Наследный принц (СИ) - Лошаченко Владимир - Страница 41

— Ну, порадоваться вместе с нами. Может, совет какой-никакой дать…

Буркнув: «Меня девочки заждались», — наследный принц спешно покинул штабную палатку.

Вслед раздалось жизнерадостное ржание Загана Венцо.

— Тьфу ты, воистину говорят — иногда мужчины хуже детей!

Из двадцати боевых магов-девушек выбыло сразу семеро. В первый же день Леон провел тест на переносимость моря, сажая в утлую лодчонку Божьих воинов. Большая вода и еле заметная качка мигом отсеяли неприспособленные организмы. Некоторые не могли даже сесть в лодку — полнейшая аллергия на море. И винить их не за что, не в той среде росли и воспитывались. На Черной планете вместо океана была непонятная субстанция, вызывающая у местного населения сплошной негатив и ненормативные выражения.

Еще одну красавицу, с шикарной рыжей гривой, землянин выгнал за сексуальные домогательства к своей персоне и невыполнение приказов. Остальной коллектив резко присмирел, видя столь быстрые карательные меры. Рыжей оторве не помогли даже родственные связи — за нее приходил просить один из Высших магов, оказавшийся отцом взбалмошной девчонки.

— Лучше надо было воспитывать дочь, разбаловали, понимаешь, — и Леон отвернулся от просителя, давая понять, что разговор окончен.

На четвертый день, с утра, у его шатра выстроилась делегация с дурацкой, по мнению Леона, просьбой отпустить коллектив на битву. Девушки, гремя железом, предвкушающе били «копытцами».

Категорический отказ вызвал нытье, тяжкие вздохи и полные слез глаза. «О Господи, дай мне силы и терпение», — взвыл про себя Леон.

— Да поймите вы, глупенькие, на вас возложена трудная и опасная миссия, драться придется от души, я вам гарантирую. А сейчас — смирно! Участвовать в сече не разрешаю, но посмотреть можно.

Заверещавших от радости девчонок землянин осадил одной фразой:

— Под моим приглядом, естественно.

На высоком холме расположились не только Высшие маги, но и эскорт Леона. Кинув на огромные валуны плащи и устроившись со всеми удобствами, красотки едко комментировали действия чужой рати.

Леон, забравшись на самый большой камень и приложив ладонь козырьком ко лбу, пристально оглядывал поле будущей битвы. Чем больше смотрел, тем больше мрачнел. И было от чего. Обладая стопроцентным зрением, он разглядел цвета и стяги Харланского королевства. «Кой хрен принес сюда Аугуста V, вроде по годам до маразма еще далеко?»

Спустившись, землянин поспешил к рядам Высших магов, дабы предотвратить «избиение младенцев». Любой Божий воин, трансформировавшись в боевого монстра, мог легко положить полк обычных солдат, а если учесть, что воины с Черной планеты в основной массе обладали магией, то вообще тушите свет. Прибежавший Леон с трудом угомонил рвущихся в бой магов. И то только после предъявления ультиматума: или — или. Небольшая войнушка на полчаса без всякой магии и применения боевых шкур, или Леон отказывается от своей миссии. Высшие маги, скрипя зубами, согласились — деваться некуда, но расстроились жутко.

Вернувшись обратно, Леон не досчитался пяти девушек: не удержались, засранки, и ускакали на войну. «Вот и осталось вас семеро», — огорченно вздохнул он.

Причина появления чужого войска у побережья океана оказалась проста до банальности. После выздоровления дочери — принцессы Гелы — ее папаша Аугуст V на радостях закатил пир на весь мир, на котором, естественно, присутствовали послы иностранных держав. От южного соседа — эмирата Равини — накануне прибыло расширенное посольство: шах Орхан III возжелал женить сынишку, принца Алима.

Молодым повезло — они влюбились друг в друга с первого взгляда. А чего не влюбиться, принцесса Гела — красавица, с привлекательными формами, принц Алим тоже неплох, правда, горяч не в меру. Это с годами вроде проходит, но, к сожалению, не у всех.

