Огненный Удар (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 14

— Он тоже читает лекции с шоколадками, — сказала Бекки.

— Человеческие глаза часто другого цвета, чем у дракона. Они могут быть желтыми, золотыми, зелеными, оранжевыми, красными или даже серебряными. Они защищены кожистым наружным веком и тремя гладкими внутренними веками. Внутренняя мембрана — кристально чистая и защищает глаза от повреждений во время полета, — он нарисовал на доске и указал на различные части. — Другие два века, в основном, служат для поддержания глаз в чистоте. Они не такие толстые, как внутренней мембраны. Дракон может использовать эти внутренние веки, чтобы защитить глаза от внезапной вспышки яркого света.

Мел скрипнул по доске, и все поежились.

Профессор Грегори бросил мел в корзину и схватил еще один.

— Простите, — сказал он и скорчил рожицу.

Класс рассмеялся.

Мы изучали глаза драконов в течение следующего часа. Я никогда не наслаждалась прежде уроками. Всякий раз, когда я задавала Бекки вопрос, а она шептала в ответ «да», я снова возвращалась к жизни.

Прозвенел звонок, и все повскакивали с мест. Бекки схватила мои книги и закинула их в свой рюкзак.

— Первое, что мы тебе завтра возьмем, это рюкзак, — она бросила ремень через плечо.

— Прости, хочешь, я понесу? — спросила я, видя, как она сражается с тяжестью.

Она отмахнулась от меня.

— Не хочу, чтобы ты потянула еще мышцы.

Все мышцы в моем теле все еще болели. Я жаловалась, когда считала ступени, ведущие к общежитиям.

Она рассмеялась и потянула меня вперед. Если я думала, что Бекки не заметила мою чувствительность, то, конечно же, она отметила это к тому времени, когда мы добрались до нашей комнаты.

Когда мы вошли, то обнаружили Сэмми, лежащую на кровати. У нее было кислое выражение лица, и выглядела она не очень счастливой.

Я рухнула на свою кровать, пока Бекки направилась в ванную комнату. Я не очень хорошо начинала разговоры, кроме грызни с папой. Должно быть, он скучал по Пейе. Я лежала на кровати, глядя на узоры на потолке, пока Сэмми не нарушила тишину.

— Елена, мне очень жаль, что сделал Джордж, — извинилась Сэмми, встав с кровати и сев на мою. Она посмотрела на меня и вздохнула. Я видела, что вина ложилась тяжелым бременем на ее плечи.

Я кивнула, как Констанс Мастеру Лонгвею.

Она аккуратно сидела на моей кровати.

— Эй, не вини себя, Сэмми, — сказала я, позволяя ей сорваться с крючка.

Она покачала головой, глядя на подушку, с силой сжатую в руках.

— Он выставляет всех драконов в дрянном свете. Не все мы похожи на него, честно.

— Знаю, я в порядке. Должна признать, я чуть не схлопотала сердечный приступ, но Бекки заставила меня почувствовать себя лучше.

— Теперь ты понимаешь, почему мы называем моего брата придурком?

— Погоди, твой брат попросил его сделать это? — я вспомнила, что кто-то свистнул, прежде чем дракон убежал.

— Я слышала, как Тоби, мальчик в моем классе, хвалил Блейка. Он такой злой, и я боюсь, что произойдет, если никто не станет залезать на него, — слезы появились у нее на глазах.

— Эй, я только сегодня узнала обо всем этом с Драконами, но понимаю, что ты должна верить. Все будет так, как должно быть, — я не была уверена, что говорить, таким образом, я дала ей папин совет; мне только было жаль, что это не сработает для него.

Угол ее рта немного изогнулся, а затем она обняла меня, прижав к груди. Когда Сэмми отпустила меня, показались ее ямочки.

— Мы можем быть Лучшими Друзьями Навечно. Но Бекки идет в комплекте, никаких исключений.

— Мне нравятся Бекки и спасибо за попытку рассказать мне все за час. У вас двоих средний интенсивный курс.

Она захихикала.

— Мы просто хотели ввести тебя в курс дела по всем делам Пейи. Завтра, я уверена, ты узнаешь больше. Город Элм полон историй, — таинственно сказала она.

Бекки вышла из ванной и села на кровать рядом с нами.

— Вы готовы? Сэмми и я хотим показать тебе особое место.

