Морские солдаты Российской империи
(Очерки истории морской пехоты) - Данченко Владимир - Страница 42

Тем не менее положение турок на Дунае нельзя было назвать неуязвимым. Их корабли были рассредоточены практически по всему течению, что заметно ослабляло возможность огневой поддержки береговых укреплений с реки. Уже были спущены на воду русские минные катера, которые создавали трудности свободному плаванию турецких корветов и канонерок. К тому же не без успеха действовала и береговая артиллерия, и 29 апреля у Браилова ее огнем был уничтожен вместе с командой турецкий монитор «Люфти-Джелиль», а 14 мая минные катера потопили еще один тяжелый монитор «Хавзи-Рахман».

Минные атаки катеров на турецкие суда требовали большого умения, хладнокровия и храбрости, поскольку требовалось на шесте, находящемся на носу катера, подвести мину к неприятельскому борту и вручную, находясь под огнем неприятеля, взорвать ее. Еще один способ минной атаки заключался в том, чтобы подвести мину на буксире и взорвать ее ударом о борт. Мощь турецкой флотилии существенно пострадала и от выставленных на многих участках Нижнего Дуная минных заграждений. Гвардейские моряки участвовали во всех успешных минных атаках, и потопленные турецкие суда — во многом их заслуга.

Несмотря на эти успехи, необходимость форсирования Дуная оставалась актуальной, и во второй половине мая русские части стали готовиться к переправе. Операция требовала дополнительных сил для обеспечения постановки понтонов, минных заграждений, высадки десанта. В Петербурге был сформирован сборный отряд, куда наряду с несколькими флотскими подразделениями вошла и рота Ее Величества Гвардейского экипажа (175 чел.) во главе с лейтенантом С.И. Палтовым. Отряд выехал из Петербурга 27 мая и благополучно добрался до Румынии, где моряки-гвардейцы и флотская стрелковая рота присоединились к 3-й саперной бригаде. Кроме петербургского, на Дунай прибыло еще несколько отрядов, собранных из нескольких флотских экипажей, в том числе и Каспийской флотилии. Начальником всех флотских частей на Дунае был назначен тогдашний командир Гвардейского экипажа вел. кн. Алексей Александрович. Позже из оставшихся в столице чинов Экипажа и команды фрегата «Светлана» был сформирован еще один отряд, под началом капитана 1 ранга Д.З. Головачева, который отправился к театру военных действий в пешем строю и с обозом. Численность отряда, выступившего из Петербурга на Кишинев, составляла 504 чел. нижних чинов и 29 офицеров. Впоследствии к отрядам Экипажа присоединялись их однополчане, периодически направляемые на Дунай из Петербурга.

Гвардейские моряки, находясь на театре военных действий, активно занимались постановкой минных заграждений, в этом особенно преуспел отряд Экипажа под началом капитан-лейтенанта К.И. Тудора, минировавшего возможные подходы турок к Зимнице, где планировалась основная переправа русских войск.

Минирование акватории Дуная нередко проходило под сильным орудийным и ружейным огнем турок, поэтому подобные операции нечасто удавалось завершить полностью и в срок и они проходили в несколько этапов. Тем не менее сроки переправы приближались. Первоначально было решено осуществить ее у Фламунды, поскольку Дунай здесь узок, а неподалеку были собраны все понтонные парки: переправа основных сил была назначена на 13 июня.

До этого, 10 июня, 10 рот с 4 орудиями 18-й пехотной дивизии форсировали реку в районе Галаца, с боем захватили Буджакские высоты и продвинулись далее, заставив турок очистить северную Добруджу, однако этот успех не имел развития, хотя следом за пехотными подразделениями подтянулись и другие части XIV корпуса, по сути этим и ограничив свое участие в войне.

Между тем гвардейские моряки продолжали минировать участки Дуная, несмотря на активное противодействие турок.

Предстояла переправа основных сил, но уже не у Фламунды. Это было решение Главнокомандующего, который после изучения местности и обстановки пришел к выводу, что первоначально намеченная переправа могла сопровождаться большими потерями, так как проходила бы под обстрелом уже возведенных турецких батарей. Поэтому выбран был другой вариант, а именно у Зимницы.