Казалось бы, какое отношение имеет династический брак к походу на побережье? Увы, самое прямое. Принц Алим вбил себе в башку основать собственный эмират, а поскольку основная территория давно поделена между довольно сильными странами, вот и подался на ничейные земли. Умные папы не стали спорить с упертым юношей, выделили по пятьдесят тысяч войска, снабдили обозом под провиант и наладили в путь-дорогу. Король с шахом знали: у побережья ничего достойного внимания нет — песок, скалы и редкий лес. Природных ископаемых никаких, пахотных земель — тоже, о чем пытались втолковать принцу. Куда там, юность рассуждает резко и безапелляционно. Не надо нас учить, мы сами все знаем и кого хочешь научим. Потому и садятся в лужу — это самый лучший вариант, а бывает, теряют и голову, в прямом смысле слова.

Выстроившиеся на огромном зеленом поле войска принца Алима поражали-таки своим боевым видом: тяжелая пехота (закованная в сталь) с ростовыми щитами и длинными копьями — это очень круто по нынешним временам. Прямо как в песне из мультика: «К нам не подходи, а то зарежем». Конница, выделенная шахом, располагалась на флангах. Богато, ну богато. Кони покрыты красивыми чепраками и легкими попонками, сплошь расшитыми золотой и серебряной вязью. Седла вообще произведения искусства. Многие сверкают драгоценными и полудрагоценными каменьями. Орхан III не пожалел для сынульки гвардии, а в ней служили отпрыски знатных и богатых родов. Перед грозным войском на белом аргамаке красовался сам принц Алим, принимая позы опытного полководца. Правда, плохо получалось. Опытные визири, посмеиваясь в душе, дали сопляку дельный совет:

— Досточтимый принц, соблаговолите отдать приказ послать парламентера.

— Это еще зачем? — вскинулся юный «полководец».

Бывалые вояки объяснили, что таковы правила. Нужно предъявить свои права на территорию, на страну или на другую собственность (неважно, на что) и объявить войну. Иначе будет просто набег разбойников-кочевников, и славы будущему завоевателю земель не принесет. Немного подумав, принц Алим согласился с доводами старших.

Резко затрубили трубы, и на середину поля, утыканного редкими скалами, выехал парламентер с белым флажком на пике и с двумя сопровождающими. От редкой цепочки Божьих воинов тоже вышли навстречу три человека. Спустя короткое время переговорщики встретились у серого камня с красными прожилками.

К великому изумлению южан, все трое пришлых чужаков оказались симпатичными девушками, одетыми в облегающую черную кожу и высокие сапоги. На прогулку вышли, не иначе. Общий вид портили мечи и кинжалы, висевшие на широких поясах.

Смуглый южанин, тот что ехал главным, от восхищения зацокал зубом, заерзал в седле — отдавая дань красоте юных дев. Затоковал как тетерев, обещая шербет, рахат-лукум и купание в золоте, если незнакомки согласятся жить в его гареме. Получив чувствительный тычок по почкам от седоусого товарища, заткнулся и с минуту соображал, чего он здесь, собственно, делает.

В дальнейшем переговоры носили довольно конструктивный характер. Высшие маги снабдили девушек скопированным талисманом, притащенным Леоном. Потому языкового барьера не существовало. Южан в тактичной форме послали в длинный сексуальный маршрут и объяснили на пальцах, что те через полгода могут заселять эти благодатные места. Народ Божьих воинов сам уйдет. «Куда? А не ваше собачье дело, так и передайте своему принцу», — расхохотались девицы, развернулись и пошли к своим воинам, повиливая упругими попками.

Парламентер, ежеминутно сглатывая слюну, так и доложил светлейшему и мудрейшему принцу Алиму. Напоследок не удержался и, закатив глаза, заверещал: «Клянусь Великим Кабой, таких красивых гурий еще не видел». Свита оживилась, визири загалдели, требуя от переговорщиков подробности. Спокойным оставался один человек — Главный визирь Осман-Али. По его позвоночнику давно тек холодок и сейчас он достиг копчика. Визирь даже плотнее запахнул парчовый халат.

Битый волк, воевавший всю жизнь, верил своим предчувствиям, и точно знал: сегодня они окажутся в самой глубокой ж…е. Принца от битвы не отговорить, разведка ничего не дала, ее просто не пустили заслоны чужаков. И потому жидкая цепочка из молоденьких девчушек поперек всего поля его обмануть не могла. Там вдали, за каменной грядой, можно спрятать сколь угодно большое войско. Да и расположились девочки грамотно — у скал и валунов. Простора и маневра для конницы никакого. Конечно, можно закидать стрелами, да и пехота наденет их на копья в один миг, но внутренний голос уже даже не кричал, а просто вякнул напоследок: «Хочешь сдохнуть? — Пожалуйста, но без меня».