Я колебалась и не особо хотела покидать комнату, но любопытство пересилило. Они вели меня вниз по лестнице, это заняло десятилетия, потому что мои ноги ели гнулись.

Куча учеников с чемоданами громко болтали друг с другом в вестибюле.

— Испорченные избалованные детишки, — сказала Сэмми. — Думаю, они никогда не проводили выходные в Драконии.

— Они идут домой?

— Только на выходные.

Бекки снова боролась с деревянной дверью.

— Помоги, пожалуйста.

— Держись, королева драмы, прежде чем ты, в конечном итоге, потеряешь руку, — сказала Сэмми и открыла дверь без усилий.

Она сильная, наверное, драконьи штучки. Моя совесть внутренне пожала плечами, будто факты о драконах больше не беспокоили нас.

Мы проскочили через вход и попали на территорию школы.

Сэмми повернулась, чтобы игриво и мягко шлепнуть Бекки. Я радовалась, что она больше не чувствовала себя плохо. Мне очень нравилось, как быстро она оправлялась.

Мы столкнулись с Блейком рядом с лестницей. Он миловался с Табитой, и они не прилагали усилия, чтобы скрыть то, что они делали.

Сэмми превратилась в свирепого зверя, когда увидела их, подлетела к брату и отодвинула его, прервав их.

— Ты такой придурок, Блейк.

Он просто рассмеялся, от этого у меня задрожали коленки.

Почему он должен быть так чертовски красив? Дрожащими руками я подняла воротник футболки, оправдывая это движение бризом и надеясь, что это сможет скрыть мои вспыхнувшие из-за Блейка щеки.

— Папа об этом услышит, — угрожающе произнесла она.

Его улыбка исчезла.

— Это была шутка, Саманта!

Она развернулась к нему лицом.

— Шутка? Ларри и Брент отправились за решетку за такую шутку, Блейк, и даже не за такую, которую вы и Джорджем сделали сегодня днем.

Его глаза дернулись, и он посмотрел на меня.

Отлично, теперь самый горячий парень в школе думает, что я — лузер.

— Разве ты не слышал, что Мастер Лонгвей сказал о Елене тем вечером? Думаю, нет, ты, вероятно, был слишком занят, думая о голом теле Медузы.

Глаза Табиты сузились, и она набросилась на Сэмми, но Блейк прижал ее к стене сильной рукой.

— Я прибью тебя, Саманта. У тебя слишком длинный язык.

— Она этого не стоит, детка, успокойся, — произнес Блейк успокаивающе. Он что-то прошептал ей на ухо, и ее улыбка вернулась.

— По крайней мере, я не трусиха, — прощебетала Сэмми.

— Сэмми, — выдавила Бекки, сквозь сжатые зубы.

Табита злобно сжала челюсти, когда мы повернулись и пошли прочь.

— О, ладно, Бекки, она заслуживает этого. Разве не достаточно того, что я должна быть хорошей каждый раз, когда мы идем домой?

— Девочки, Табита идет с вами? — выпалила я.

Сэмми поджала губы и закатила глаза.

— Он хочет ее только для одного.

— Они теперь вместе, — Бекки подняла бровь.

— Кого это волнует? — спросила Сэмми.

— Ты не должна была делать этого, Сэмми, — я чувствовала себя ужасно от его взгляда, и как он посмотрел на меня из-за того, что его отец узнает о проделке.

— Нет, должна была, — сказала она. — В тот день, когда мой брат забудет о последствиях, будет тем днем, когда станет слишком поздно.

Бекки обняла ее одной рукой.

— Я постараюсь взобраться на него, если ты хочешь?

— Милая, ты хорошо управляешься с мечом и щитом, но твои навыки не достаточно хороши, чтобы укротить моего брата.

— Я сказала «постараюсь», но, судя по твоему тону, можешь забыть о моем предложении.

Сэмми игриво шлепнула Бекки по заду и мягко толкнула ее.

— Люблю тебя, спасибо, что пытаешься заставить меня чувствовать себя лучше.

Две девушки действовали так, будто они уже стали Сестрами.

— Почему ты назвала Табиту трусихой? — спросила я, до сих пор путаясь в том, с чем только что столкнулась.

Ну, кроме той части, когда Блейк заставила меня разгорячиться и разнервничаться.

Она вздохнула.

— Я, наверное, услышу от мамы: «Металлические драконы лучше, чем укус исподтишка, Саманта Лиф», — поддразнила она британский акцент.