Для обеспечения этой переправы к о-ву Мечеку послали отряд гвардейских моряков капитан-лейтенанта К.И. Тудора с задачей выставить минные заграждения у турецкого берега. В ночь с 14 на 15 июня, несмотря на то, что ночь была лунная и противник был близок, моряки в шлюпке, прибуксированной к паровому катеру, достигли выбранного места и приступили к минированию. Оно проходило в два этапа: вначале выставили 3 мины, чуть позже еще одну. Последнее произошло уже ранним утром, и морякам не удалось остаться незамеченными. Правда, противник обнаружил минеров уже тогда, когда дело было сделано, однако гвардейцы лишь с помощью того же катера сумели выйти из-под обстрела, не получив ни одного ранения.

В свою очередь, турки попытались прорваться к месту минирования, однако гвардейцы на катерах, хоть и не без труда, сумели отогнать турецкий монитор, который поддерживали огнем береговые батареи.

Отряд Тудора не ограничил свое участие в боевых действиях постановкой минных заграждений: катера Экипажа за несколько июньских дней неоднократно предпринимали атаки на вражеские суда. Правда, урон турок от этого был невелик, однако гвардейцы демонстрировали свое активное присутствие на Дунае, во многом обеспечив предстоящую переправу основных сил.

Между тем командование стремилось скрыть от турок место форсирования реки и предприняло демонстрационную бомбардировку Рущука и Никополя, а 3 корпуса были направлены к Фламунде. У Зимницы заранее были сосредоточены понтоны, паромы и пароходы; плавучий мост был наведен только 21 июня. Гвардейские моряки, находившиеся в составе 3-й саперной бригады, приняли в этом самое активное участие. Чины Экипажа распределялись по понтонам и должны были действовать вместе с солдатами понтонных батальонов. Вечером накануне переправы, при соблюдении тишины, понтоны спустили на воду в затоке Дуная.

К месту переправы прибыла XVI пехотная дивизия генерал-майора М.И. Драгомирова, и в ночь на 15 июня Волынский, а за ним Минский полки приступили к посадке. В кильватерном строю понтоны и паромы начали движение по реке. Погрузка и отправка войск проходили в соответствии с заранее составленным расписанием, по рейсам, которых определили семь.

Переправе существенно мешало сильное течение, которое нарушало порядок движения. А тут еще и турки, обнаружив, наконец, двигающиеся понтоны, открыли огонь. Некоторые понтоны сели на мель, другие попали под сильный огонь неприятеля, число убитых и раненых росло. Турецкие части, прибывавшие из Систова, приняли активное участие в обстреле артиллерийском и ружейном расстроенного первого эшелона переправы.

Несмотря на это, русские войска продолжали форсирование Дуная. Турки ввели в дело 2 паровых судна для действий в непосредственной близости от эшелона. Навстречу им были посланы катера, а также железные понтоны и пароход «Анетта», на которых находились моряки Экипажа, готовые к абордажу. Турки повернули обратно. Высадка прошла благополучно.

Преодолевая систовские кручи, под огнем противника русская пехота сумела закрепиться на турецком берегу и взятием Систова обеспечила создание необходимого для дальнейшего наступления плацдарма.

Прибывший на место переправы император выразил благодарность войскам, не преминув отметить заслуги и гвардейских моряков.

Навыки в создании и использовании переправочных средств, полученные л/с Экипажа в Петербурге, в скором времени проявились и при возведении у Зимницы постоянной переправы. В ее создании принимали участие также саперы 5-го и 6-го батальонов. Гвардейцы геройского отряда Тудора строили деревянные понтоны, которые вместе с саперами переправляли из устья р. Ольты к Зимнице, где их соединяли в огромный плавучий мост. Проводка понтонов проходила под обстрелом турок, однако в целом закончилась благополучно; 29 июля войска вступили на мост.

Вскоре гвардейские моряки приняли участие в создании еще одной переправы, которая позволила бы расширить плацдарм для наступления на болгарском берегу, где русским войскам противостояли, кроме многочисленных турецких полевых войск, гарнизоны нескольких хорошо укрепленных крепостей. Предполагалось, что гвардейцы также будут задействованы при их штурме или осаде, вместе с армейскими саперами.