Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 81

   - А потом куда?

   - Не знаю. Кот просил поискать ещё парней для Зангаро. Может найду кого-нибудь...

   - Ну, а потом?

   - Не знаю, наверное, в Марсель. Африка мне порядком надоела, да и денежки надо разместить. Женюсь, может быть...

   - Хорошо тебе!

   - Да ладно, Генри! Ты ведь министр! - в словах Лангаротти явно проскользнула ирония. Уловив обиженное выражение в глаз собеседника, он решил несколько притупить свой сарказм. - Ну почти, но скоро будешь!

   - Да в том-то дело, что нет. Отсюда я полечу в Калабар - за Миниконами.

   Настал черёд удивиться корсиканцу.

   - ???

   - А, ты же не знаешь.

   - Ладно - проехали. Меньше знаешь - лучше спишь! - Лангаротти пожал влажную ладонь Бенъярда и вылез из автомобиля. Только сейчас он почувствовал обволакивающую жару, насыщенную влагой. Обливаясь потом, корсиканец направился в бар, где стал ждать посадку на рейс до Луанды, где он должен был пересесть на самолёт в Йоханнесбург. Отсюда Жан-Батист отправил в Кларенс телеграмму следующего содержания: "Жди Мэда во вторник к обеду".

   Аэропорт имени Яна Смэтса, окрашенный лучами восходящего солнца, разительно отличался от всего, что видел наёмник раньше чистота, порядок, отдельные помещения и проходы для белых и чёрных. Оставив приличный залог, корсиканец взял напрокат "рено" и направился в Паарль, где жили родители Дюпре. Путешествие по довольной хорошей дороге заняло целый день. Ещё пять миль пришлось тащиться по грунтовке до фермы Дюпре. Когда он передал документы на получения страховки, отец Жанни протянул ему руку и крепко сжал.

   - Вы - тонкая белая линия, которая защищает мою родину от варварства. Я знаю, чем занимался мой сын, и я горд тому, что он погиб, защищая наш образ жизни! Погостите у нас немного. Расскажите о последних днях моего сына...

   - Хорошо, у меня для Вас всегда найдётся время. Денька два-три я, конечно, могу погостить. Тем более, что мне надо кое-кого здесь найти...

   2. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЗЕММЛЕРА ИЛИ ГАЛОПОМ ПО ЕВРОПЕ

   В отличие от Жана-Батиста Курт летел в Европу. Как коммерческий директор компании "Спинетти маритимо", он должен был обеспечить разгрузку "Тосканы" в Остенде и выполнить ряд других щекотливых поручений шефа. Одно из них было связано с красной папкой из президентского подвала. В Брюгге Земмлер прямиком отправился к господину Гуссенсу в Кредитбанк. Сославшись на своего давнего друга Кейта Брауна, он попросил у него совета, предъявив копии документов, найденных им в подвале президентского дворца. Реакция банковского клерка ему показалась несколько странной. Услышав фамилию Брауна, он сперва на минуту смутился, затем, принуждённо улыбнувшись, стал изучать бумаги Земмлера. Окончив читать, он куда-то позвонил и вежливо пригласил пройти в переговорную комнату. Здесь Курта встретил вице-президент банка Корнелиус. Он интересовался происхождением бумаг и предложил Земмлеру зайти через пару дней с оригиналами документов.

   Курт решил не терять времени даром и навестить Анну, подругу Вламинка. Ей принадлежал небольшой бар в Остенде, на втором этаже которого находилась небольшая квартира. Узнав о гибели любовника, она, поджав губы, поинтересовалась о том может ли она что-то получить из его наследства. Было позднее утро, день выдался погожим, поэтому в баре не было никого не было. Через открытую дверь в полутёмное помещение врывался морской воздух. Снаружи доносился крик чаек. Курт молча выложил на стойку полтысячи долларов. Анна взяла тоненькую пачку и пересчитала:

   - И это всё? - спросила она. - Неужели у него больше ничего не осталось.

   Курт достал из кармана часы, серебрянный крест Марка и страховой полис на сумму в двадцать тысяч долларов.

   - Документы о том, что он выпал за борт доставит капитан Вальденберг. Его корабль здесь будет недели через две. Тогда ты сможешь получить страховку. Может у него есть что-то на счету?

   Анна налила большую кружку тёмного эля и придвинула её к нему.

