Тревоги пути (СИ) - Кир Юлия - Страница 96

— Не торопись, — приглушенная одеялом, уверила она, — Мне и тут не плохо. Она поняла всю прелесть своего положения, и свернувшись клубочком, вновь задремала. Приложив ухо к спине Мэйтона, слушая его дыхание и мерный стук сердца, провалилась в благостный сон.

Мэйтон спешил. После первого землетрясения было второе. Он знал, что после третьего, начнется извержение вулкана. Они с Кейт, забрав с ледника все вещи, что только смогли унести, не медля, двинулись в путь. Надо было преодолеть узкое ущелье в котором текла речка Мутная, о которой говорил Энвалиэн. Ущелье выходило в широкую долину. И если извержение застанет их в ущелье, то вся лава вперемешку с водой, камнями и грязью, круша все на своем пути, сорвутся в реку, и тогда...

Мэйтон спешил. Они уже преодолели две трети пути. Теперь, им предстояло пройти самое узкое и опасное место ущелья, зажатое меж отвесных стен. С уступов и карнизов то и дело сыпался снег и свисали огромных размеров сосульки. Иногда, Мэйтон специально швырял в них камнями, чтобы проверить на прочность и если надо, сбивал их напрочь.

Идти было тяжело и неудобно. На спине Кейт тащила рюкзак Лины с едой, а котелок и полог в руках. Мэйтон все остальное, в том числе и Лину.

Надо было устроить привал, чтобы немного перевести дух и поесть. Он-то еще может пройти, а вот Кейт явно была на грани.

В те страшные часы полной беспомощности, Мэйтон почти смерился со своей горькой участью и готов был принять смерть…. А вновь обретя способность нормально двигаться, упивался каждым мгновением жизни. Он чувствовал каждую натруженную мышцу, каждую жилку, каждую косточку в своем теле. Его переполняла какая-то детская радость и восторг, как переполнен эмоциями маленький ребенок, у которого получилось пройти первые в своей жизни шаги. И эльф, именно теперь, осознал до конца то, что Марра дохнув мертвенным холодом, вновь прошла мимо него.

Мэйтон выбрал ровную площадку у проталины, осторожно снял с себя связанные одеяла. Положил спящую девушку на полог, со стоном разминая натруженные плечи. Кейт плюхнулась на камни и повалилась рядышком.

«Лине как всегда, повезло! Зимой ее на санках катали, потеплело — на плечах таскают. Где справедливость?» – вопрошала Кейт затянутые тучами небеса и отстранённо наблюдая как из одеяла, где спала Лина, сладко позёвывая выползает гадфен, — «Вот еще и этот паразит пользуется комфортом. А она, бедная-несчастная, топает ножками еще и сумки за девчонку таскает!»

Наверное, Кейт тоже провалилась в забытье, потому что, очнувшись, она увидела, что стемнело, а Мэйтон возился с костерком. Он нашел плавник на берегу и теперь разогревал на огне воду для отвара и копченую крольчатину. Запах еды поднял Кейт на ноги.

Лина спала. Мэйтону пришлось её будить.

— Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался он, укутывая ее в одеяло и усаживая у костра.

— Неважно, голова болит, — не стала врать она, протягивая руки к огню.

— Поешь?

Девушка кивнула, принимая кружку от термоса с горячим травяным отваром и кусок мяса. Предложила кусочек мяса Дружку, но тот фыркнув, отвернулся. Гадфены могли долго не есть, если подходящей пищи не бывает, сохраняя силы и впадая в длительную спячку. Поэтому он вздохнул и зарывшись в одеяло вновь заснул.

Когда Кейт рассказывала Мэйтону о его воскрешении, он признаться, сначала не поверил. Но увидев сейчас глаза Лины, так и не пришедшие в норму, сомневаться перестал.

— Как ты это сделала? – серьезно спросил он, — Это магия высшего порядка, откуда тебе о ней известно?

Девушка поняла о чем он. Но как объяснить, что это вовсе не она, а та, другая Лина – древняя, знающая лечила его, что она сама тут совершенно не причем. Сейчас, как всегда, она и близко не могла поднести руки к пламени костра.

Сказала как есть.

— У меня было видение. Я словно читала по книге, даже не зная букв и не понимая значения слов. Сама удивляюсь, как такое произошло.

— Кейт сказала мне, что ты черпала силу из огня?

