Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 164

– Для заключения мне нужно осмотреть пациента. Мистер Малфой, – обратился Янус Тики к Драко, – будьте добры, прилягте на кровать, чтобы я мог вас продиагностировать.

Драко бросил взгляд на отца и, получив утвердительный кивок, выполнил просьбу. Минут через десять, после проведения не только стандартной проверки, но и применения чар углубленной диагностики мозговой деятельности, ведущий целитель больницы Святого Мунго, приглашенный в качестве эксперта для расследования жалобы, официальным тоном заявил:

– Согласно наблюдениям школьной медиковедьмы, могу засвидетельствовать правильность ее выводов относительно замеченных отклонений в диагностической карте пациента. К мистеру Драко Малфою наверняка применялись чары, которые как минимум весьма значительно изменяли его внешний вид. Точнее сказать затрудняюсь. Влияние зелий исключено, что подтверждает результат своевременно выполненного анализа крови, – целитель Тики сделал паузу, давая понять, что основной вердикт он уже вынес – факт необходимости расследования доказан. – На данный момент состояние пациента не вызывает опасений. Мистер Малфой – вполне здоровый молодой человек. Однако я все же рекомендовал бы школьной медиковедьме в течение ближайшего месяца еженедельно проводить профилактическую диагностику. Магическое ядро вошло в заключительную стадию формирования, поэтому не стоит относиться к произошедшему слишком легкомысленно. Каждый колдомедик знает, что в этот период любое сильное колдовское воздействие на подростка может привести к непредвиденным последствиям.

– К сожалению, мы не в состоянии уследить за всеми шалостями студентов, – Дамблдор всем своим видом старался показать, как ему неприятно признавать подобное.

– Шалостями? Мой сын обеспечен артефактами наследника именно для того, чтобы оградить его от подобных шуток. Как вы думаете, школьник смог бы эффективно применить к нему увеличивающие или уменьшающие чары? Это вам не зубы вырастить или волосы перекрасить, – голос Люциуса был насмешливым и негодующим. – Давайте позовем кого-нибудь из старшекурсников и посмотрим, удастся ли ему удачно применить, к примеру, Диминуендо к Драко.

– Мистер Малфой, я понимаю вашу озабоченность… – начал Дамблдор.

– Как вы могли допустить нападение на моего сына? – Люциус держался из последних сил, чтобы не поднять волшебную палочку на гнусного старика, притворявшегося теперь ни в чем не виновным.

– Но с ним ничего непоправимого не произошло… – заметив, что Люциус снова готов перейти в наступление, Альбус быстро сменил тему: – Предлагаю всем вернуться в мой кабинет, если у вас больше нет вопросов к мадам Помфри, – он указал на камин.

– Разумно, – подтвердил его решение Ранкорн и, многозначительно переглянувшись с Северусом, направился в указанном направлении.

Через несколько минут все уже удобно разместились в креслах, и Малфой посчитал это сигналом к тому, чтобы продолжить свои обвинения:

– Мистер Дамблдор, – Люциус намеренно опустил профессорское звание, желая уязвить директора и вывести его из себя, – я, как член Попечительского совета, знаю, что вы имеете возможность отслеживать энергоемкое колдовство на территории Хогвартса. Почему вы не потрудились узнать, что произошло с моим сыном, когда на него напали? Я уже довел до сведения комиссии тот факт, что подобное преобразование внешнего вида моего сына нельзя было совершить без больших, если не сказать – колоссальных, затрат магической силы.

– Со всем моим уважением, мистер Малфой, я не в состоянии одновременно выполнять несколько дел. В школе более трехсот студентов. Так что, думаю, ответ очевиден – я был занят в то время, поэтому и не смог отреагировать на сигнал, – Альбус кивнул в сторону столика, уставленного множеством различных артефактов, преимущественно предназначенных для отслеживания каких-то процессов.

– Что может быть серьезнее, чем всплеск магической активности? – Люциус знал ответ, но он хотел, чтобы Дамблдор сам рассказал о еще одном нападении, произошедшем приблизительно в то же время. Однако директор не спешил признаваться, и Малфой предупредил: – Я подам заявление в суд – пусть они разбираются.

