едва успела спасти ведерко с попкорном и перебраться на постель к Минако. Цукино же едва не полетела кувырком, но вовремя вскочила на ноги и села на диванчик.

Но как только Хино заняла свое законное место, вся эта честная компания, включая Луну и Артемиса, оказалась на ее кровати, дабы выслушать рассказ Рей и похрустеть попкорном.

Разговор затянулся до двух часов ночи. Усаги, Мако и Ами не захотели возвращаться к себе в номер, и Рей с Минако пришлось потесниться, дабы каждой их них хватило места в постели. Но, несмотря на все неудобства, пятеро девушек чувствовали себя едиными, как никогда ранее.

Утром следующего дня Эндимион материализовался в одном из пустынных коридоров отеля. Принц следовал зову Темного Кристалла, чье призрачное сияние давало понять, что носитель очередного радужного кристалла находится поблизости. Сжав артефакт в руках, Эндимион огляделся по сторонам. К счастью, никого по близости не было — ни отдыхающих, ни сотрудников отеля. Но даже если бы его и заметили, принц притворился бы аниматором, нанятым для развлечения детишек, или же успел бы обратиться в тень прежде, чем его успели бы окликнуть.

Эндимион медленно двинулся вглубь коридора, приближаясь с каждым шагом к носителю первородного греха. Сияние Темного Кристалла становилось все ярче и интенсивнее, и вскоре артефакт раскалился до такой степени, что принцу стало невмоготу держать его в руках. Завернув Кристалл в полу плаща, Эндимион остановился у дверей в конце коридора, где яркими буквами было написано: «Игровая комната».

Не колеблясь, он взялся ручку и, открыв дверь, вошел в помещение, где, несмотря на ранний час, уже резвилась пятилетняя девочка с двумя забавными хвостиками — носительница кристалла. Рядом с ней не было никого из родителей или взрослых — по-видимому, ребенок был частым гостем в этой комнате, поэтому за ее безопасность никто не переживал. Плюс ко всему, до начала рабочего дня аниматоров оставалось еще добрых пятнадцать минут, поэтому у Эндимиона появился блестящий шанс провернуть свое темное дело и остаться незамеченным.

Има, увидев у двери красивого мужчину в мундире и плаще, тотчас позабыла о своих забавах и во все глаза уставилась на нежданного гостя, разинув от удивления рот. Эндимион тоже смотрел на ребенка, пытаясь разобраться в себе. Фактически, эта девочка — носитель кристалла. Сможет ли он хладнокровно извлечь его или рука все-таки дрогнет, не в силах подняться на дитя?

Наконец, Има, придя в себя от волшебного видения, подскочила к принцу и, глядя на него снизу вверх лучистыми карими глазами, спросила:

— Ты принц из моей сказки?

Эндимион удивленно вскинул брови и изогнул губы в саркастической улыбке. Вопрос девочки изрядно позабавил его.

— Принц, — кивнул он к вящей радости ребенка, — но уж точно не твой!

Последнее, что Эндимион увидел, прежде чем выхватил кристалл из складок плаща и, произнеся заклинание, направил его в ребенка — это недоумение Имы, вмиг сменившееся диким ужасом.

Поток темной энергии, вырвавшейся из Темного кристалла, был такой силы, что когда он ударил в грудь несчастной девочки, Има отлетела на несколько метров и, ударившись о стену, обмякла. Сквозь дыру в груди, мягко мерцая, выплыл Оранжевый Кристалл, и Темный Принц, сделав пару шагов, схватил его и сунул в нагрудный карман камзола. Ничто не шевельнулось в Эндимионе, когда он равнодушным взглядом посмотрел на бессознательное тело маленькой девочки. Тьма внутри была абсолютной. И он смог, несмотря на все домыслы. Даже искорка света где-то глубоко внутри не смогла предотвратить беду.