Хроники Тридесятого Царства (СИ) - Аист Александр - Страница 62

Даст растерялся от такого неожиданного предложения.

— Да я, вроде бы, как не против. Но как на это посмотрит сама Алия? — И он вперился взглядом в царевну. Цезарина и тут держала нити в своих руках. — Положительно посмотрит. Я правильно говорю, Алия? — И когда девушка кивнула, соглашаясь, добавила, — Вас ждут великие дела, Даст. И это твой шанс прославить своё имя на все времена.

Даст к растерянности добавил смущение. Уши буквально пылали огнем.

— Я согласен. Но у меня есть сестра, о которой я должен заботиться.

— О, брат, можешь обо мне не беспокоиться. Я уже взрослая девушка. Потому решаю ехать в Тридесятое царство и там поискать свое счастье. — При этом Ирида ласково прижалась к Хвату, который обнял её за плечи.

Увидев эту сцену, Цезарина усмехнулась.

— Ну, что ж, с попутчиками разобрались. Милый, — обратилась царица к Назару, — Я так понимаю, вы пойдете домой на своем судне? А на нём хватит места для Ириды?

— Да, Моя царица, мы уйдем на боте. Что до Ириды, то уверяю, места хватит всем.

— Вот и ладно. Предлагаю вместе дойти до зоны бурь, и расходиться после её прохождения.

— Согласен. — И Назур посмотрел на товарищей, ища их поддержки. Она, конечно, была оказана, и трое воинов и Ирида спустились с борта галеаса, перешли по берегу на борт бота, после чего оба судна подняли паруса. Впереди шёл галеас, а в кильватере бот. Так закончилась история с уничтожением Темнейшего. Но не кончились приключения героев. Ведь впереди была битва с вурдалаком, захватившим тридесятое царство, а также много приключений наших героев на пути к заданной цели.

ГЛАВА 22

«Человек предполагает, а боги располагают» — подумал Демид, когда вместо ожидаемой зоны бурь на горизонте появились четыре тёмных точки, идущие кильватерной колонной, вскорости превратившиеся в корабли. А, кстати, зона бурь так и не встретилась. Похоже, она, будучи плодом магии Темнейшего, исчезла вместе с ним. Зато корабли были вполне реальными. И судя по чёрным флагам на мачтах, эти корабли были пиратскими. Они шли при полных парусах. Это говорило о том, что пираты сильно спешили. И если прикинуть их курс, то спешили они к недавно покинутому путниками острову Лейс. Вероятно, Темнейший все-таки вызвал пиратов, но они не успели.

Впрочем, завидев галеас и бот, пираты, похоже, изменили планы, и стали перестраиваться для атаки. Флагманский корабль нацелился на бот, и Назар, как бы среагировав на угрозу нападения, резко изменил курс судна. При этом бот развил максимальную для него скорость, стараясь уйти от грозного противника. Капитан флагмана клюнул на приманку, и погнался за ботом. Когда расстояние от пиратской эскадры стало таким, что флагману уже никто не мог помочь, Назар стал переводить бот в состояние призрачного корабля. Эффект был настолько ошеломительным, что пираты стали маневрировать, стремясь уйти от призрака, когда тот резко развернувшись, зашел на пиратский корабль, с целью ударить его в бок. Демид тут же вспомнил подобную атаку на пирата в самом начале их морского путешествия. Так что, когда призрак ударил в бок флагману, от которого во все стороны полетели элементы деревянной обшивки, царевич не удивился. Как не удивился и тому, что призрак прошел сквозь пиратский флагман, как нож сквозь масло, развалив его пополам.

А вот с галеасом пираты решили действовать по-другому. Они решили взять его «в клещи», зайдя с двух сторон, после чего взять на абордаж, тем самым, захватив ценный корабль.

На галеасе три человека смотрели за маневрами пиратов. И если Алия с тревогой наблюдала за маневрами пиратов, прижавшись к Дасту, который, в свою очередь посматривал в сторону пиратских кораблей исподлобья, то Цезарина смотрела на это перестроение со зловещей ухмылкой на лице.

