Русские и русскость - Резниченко Семен - Страница 40

Конечно, русская Византия не будут копией РФ или СССР. Нравы здесь будут гораздо более жёсткие и архаизированные, хотя и в меньшей степени, чем на сопредельных землях. Но многие функции, которые сейчас выполняет государство, будут осуществлять коллективы выживания, например обеспечение стариков, детей-сирот. Это будут делать коллективы родственников, территориальные общины.

Понятно, что менталитет всех этих вариантов «поствеликороссов» будет очень далёк от нашего. Скорее всего, гораздо менее сложный, оригинальный и противоречивый, гораздо более коллективистский, ориентированный на традицию и соответствующий общим установкам культуры выживания, с чётким делением на «своих» и «чужих».

Тем более что необходимые культурные противовесы негативным сторонам русского менталитета, ранее весьма эффективные, ныне уничтожены государством, а негативные доведены до абсурда тем же государством, которое готовится к уходу в небытие.

Потомков русских может спасти только новый виток этногенеза: появление фактически нового этноса с новой ментальностью, основанной на принципах культуры выживания, коллективизме и традиционализме.

Как же русским лучше всего реагировать на заселение их земель кавказцами и другими мигрантами?

В первую очередь необходимо сразу сказать, что от «простых и политических» решений долговременного толка не будет.

Речь идёт и о «свержении проклятого режима», и об изгнании кавказцев и мигрантов из русских регионов.

Нравы нашей элиты в целом соответствуют нравам самых что ни на есть простых людей и нравам оппозиции тем более. Так что власти, пришедшие на смену путинцам, скорее всего, с успехом продолжат их дело и доведут до «победного конца».

А если все кавказцы и мигранты враз исчезнут из русских селений? Если русские будут себя вести, как вели, то этот отрадный факт нам совершенно не поможет. Просто вымрем «без посторонней помощи» от низкой рождаемости, алкоголизма, наркомании и ненависти друг к другу.

Это не значит, что не надо бороться с этническим криминалом и нелегальной эмиграцией. Но это надо делать не в форме эпизодических избиений дворников или возмущённых постов в соцсетях, которые полезны исключительно полиции и ФСБ (помогают выполнять план).

Необходимо вести планомерную борьбу с такими явлениями, как бирюлевская овощебаза или какой-либо наркопритон. Дело это трудное и требует создания организации и длительной, планомерной борьбы, организации по возможности действенной и разветвлённой работы, включающей в себя специалистов самого разного профиля: и самбистов и юристов, как говорится. Таким образом, нужно создавать те самые «оборонительные» коллективы выживания, о которых пишет и в деятельности которых участвует Александр Жучковский[6].

Основной смысл русской национальной борьбы — не только и не сколько «великая окончательная победа», после которой можно будет «расслабиться». Русская национальная борьбы — это, прежде всего, школа самоорганизации, отработка навыков жизни при неофеодализме.

Действительно, революция нужна, но революция нравов и образа жизни на основе создания коллективов выживания — или русские проведут её сами, или им её проведут кавказцы, азиаты и салафиты.

Нужно кардинально изменить представление о том, кто есть нравственный и порядочный человек.

Сейчас так называют какого-то раба, который постоянно чего-то «не делает», «никого не обижает» например. Если он православный — то воздерживается от пищи в пост, чего-то там не смотрит или не читает, куда-то не ходит, ещё выполняет определённые ритуалы.

Неудивительно, что над таким «порядочным человеком» все смеются, и зачастую просто предпочитают быть «непорядочными».

На деле нравственный и порядочный человек отличается одним главным качеством: он осознанно и целенаправленно приносит пользу людям, вполне конкретным людям, а не «всему человечеству». И даже не всему русскому народу.

И такой человек никогда не может быть «хорошим всем», даже если он не проявляет ни к кому агрессии и никому специально не вредит. Принося кому-то пользу, человек всегда неизбежно переходит дорогу другим. Пусть эти «другие» для смиренного христианина — сатана, бесы и враги христианства. Человек, который не переходит никому дорогу, как правило, бесполезен вообще и глубоко аморален и эгоистичен.

Возьмём некоего мужичка, который не пропускает ни одной юбки и любит «шашлычок под коньячок», но на которого его родные и друзья могут положиться. Он не просто «посочувствует», а предпримет вполне конкретные действия в пользу конкретного человека.

Это без всякой натяжки светоч морали.

Возьмём некую набожную старую деву, которая из церкви не вылезает и все посты соблюдает. Живёт себе и живёт, ни во что особо не вмешивается, никому не помогает. Читаем места в «Евангелие», посвящённые фарисеям.

Но, конечно, в конкретном коллективе существуют определённые обычаи, правила и установки, которые без разговоров соблюдаются всеми. Если коллектив православный — там и посещения служб, и посты, и ограничения на женскую одежду, и круг чтения.

Русский человек должен избавиться от ложного чувства личной исключительности, что все должны делать «так, как надо», а ему одному закон не писан, что с ним не может случиться того, что произошло с «лохом Васей». Русский должен понять, что он принципиально «такой, как все». И что если он что-то от других ожидает или требует, то сам должен всё это выполнять. И если «кому-то» плохо, то и его запросто может постигнуть та же участь.

Есть ещё очень нужные «программы» в области нравов, например поднятие статуса русского мужчины до традиционного и превращение русской семьи в большую патриархальную, где и деды, и отцы, и внуки живут вместе или по соседству. По крайней мере, постоянно общаются, очень многое делают сообща. Просто такая семья и самостоятельно детей поднять может, и позаботиться о стариках и инвалидах. Ещё она — какая-никакая, а боевая единица…

Для этого надо резко и быстро поднять статус русского мужчины, но здесь есть большая загвоздка. Высокий статус мужчины — патриарха — это как статус монарха. В первую очередь — обязанности и жестокий «спрос», а уж потом права, пусть и немалые. Многие ли русские мужчины готовы не пользоваться преференциями, а «отвечать»?

Многие никаких особых преференций и недостойны, автор этих строк — в первую очередь, например, потому что детей нет, не говоря уже о таких до боли знакомых типажах, как женоподобный интеллигент или алкаш (наркоша) из бывших гопников, который «круто выставляет на бабки» собственную бабушку, которая вынуждена просить милостыню на хлеб.

Однако уже сейчас есть немало русских мужиков, которые делают и отвечают и за тех парней, и за тех девчат, реально справляются с ответственностью и за себя, и за других. Они должны быть избавлены и от внимания ювенальной юстиции, и от назойливо проталкиваемых мнений менее компетентных и сильных «чад и домочадцев». Мнение этих людей должно приниматься в расчёт гораздо меньше, чем это делается сейчас.

Главное, мальчиков после семи лет не должны воспитывать женщины, даже самые успешные и достойные. Ни в коем случае! Быть может, биологический отец может оказаться совершенно недостойным воспитателем, таких, к сожалению, немало. Тогда должен быть найден другой мужчина, пусть даже не отчим. Может быть, дед, брат матери, приходской священник, тренер по рукопашному бою, лишь бы мужчина был достаточно сильным и ответственным. Вообще, брат матери в качестве воспитателя — явление распространённое в мировой практике, так же как и воспитание мальчика мужчиной, который не отец и не отчим. Если мужчина достойный и с педагогическим талантом — он может воспитывать и десяток таких мальчишек. Женщина, если даже она богата и успешна, может только давать деньги, но ни в коем случае не вмешиваться в процесс воспитания! Конечно, чужих детей воспитывать нередко легче, чем своих, потому что воспитатель проявляет больше объективности и здравого смысла и меньше эмоций, часто — вредных.