Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 283

   - Да, мы с Маритом только что закончили обедать. Жаль, что Вы задержались в дороге...- Блейк выдал улыбку на своей крысиной мордочке, показав маленькие острые зубы

   - Я распоряжусь, чтобы для Вас что-нибудь соорудили. Как я понял, Вы предпочитаете говядину?

   - Всё равно, Марит.

   - Повар мне сказал, что у него есть прекрасная индейка!

   - Что же, подавайте её.

   - Вам всё отнесут в спальню.

   - Я думаю, Генри, Вам надо отдохнуть, - произнёс Блейк. - Ведь к отходу "Гвенко" надо успеть в Кларенс.

   - Да. Вы, конечно, правы, Гарри, - зевнул Бенъярд. Поднявшись в выделенную ему комнату, он наскоро поел и быстро заснул. Его разбудил громкий стук в дверь и громкий голос Марита:

   - Генри, вставайте! "Гленко" горит!

   7. ИСПАНСКИЙ ГАРЛЕМ

   Сон оказал благотворное влияние на самочувствие Шеннона, хотя кашель не унимался. Поутру он чувствовал себя бодрым, как в прежние времена и даже поехал в лагерь на утреннее построение. На плацу вовсю хозяйничал Хейде. Он внимательно осматривал редкий строй, подмечая недостатки.

   - Комендант, почему на плацу так мало солдат? - спросил его Шеннон.

   - Оцепление с Ханипы ещё не вернулось, сэр, - ответил бывший полицейский Бечуанленда. - Их прибытие ожидаем только после полудня.

   - Почему операция затянулась?

   - Не могу знать, сэр! Ею руководит начальник президентской охраны, Эйно Экс. Он мне не докладывает...

   - Это плохо, что наши мобильные силы используются не по назначению, инструктор. Этого больше нельзя допускать!

   - Я иного мнения, сэр. Эта рутинная операция послужит неплохой практикой для наших солдат. Условия, так сказать, приближены к боевым...

   - Это Ваше личное мнение, Хейде. Держите его при себе.

   - Слушаюсь, сэр, - Хейде отошёл на шаг в сторону и приказал:

   - Вахмистр, поднять знамя!

   Чёрно-красное полотнище с золотой восьмиконечной звездой посередине побежало вверх по флагштоку, запел горн.

   - Зарм, - прокричал Эллеон. Жандармы вытянулись по стойке смирно, офицеры отдали честь. На минуту все на плацу застыли.

   - Рамз! - последовала новая команда и строй рассыпался.

   - Я вижу, Хейде, что Вы уже освоились в своей новой должности, - примирительно произнёс Шеннон.

   - Да, сэр, - пергаментное лицо, - но мне кое-что хочется изменить.

   - Вот как?

   - Да.

   - Я хочу заменить временные хижины для солдат настоящими бараками, а госпиталь и штаб разместить в каменных зданиях.

   - А как же, интенданты, оружейники, связисты?

   - Они могут потесниться. Узел связи можно объединить со штабом, а цейхгауз с интендантским складом. Надо оборудовать гаражи и гауптвахту. Завтра я приступлю к перепланировке и представлю Вам проект.

   - Действуйте. Как только прибудет Вижейру со своими людьми, жду его с докладом.

   К офицерам подошёл Спенсер.

   - Сэр, - обратился он к Шеннону. - Для Вас срочное сообщение из дворца.

   - Слушаю.

   - Вас срочно вызывает президент. По личному вопросу!

   - Передайте во Дворец, что немедленно выезжаю. Буду через десять минут.

   - Есть, сэр,- радист бросился в радиорубку.

   - Вот что, Хейде, поговорим о Вашем проекте несколько позже. Я хочу, чтобы его послушали Дженсен, Зогабу и Хааг...- сказал Шеннон и, не дожидаясь ответа, быстрым шагом двинулся к джипу, за рулём которого дремал Фортус Кан. Он больно ткнул своего ординарца в плечо и скомандовал:

   - Едем!

   - Куда? - затряс головой водитель.

   - Во Дворец! Срочно!

   Мотор взревел и "джип" быстро понёсся по Прибрежному шоссе. Встречный ветер обдувал лицо Шеннона, а лучи восходящего солнца, пробивавшиеся сквозь кроны пальм, били в глаза. Начальник жандармерии надел очки и стал думать о причине столь раннего вызова президента.