– Альбус, – Снейп покачал головой, давая понять, что промолчать тому не удастся, если он не хочет неприятностей с Малфоем.

– Вчера было совершено нападение Упивающегося Смертью, пересекшего границу школьных охранных чар, на двух других студентов. Я отправился им на помощь. Видимо, именно в это время кто-то и применил какие-то чары к мистеру Драко Малфою, а я воспринял сигнал от артефакта, как реакцию на заклинания Упивающегося. Предупреждая ваш вопрос, – обратился он к Ранкорну, пораженно распахнувшему глаза на его признание, – этим делом уже занимается лучший из авроров – мистер Грюм. Для предотвращения развития паники расследование ведется конфиденциально.

– Но вы обязаны были сообщить об этом в Попечительский совет, который является высшим административным органом школы! – Ранкорн даже не скрывал своего негодования. – Вы надоедаете нам отчетами о взорванных на уроке зелий котлах и помятых вашим полтергейстом Пивзом доспехах, но умалчиваете о нападении неизвестного головореза… Или вы знаете напавшего? И я еще не услышал, кто именно подвергся нападению? – казалось, Ранкорн не мог решить, что он хочет выяснить в первую очередь.

– Я собирался отправить докладную в понедельник, – Альбус ничего подобного, конечно же, и не планировал делать, однако теперь у него не осталось выбора – в Министерстве появится официальный документ о происшествии, а значит, негодующих родителей прибавится. «И все из-за Малфоя с его жаждой напакостить!» – злобно подумал Дамблдор.

– Сообщения о непосредственной угрозе учащимся вы обязаны направлять совету срочно! – напомнил ему правила Ранкорн более чем недовольным тоном. – Профессор Дамблдор, что со студентами, на которых напал преступник? Они пострадали? И скажите наконец – кто они?

– Мистер Гарри Поттер и мистер Рональд Уизли не пострадали. Я вовремя среагировал на сигнал и успел оградить их от опасности, – Альбус чувствовал, что начинает закипать – его отчитывали как школьника, тогда как в кабинете находился один из студентов.

– Подробная докладная должна быть у меня еще до полуночи, – Ранкорн пристально посмотрел на Дамблдора, пресекая любое его несогласие с требованием. – С мистером Грюмом я поговорю лично. Возможно, вы и правы в том, что не следует поднимать шум – ответ на этот вопрос получим у специалистов. Вас я попрошу в кратчайшие сроки дать официальную справку по состоянию мистера Драко Малфоя и причинам выявленных отклонений при диагностике, – обратился он к Янусу Тики, тот кивнул в ответ. – Решение по расследованию нападения на вашего сына, – обратился он к Люциусу, – совет примет во время своего следующего заседания. Учитывая ситуацию, оно будет проведено не позже ближайшего вторника. Я буду ходатайствовать об усилении мер отслеживания магических возмущений на территории Хогвартса. Профессор Снейп, вы, являясь деканом одного из факультетов, связаны только с сигналом об использовании непростительных заклятий на территории школы? Или я что-то путаю?

– При поступлении на должность на деканах факультетов, как и на директоре, закрепляются связи со следящими чарами Хогвартса, – Северус начал по памяти читать устав школы. – Оные подают им сигнал, а затем и ведут к месту происшествия при использовании кем бы то ни было в стенах замка непростительных, а так же некоторых других опасных запрещенных заклинаний, внесенных в постоянно обновляемый специальный список. Как мастер могу свидетельствовать, что далеко не все заклятья из того перечня являются слишком энергоемкими.

– Только в замке? – Ранкорн очень внимательно прослушал справку, поэтому сразу заметил важный факт.

– Да, – Северус кивнул.

– Профессор Дамблдор, тот артефакт, который помог вам засечь вторжение на территорию школы неизвестного, – Ранкорн бросил выразительный взгляд на столик, где все это время продолжали жужжать и шевелиться некоторые странные изобретения колдовского гения, – отслеживает именно вложенную в заклинание магическую силу?