Что за чертовщину я сейчас прочёл (ЛП) - Вонг Дэвид - Страница 37

— Да, но это был не человек. О чём вы прекрасно, блядь, знаете.

— Я знаю?

Джон сказал:

— Значит, если мы сейчас пойдём и найдём второго ребёнка, на нас ляжет ещё больше подозрений? А знаешь, что? Мы его всё равно найдём. Я уверен, вы нас поймёте — мы просто не можем оставаться в стороне при чужой беде.

Я добавил:

— И просто чтоб прояснить кое-что — единственно верный путь доказать вам, что мы не стоим за этими массовыми похищениями, будет найти этого парня, и если он окажется человеком, а не паранормальной приблудой, вы сможете составить полноценное обвинение? Верно?

— Вообще-то, Вонг, если я увижу тебя хоть около жертв, хоть разговаривающим со свидетелями, хоть что-то ещё, подразумевающее работу полиции, неважно, я всех вас троих выцеплю во вмешательстве в расследование. И говоря "выцеплю" — я подразумеваю привязать к бамперу внедорожника и протащить сквозь весь город на допрос. Вы остаётесь дома, вы никуда не уезжаете, вы ждёте, пока от меня не будет указаний. Ясно?

— Конечно. Всё, как вы скажете. В конце концов, вы — сила правосудия.

Он повернулся, открыл дверь, и уже ну поччччтиииии ушёл, как внезапно из другой комнаты донёсся глухой стук.

Мы все повернулись на звук, включая Баумэна.

Очередное приглушённое постукивание — будто кто-то пинается в дверь.

В дверь моей кладовки.

Детектив спросил:

— Кто здесь ещё?

Одновременно:

Эми:

— Это ветер.

Джон:

— Собака это.

Я:

— Ничего не слышу.

Баумэн вынул ствол:

— Так, отошли. Живо. Вся ваша троица, резво — к дальней стенке.

Мы повиновались.

БАХ

Я сказал:

— Я не хочу, чтоб вы восприняли это, как угрозу в свой адрес, но последний коп, пытавшийся войти в мой дом и везде залезть, пытаясь выяснить источник странных звуков, ну, он плоховато кончил. С монстром у себя в лице. И нет, не рядом с лицом. Монстр поселился у него в голове.

— Завали ебальник.

Он приближался к кладовой так осторожно, будто думал, что за ней притаился велоцираптор с обострением бешенства, готовый вырваться в любой момент.

Детектив замер напротив двери, и, держа пушку на взводе так, чтоб предполагаемый противник не смог её выдрать, дотянулся до дверной ручки и потянул створку на себя.

Моментально отпрыгнул от проёма, чтоб создать дистанцию, и наставил дуло пистолета на то, что предполагаемо было ужасом, запертым в шкафу — оттуда, где стоял я, было ничего не видно, но я ментально подготовился к тому, чтобы бежать максимально быстро к выходу в то время, как детектива пронзят огромным клювом, заграбастают когтями, или облепят щупальцами.

Баумэн заглянул внутрь.

Подобрал то, что увидел.

Повернулся, и уставил пушку уже в точности на меня.

— На пол! Вниз, живо! Все вы!

— Что там такое?

— ЛЯГ, МАТЬ ТВОЮ!

Мы повиновались, обмениваясь тревожными взглядами. Я уже почти понял, что он там нашёл.

Эми выглядела так, будто точно знала, что в чёрном ящике.

Детектив связался по рации с помощником, сказал вызвать машину с нарядом и скорую помощь.

Здесь ребёнок, сказал он.

Жив, но без сознания.

* * *

Мы сидели в наручниках на заднем сиденье внедорожника детектива Баумэна — правая рука Эми была прикована к ремню — и просидели уже достаточно, чтобы пронаблюдать за закатом солнца почти полностью. Красно-синие огни то и дело вспыхивали, отражаясь в капельках воды на лобовом стекле. Работники Венериной Мухоловки столпились на выходе, тихо переговариваясь друг с другом и в ужасе зажимая ладошками рты.

Я видел, как Чейстити выскочила из старого, но в хорошем состоянии Рейндж Ровера. Она рванула по направлению к лестнице — её с трудом удерживала полиция, заверяя, что с минуты на минуту её мальчик будет с ней, и всё хорошо.

Медбрат вынес Майкла Пайтона к ступеням — тело мальчика было завёрнуто в плед. Чейстити проскользнула между сотрудниками полиции, чтобы вырвать из рук медицинского работника сына, и прижать его к груди. Корреспонтенты Channel 5 были уже на месте, чтобы всё заснять, с ними подтянулись и соседи — мир вертится резче и ярче, если копы снова у квартиры Вонгов.

Ребёнок и Чейстити сели в машину скорой помощи, и довольно скоро криминалисты заполнили весь пролёт. У всех на лице читалась крайняя озабоченность тем, что они нашли в моей квартире.

Интересно, в комнате для дачи показаний кто-нибудь сможет ясно сказать, что говорит клоун на картине?

Напарник Баумэна, квадратнорожий чувак с зачёсом, забрался на пассажирское сиденье машины.

Детектив всё ещё стоял под навесом секс-шопа, разговаривая с одним из криминалистов, и скорее всего — наставляя того, чтоб он ничего не хватал в квартире голыми руками.

Джон обратился к напарнику детектива:

— Единственная вещь, которая посреди этого океана дерьма меня по-настоящему волнует, это тот факт, что настоящий "плохой парень" всё ещё на свободе. Вы же знаете, что мы этого не совершали, а ещё вы знаете, что мы вам нужны. Так что хорошего в том, чтоб нас хором повязать? Уж лучше бы прикрыл собственную жопу, постарался бы закрыть дело.

Детина ответил:

— Завали. Не желаю твою хуйню слушать.

Баумэн скользнул за руль. Как только мы выехали с парковки, я обратился к нему:

— Может, просто нас выслушаете? Вы ведь знаете, что до суда не дойдёт. Никогда дело не доходит до высшей инстанции. Прокурор пробегается глазами по делу, недоумённо встряхивает головой, и наливает на четыре пальца крепкого, чтобы придумать объяснения для прессы, почему процесс был закрыт так быстро. Так — постоянно.

Эми произнесла:

— Ребят, он нас не к участку везёт.

Баумэн быстро глянул на нас, сказав:

— Она права. Новая метода.

Он отвёз нас южнее, сквозь кукурузные поля, и дал круг по свалке, где мы видели парня, охотящегося на БОГОМЫШЬ??? на записи Чейстити. Мы направлялись к зданию, которое раньше предполагалось как оптовый склад-магазин, но внезапно было обновлено и переоткрыто под новой эгидой.

Единственной приметой была нечитаемая вывеска на въезде парковки;