   Президент встретил своего раннего гостя в обеденном зале: он завтракал.

   - Присоединяйтесь, Карло, - приветливо сказал он. - Прикажите подать второй прибор.

   Вышколенный стюард немедленно принесли второй прибор, расположив его на противоположном конце длинного стола. Подали завтрак. Он состоял из галет и свежих кокосовых орехов.

   - Вы удивлены моим утренним меню, Карло? - спросил доктор. Шеннон мотнул головой, не зная, что ответить. Доктор воспринял его жест, как знак согласия. - Стандартное меню на пятницу, мой друг. В обед тоже предопределён: консервированная говядина и клёцки. Вот вчера была рыба, подливка из кокосового сока и морской воды. Вот так-то!

   - У тебя по четвергам рыбный день? - усмехнулся наёмник.

   - Выходит, что так, - президент тяжело вздохнул. - Надо держать себя в форме. Ещё кофе?

   - Да.

   - Этот кофе с Хрустальных Гор, - говорил президент под журчание напитка, струившегося из медного кофейника. - Наверное, лучший кофе, который я пробовал за свою жизнь.

   - Да, недурён, - подтвердил Шеннон. - Такого нет даже в Париже...

   - Это всё Самуэль, наш добрый стюард, - Окойе посмотрел своими тёмными глазами на стюарда. - Только он может так заваривать этот кофе. Он один из немногих, кто остался жив после штурма дворца...

   - Да. Хорошая была бойня! Без наших было шестьдесят девять трупов, включая того русского.

   - Семьдесят, - поправил доктор. - Ты забыл посчитать охранника Харриса, кажется при нём нашли документы на имя Локи...

   - Вы всё помните, доктор!

   - Да, я всё помню,- грустно произнёс доктор. - Многое из этого хочется забыть. Забыть навсегда. А Вам, Карло?

   - Мне? Нет.

   - Налейте мне ещё, друг мой, - голос президента был приторно ласков. Он дождался, когда стюард закончит разделывать кокос и жестом отослал его. - Карло, я тебя позвал сюда, чтобы поговорить с тобой, как с другом. Ведь мы -- друзья?

   - Да, Вайянт, - насторожился Шеннон: такое начало не предвещало ничего хорошего. - Что случилось?

   - Это касается твоего здоровья, - выдохнул президент и достал откуда-то объемистую папку в картонном переплёте. - Это твоя история болезни...

   - Ну и что?

   - Ты же знаешь, я по образованию -- врач. Вчера вечером доктор Арвидсон привёз мне твою историю болезни...

   - Этот пацифист. Я ему всегда не нравился.

   - Да, конечно, - президент стал листать папку, периодически слюнявя палец, - но я не думаю, что он приложил к этому руку. Здесь результаты твоих последних анализов, заключение консилиума врачей, твой диагноз...

   - Ни как? - с усмешкой поинтересовался Шеннон.

   - Всё печально, мой друг, всё печально, - тихо произнёс президент. - Я изучал это целый вечер, и, ,как и все мои бывшие коллеги, удивлён, что ты ещё жив: рак лёгких, сепсис, множественная дисфункция органов. Это не считая цирроза печени, повышенное содержание глюкозы...

   - Я догадываюсь к чему они ведут. К срочной госпитализации...

   - Ты угадал, мой друг. Я тоже настаиваю на этом.

   - Послушай, Вайянт, сейчас не время...

   - А когда есть время? - повысил голос Окойе. - Никогда его нет! Я тебе настоятельно рекомендую, нет - приказываю, лечь в стационар. Как глава государства, которому ты служишь!

   - Понятно! Не мытьём, так катаньем...

   - Ты это про что?

   - Я? Про национальную безопасность!

   - Здесь не волнуйся, я подумал и решил оставить этот министерский пост за собой. Тебя отправляем в отпуск по болезни. Заметь, в отпуск - не в отставку!

   - Это без разницы. Я из госпиталя живым не выйду! Я уж точно знаю! Полгода назад мне это сообщил доктор Дюнуа из парижской клиники.

   - Что конкретно?

   - У меня год, если не волноваться, или менее шести месяцев, если не щадить себя. Последние недели будут самыми трудными. Мне кажется, время уже подошло...

   - Ну это мы ещё посмотрим. У тебя будут лучшие лекарства!

   - Откуда?

   - Для тебя найдём! Я уже распорядился об этом.