Когда же один корабль, приспустив паруса, чтобы следующий за ним корабль догнал его, стал заходить справа, царица сходила в каюту и вышла на палубу, держа в руках шкатулку, размером с ладонь. Она один раз стукнула по крышке шкатулки, после чего раскрыла её. Как и ожидалось, вскоре на палубе находилась сотня воинов. Цезарина разделила их пополам и приказала спрятаться за высокими бортами галеаса.

Пираты, занятые подготовкой к абордажу ничего не заметили, из происходящего на галеасе. Более того, корабль заходящий справа от галеаса, вновь изменил курс, направившись прямо на галеас.

Когда до пирата оставалось метров пятьдесят, внезапно сработали тяжелые арбалеты по правому борту. Четыре или пять. Туча болтов, развернувшись веером, полетела в сторону пиратского корабля, ударив как раз по тому месту, где собралась абордажная команда, изрядно её проредив.

Но потери не остановили пиратского капитана. Его судно сблизилось с галеасом, на борт которого полетели крючья на канатах. Нужно сказать, что по высоте бортов и галеас и пиратская шхуна были примерно одинаковы. Так что перескочить с корабля на корабли было несложно. Что и попытались сделать пираты. И тут поднялись воины, прятавшиеся вдоль правого борта галеаса, которые вступили в бой с пиратами.

Для начала были уничтожены те горячие головы, которые успели перескочить с пирата на галеас. После чего воины стали сами перебираться на пиратскую шхуну, на палубе которой завязался нешутейный бой.

Кораблю пиратов, заходящему слева от галеаса, не было видно, что творится по правому борту этого самого галеаса, зато доносился шум от схватки. И, вероятно, капитан этого корабля заспешил, чтобы успеть к дележке добычи. Потому он без разведки ринулся на галеас. Цезарина не стала стрелять по нему, вследствие малых углов подхода, так что и этот пиратский корабль успешно ошвартовался, но уже по левому борту галеаса.

Как и ожидалось, едва корабли сблизились, с пиратской шхуны полетели абордажные кошки, и абордажная команда стала притягивать галеас поближе к пирату. Но только эта команда попробовала перебраться со шхуны на галеас, получилось ровно то, что и по правому борту: встали воины, до поры, прятавшиеся вдоль борта, и буквально смели пиратов, успевших перескочить на борт галеаса. После чего, воины перескочили на борт шхуны, где завязалась серьёзная сеча. Все-таки, пиратов было не меньше трех десятков. Да и рукопашным боем они владели недурно.

Но в это время, воины Цезарины уже полностью захватили правый пиратский корабль. Потому на борту осталась лишь команда для управления кораблем в количестве двадцати человек. Остальные же, вернувшись на галеас, пробежали по палубе и вскочили на вторую пиратскую шхуну. Подкрепление оказалось весьма кстати. Пиратов окружили, согнав к центру палубы и стали беспощадно уничтожать.

В это время по правому борту были обрублены абордажные канаты, и пиратская шхуна, перешедшая под управление воинов Цезарины, отвалила от борта галеаса.

Вскоре бой прекратился и на второй шхуне, которая также отошла от галеаса. Как и на первой шхуне, на второй остался только экипаж, остальные вернулись в шкатулку. И пока новые экипажи шхун убирали трупы с палуб кораблей, да замывали следы крови, Цезарина направила галеас к четвертой шхуне.

Нужно сказать, что она сделала это вовремя, поскольку Назар, обуреваемый ненавистью к пиратам, решил с оставшейся пиратской шхуной поступить также, как и с флагманом — разрубить шхуну пополам. Но царица мысленно запретила ему это делать, разрешив лишь не допустить бегства шхуны с поля боя.

Тогда призрачный корабль стал нарезать круги возле пиратской шхуны, которая все-таки пыталась удрать. Но поняв бесполезность и тщетность подобного замысла, пираты сдались. Они спустили свой чёрный флаг с мачты и подняли белый — символ поражения.

Когда галеас подошёл к единственно оставшейся пиратской шхуне, основные паруса на ней были спущены. Слева, на удалении кабельтова, равного двумстам метрам, стоял призрачный корабль, нацелившийся носом строго по центру пирата, всем своим видом показывая, что любое неповиновение будет тут же пресечено.

Царица направила галеас к правому борту пиратской шхуны и подойдя к ней метров на десять, остановила корабль. После этого Цезарина заговорила. При этом её голос, усиленный магически, громко разнёсся над волнами.