   - Это настоящий "Роденбах", - не к месту произнесла она. - Угощайся, герр. Ты же - немец?

   - Да, - ответил Курт.

   - Я сразу это поняла. Во время войны у нас постоянно бывали ваши солдаты. Я тогда было совсем молоденькая...- Она задумалась и сменила тему разговора: - Деньги из банка попытаются забрать его мамаша и беспутная сестрица, - забурчала Анна. - Если они, конечно, есть...

   Она выставила на стойку немудрёную закуску и налила себе:

   - Я знала, что плохо кончит. Жаль его, хороший был мужик этот Марк. Меня не обижал. Как он погиб?

   - Его убил русский, - Курт сделал большой глоток эля и добавил: - он его тоже...

   - Не люблю этих русских. Всюду лезут... - она сделала глоток из своей кружки. - Мой фатер погиб, защищая рейхстаг...

   Курт поднёс два пальца правой руки ко лбу:

   - Я тоже воевал в ту вой...

   Хозяйка бара положила свою ладонь на его руку, прервав заготовленную им тираду:

   - Ты долго будешь в Остенде, герр? Ээээ?

   - Курт, - представился Земмлер. - А ты - Анна!

   - Да, всё правильно. - она бросила на немца изучающий взгляд. - А тебе есть где остановиться?

   - Пока не определился. Мне надо быть через пару дней в Брюгге. Может что порекомендуешь?

   - Можно - в отеле, можно - здесь. Комната Марка не занята. Пока! - он на минуту замолкла. - Оставайся! Расскажешь о нём, что захочешь.

   - Давай выпьем за Марка что-нибудь покрепче!

   - Давай!

   Наутро Земмлер решил дозвониться до Габриэля Аграта, но его парижский номер не отвечал. Только на второй день Курту ответил секретарь, сообщивший, что его шеф находится в Ницце. Он тщательно записал данные и пообещал сообщить своему господину. В ожидании Курт коротал время в баре Анны, радуясь нескольким погожим солнечным дням и ждал. Настал срок, и он связался с господином Гуссенсом, который пригласил его на личную встречу с вице-президентом банка Корнелиусом. Анна подбросила Земмлера на Вламингстраат, 25 - прямо ко входу в отделение Кредитбанка. Он её поцеловал в щёку и отправил домой. По его мнению, разговор должен был быть нелёгким. Встреча началась в том же самом переговорном кабинете. Симпатичная секретарша принесла кофе.

   - Коньяк? - предложил вице-президент. Курт согласно кивнул. Тут же на переговорном столе появились подогретые бокалы с янтарной жидкостью на дне.

   - Уважаемый господин Земмлер, - вице-президент был сама обходительность. - Мы внимательно изучили копии, предоставленных Вами документов, и готовы с Вами сотрудничать.

   - Прекрасно, - воскликнул Курт. - В чём же дело?

   - Есть одно условие.

   - Какое?

   - Нам нужны оригиналы этих документов и доверенность на распоряжение ими!

   - А какие есть гарантии, что революционное правительство Зангаро получит эти деньги?

   - Никаких, пока его не признает правительство его величества короля Бодуэна.

   - Какого-такого Бодуэна?

   - Ну, - Корнелиус замялся. - Нашего короля...

   - То есть, если я Вас правильно понял, эти деньги Зангаро быстро получить не сможет?

   - Нет, - вице-президент с печальной улыбкой закивал головой. - Но, часть из них можете получить лично Вы и прямо сейчас. Что вы скажете о тридцати процентах?

   - Нет.

   - Хорошо. Сорок!

   - Нет.

   - Ну, ладно, давайте пятьдесят на пятьдесят, - Корнелиус угрожающе насупил брови. - Я могу Вас привлечь к суду за наёмничество. Сюда просто войти, но не так просто выйти...

   - Мне надо подумать.

   - Вот и думайте, но здесь.

   - Ты ничего не добьёшься, крыса! Не таких обламывал, - Курт подскочил к вице-президенту, держа в руках гранату. - Сейчас взлетите ко всем чертям, сволочь.

   - Ладно, ладно, успокойтесь, - Корнелиус побледнел. - Не горячитесь. Подумайте о моём предложении. С такими деньгами Вы начнёте новую жизнь...

   - А мне и эта нравиться! - С этими словами Курт ухватил вице-президента под руку и со зловещей улыбкой сказал: