Морские солдаты Российской империи
(Очерки истории морской пехоты) - Данченко Владимир - Страница 41

Участие в дворцовых церемониях являлось составной частью службы гвардейских частей. Помимо несения караулов в царских резиденциях, присутствия при тезоименитствах и свадьбах особое место занимало участие в коронационных торжествах. Не был исключением и Гвардейский экипаж. Так, по случаю коронации Александра II (1855–1881) рота Его Высочества со знаменем отправилась в Москву 26 июля 1856 г. и по приезде остановилась в лагере на Ходынском поле, где пребывала до 16 августа, после чего переместилась в Кремлевские казармы. Рота находилась в почетном карауле в Кремлевском дворце и у Спасских ворот. В день коронации она располагалась между Успенским и Архангельским соборами и принимала участие в парадном прохождении войск на Ходынском поле.

Обер-офицер, штаб-офицер, матрос и унтер-офицер Гвардейского экипажа. 1855–1870 гг. Из собрания ЦВММ.

С января 1857 г. унтер-офицерам и фельдфебелям вменялось отдавать честь по-офицерски, то есть прикладыванием руки к козырьку. С этого же года они стали носить саблю с клинком абордажного палаша, а в 1858 г. получили вместо ружей револьверы. Строй в Экипаже вводился 2-шереножный, как в стрелковом батальоне. Резервный полуэкипаж был упразднен.

Вопросами снабжения, экономического состояния Экипажа наряду с интендантскими структурами занимался Хозяйственный комитет, председатель и члены которого избирались на 2 года. В его компетенцию входили организация продовольственного и мундирного снабжения, состояние имущества, движимого и недвижимого, финансов, экипажной артели, обеспечение деятельности ротных школ, где нижние чины и рядовые обучались грамоте и Закону Божьему. 2 раза в неделю священник Николаевского собора отец Александр разъяснял гвардейцам главные догматы веры и значение церковных таинств.

16 февраля 1860 г. праздновали 50-летие Гвардейского экипажа. Но если вспомнить, что его предшественниками считались придворные гребцы — класс, оформившийся в 1710 г., — то с фактического образования части прошло более 100 лет. В ознаменование этого Экипаж получил на свое знамя Андреевскую ленту. Во время церковного парада в манеже Инженерного замка по освящении знамени ленту повязал сам император. Многие чины Экипажа получили награды и денежные выплаты, а также был устроен торжественный обед.

Штаб- и обер-офицеры приглашались на обед в Мраморный дворец.

Жизнь Экипажа шла своим чередом, ластовая полурота в 1863 г. превратилась в нестроевую полуроту, увеличилось число занимавшихся в стрелковой и фехтовальной школах, однако в судьбу гвардейцев вновь могли вмешаться внешние обстоятельства.

В начале 60-х гг. обострился польский вопрос, произошло выступление в Варшаве и некоторых других городах. Замаячила угроза повторения кровопролитной войны польской кампании времен Николая I. Более того, действия против поляков вызвали враждебное отношение к России со стороны европейских государств.

К лету в Царстве Польском дислоцировалось 14 пехотных и 5 кавалерийских дивизий, многим частям, в том числе и гвардейским, не вошедшим в состав гвардейских дивизий, уже находившихся в Польше, был объявлен поход.

Морской экипаж вновь не успел принять деятельного участия в боевых действиях, хотя, как всегда в таких случаях, не обошлось без группы командированных офицеров и нижних чинов. В Польшу было послано 2 роты, которые принимали участие в охране переправ через Вислу, но этим все и ограничилось. События развивались столь стремительно, что в конце марте 1864 г. восстание было подавлено.

Однако в XIX в. мирные будни часто сменялись войнами. Прошло сравнительно немного времени, и императорской гвардии снова пришлось покинуть столицу. На сей раз путь ее лежал на Балканы.

Западные страны с беспокойством смотрели на слишком, как они считали, самостоятельную внешнюю политику России. Казалось, поражение в Крымской войне значительно подорвало ее влияние в Европе, однако на деле империя Александра II продолжала оставаться субъектом международных отношений, с которым необходимо было считаться.

России удалось добиться отмены условий Парижского договора 1856 г., по которому ей запрещалось строить военный флот на Черном море, а также содержать там военные базы. В предстоящем столкновении с Портой это играло для России важную роль.

Несмотря на поддержку балканских государств со стороны России, получение автономии Сербией, Черногорией и Румынией, независимость Греции, турецкое присутствие там сохранялось. В связи с этим все больший размах там принимало освободительное движение. При поддержке России Черногории удалось отстоять свою автономию в войне с турками 1858–1862 гг. Произошли восстания против турок в Боснии и Герцеговине; в Сербии, также при содействии России, войска султана вынуждены были оставить большую часть территории, за исключением Белграда и еще двух городов. Через 5 лет турки окончательно покинули страну. Влияние Порты на Балканах слабело с каждым годом, но при этом усиливался террор против местного населения — балканские народы взялись за оружие.

В 1875 г. началось восстание в Герцеговине и Боснии, затем на борьбу поднялись болгары. В ответ янычары устроили в Болгарии резню, в результате которой погибло 30 тыс. чел. В 1876 г. против турок выступили Сербия и Черногория, чьи военные возможности уступали турецким. Янычары устраивали настоящие расправы над балканским населением, однако сломить сопротивление двух славянских стран долгое время не могли. Их борьба вызвала глубокое сочувствие в России. Для оказания помощи сербам и черногорцам начался сбор пожертвований деньгами и вещами. За короткий срок было собрано 3 млн рублей. Сбор средств проводился через славянские комитеты, которые начали организовываться еще в конце 50-х гг.

В России поднялась волна добровольческого движения, в Сербии находилось более 6 тыс. русских. Ее армией руководил генерал М.Г. Черняев, принявший сербское подданство. Официальный Петербург открыто не вмешивался в войну, пытаясь дипломатическими средствами заставить султана решать вопросы мирным путем. Путем дипломатических переговоров на самом высоком уровне России удалось укрепить свое влияние в решении балканских проблем. В марте 1877 г. Лондонским протоколом 6 государств Турции было предложено осуществить реформы на Балканах и провести демобилизацию. Несмотря на политическое давление, Турция не шла на уступки. 12 апреля 1877 г. Александр II подписал манифест о войне с турками. Румыния согласилась пропустить на свою территорию русскую армию, которая стала сосредоточиваться неподалеку от ее границы. Главнокомандующим был назначен вел. кн. Николай Николаевич Старший.

В ходе частичной мобилизации, проведенной еще в 1876 г., в распоряжение командования были направлены команда Черноморского флота и 2 роты Гвардейского экипажа. После проведения Высочайшего смотра в манеже Инженерного замка и после погрузки в вагоны 2 роты гвардейских моряков 18 ноября выехали в Кишинев.

В течение нескольких месяцев они усиленно совершенствовали свои навыки в стрелковом деле, тактике, постановке минных заграждений, наведении переправ, плавании в водолазном костюме. На Днестр доставили несколько катеров, что давало возможность проводить подготовку к боевым действиям в полном объеме.

В начале войны гвардейские моряки оставались в состоянии ожидания, и только 9 мая 1877 г. стала производиться погрузка понтонного оборудования, шлюпок, ботов, катеров, мин на железнодорожные платформы. Для перевозки имущества и личного состава — 26 офицеров и 436 нижних чинов — было задействовано 4 эшелона в составе 38 вагонов и 66 платформ. Медленно, с продолжительными остановками составы стали продвигаться в сторону Балкан.

К 10 мая развертывание сухопутных войск было закончено, ее авангард располагался от устья Ольты до Калараша, а основные силы— к югу от Бухареста. Основным препятствием для переправы через Дунай представлялась турецкая флотилия в составе 20 броненосцев, канонерок и корветов. Хорошо вооруженная и укомплектованная, она контролировала движение по реке. Положение русской армии усугублялось еще и чисто природными условиями, в частности образованием во время разлива на левом, румынском, берегу широких пойм, которые превращались в стоячее болото. На высоком гористом правом берегу турки сосредоточили артиллерийские батареи, которые практически сводили на нет возможное проведение масштабных операций по наведению переправ и высадке десанта.