Лина нахмурилась, вспоминая. От усилий накатывала слабость. Она хотела отложить мясо, но Мэйтон настойчиво подтолкнул ее руку ко рту.

— Да, кажется, так и было, — вяло дожевывая, кивнула Лина, — Это все таки ваш мир, может, вы объясните, что со мной происходит?

Мэйтон покачал головой.

— С уверенностью могу сказать, такой магией эльфы давно не владеют. Не говоря уже о людях. Да, стихиями управлять умеют, но в такой связке… это удивительно. Даже не знаю, как и благодарить? – смутился он.

— Я просто отдала тебе должок, — весело фыркнула Лина, — Помнишь, в ущелье, когда я простудилась?

Мэйтон кивнул.

— Ты вылечил меня. Теперь, я тебя. Мы квиты, — Лина подмигнула Кейт, — Извини, но мы с Кейт такое количество вещей не унесли бы. Тем более, мне очень хотелось прокатиться у тебя на закорках.

Ее глаза озорно блестели. Было понятно, что ни о каких «долгах» речи не шло. Она не желала сознаваться в альтруизме своего поступка, как и он в прошлый раз.

Мэйтон все понял и, хмыкнув, покачал головой.

— Тебе уже легче?

— Да, думаю, идти смогу.

— Надо немного поспать, у нас с Кейт был чудовищный марш-бросок, — Мэйтон повернулся, чтобы похлопать подругу по плечу, но увидел, что она уже спала, накрывшись краем полога.

Костер догорел, тепла от него почти не осталось. Они завернулись во всё возможное и тесно прижавшись друг к другу дали себе отдых.

Нарастающую дрожь земли Лина почувствовала первой и вскочила быстрее всех. В предрассветных сумерках в той стороне, откуда они пришли, поднималось грибовидное облако черно-серого пепла.

— Началось, — мрачно констатировал Мэйтон, вскакивая на ноги следом.

— Буди Кейт, мне надо немного приготовиться, — В Лине вновь начал просыпаться ее двойник – уверенная в себе бесстрашная Аэлинн. Так, кажется, называл ее дракон во сне.

Мэйтон удивленно изогнул бровь, но ничего не сказал, занявшись Кейт и вещами.

Лина села в позу «лотоса» и постаралась успокоиться. Что можно сделать, чтобы остановить мощный поток горячей лавы и камней мчащийся по узкому ущелью? Практически ничего. Но, можно потянуть время, задержав его.

Кейт и Мэйтон стояли за спиной Лины, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Огромное облако вулканического пепла ветром относило в глубину гор. Но это не значит, что они в безопасности. Стоило уносить отсюда ноги, и побыстрее.

— Taaliya-meglin. Lanta-vill-dad-andu, — Лина вытянула руки вперед, ладонями наружу, словно ставя невидимую преграду, — Villia-ar-nen. Nisse-ar-sulle, ahoste-valla onta-ram. E-na-siinn!

Последние слова она выкрикнула, протянув руку в сторону надвигающейся стихии. Звук ее голоса усиленный магией звонким раскатистым эхо покатился по ущелью. И в это мгновение, вершины отозвались гулом камнепада. Земля содрогнулась под ногами. С карниза посыпался лед и огромные сосульки.

Мэйтон и Кейт многозначительно переглянулись, инстинктивно прикрывая головы руками.

В нескольких арах вверх по течению, они увидели, как рушатся стены ущелья, перегораживая огромными валунами маленькую речушку. В то же время над ними в чистом, предрассветном небе, словно из ниоткуда стали проявляться морозные узоры, какие бывают на стекле студеной зимой. Они разрастались, ветвились пушистыми лапами, заполняя собой все видимое пространство между отвесными скалами, а потом, отяжелев, просыпались снежинками. Пушистые хлопья летели вниз, вихрясь, склеиваясь в маленькие, а потом и большие комья. Падали на камни, спрессовывались, превращаясь в ледяную отвесную стену, образуя два слоя непреодолимых для всего живого препятствия. Но, к сожалению, не для огня и камня.

— У нас мало времени, — Открывая глаза, прошептала Лина. Как и в прошлый раз, по красным радужкам пробегали всполохи. На сей раз синие, холодные.

— Ты сможешь идти сама? – участливо подхватил ее под руку Мэйтон.

— Я выдержу, — сжала губы Лина. Она пошатываясь, побрела к своему рюкзаку, но Мэйтон схватил его быстрее.