Жалкие создания (СИ) - Филонов Денис - Страница 57

– И что теперь будет?

– В смысле?

– Я говорю о книге.

– Ты сама слышала Виктора. Для полного прохождения ритуала мне нужно убить человека, но я этого делать не буду, – с уверенностью заверил я, правда, ее это не слишком успокоило.

– Но ведь то существо найдет выход, как заставить тебя совершить зло... — Она помедлила, опустив глаза. – Господи, я не верю, что это действительно происходит на самом деле. Неужели нет другого способа? Какого-нибудь заклинания, чтобы вернуть все, как было.

– Я бы рад что-либо исправить. Но это уже необратимо.

В воздухе стоял приятный запах свежести, как после дождя. Андрей брел в стороне от нас и не слишком прислушивался к разговору, хотя мне хотелось побыть в тишине. Полюбоваться пейзажем ночного города. На миг почувствовать себя свободным человеком. Я никогда еще не испытывал подобных, казалось бы простых, ощущений, когда ты просто наслаждаешься тем, что ты жив и наблюдаешь за окружающей красотой, как будто раньше этого не было. Ночь никогда еще не была так удивительна, как сегодня.

Я снял куртку и укутал ею продрогшую до костей девушку. Поблагодарив меня, она поспешно спрятала замерзшие руки в карманы куртки.

Переходя пустую дорогу, я вдруг обратил внимание на один из жилых домов, где перед окнами неподвижно стояли люди, словно застывшие манекены – перед каждым окном. Они не проявляли никаких действий, подобно угрюмым, молчаливым зомби или того хуже, провожая нас своими мрачными взглядами. Они были и на балконах, и все, как один, глядели на нас, словно ожидали слепых указаний от неведомого, похитившего их разум.

– Что им нужно? – испугано вымолвила Таня, увидев в одном из окон первого этажа бледное лицо маленького мальчишки – такое чистое и невинное, и такое хладнокровное, вызывая будоражащий страх. Возможно когда-то это были обычные люди: мужчины, женщины, старики и дети – жители города, устремляющие безжизненные взгляды в нашу сторону – они ждали указаний.

– Че уставились?! – злобно крикнул Андрей, обращаясь к безмолвной толпе. – Пошли прочь! Убирайтесь! Оглохли?!

– Андрей...

– Интересно вам? Пошли к черту, уроды! – он подобрал с асфальта небольшой камень и швырнул в сторону дома, однако люди даже не моргнули глазом, продолжая изображать статуи.

– Андрей, хватит! – прикрикнул я на него. – Надо убираться отсюда!

– Это начинается, Ден! Оно уже здесь!

Повернувшись, я неожиданно столкнулся с молодым парнем в очках, появившимся так внезапно, словно из пустоты. Из его глаз текли струйки крови, словно слезы.

– Он видит тебя, – произнес парень. Его губы растянулись в мерзкой улыбке. – Я это вижу.

Тяжело сглотнув, я попятился назад. Он достал из-за спины острый разделочный нож, сжимая его в руке крепко, словно боялся выронить.

– Я вижу его, – снова повторил он, жалобно всхлипнув. Вплотную подставив острие ножа к своему горлу, он резко провел им, делая надрез и кровь брызнула фонтаном, попадая мне на ботинки. Таня взвизгнула, отворачиваясь, чтобы не видеть захлебывающегося собственной кровью парня, который лежал на дороге, издавая булькающие и мычащие звуки. Толпа не сдвинулась с места.

– Твою мать! Что за хрень здесь творится!? – Андрей в полном замешательстве смотрел на юношу, зажимающего руками рваное горло, из-которого, не переставая, хлестала густая алая кровь. Через минуту он уже не шевелился, безвольно распластавшись на холодном асфальте. От тела медленно расползалась лужа крови.

Небо потемнело от серых туч, скрывших собою луну и вызвавших вспышку молнии. Тьма накрыла пространство, и я начал падать вниз, в бездонную пропасть, где мои крики о помощи потонули в оглушительном раскате грома.

Оказавшись на поверхности земли и отряхнувшись от грязи, я осмотрелся по сторонам. Совершено незнакомое мне место.

За спиной клубилась бесформенная тьма, как густой и непроницаемый туман, уводящая в запредельные вечные миры, далекие от нашей вселенной. Повеяло сырым, могильным холодом и знакомым запахом дурман травы, который я почуял еще в лачуге старика. Нечеловеческий вой доносился снизу, ввергая душу в неописуемый, какой-то парализующий кошмар. У меня внутри что-то сжалось. Какое порождение ада ждет меня по ту сторону и смогу ли я вынести его непредсказуемый облик, отколовшийся от света и теперь черный и обезображенный настолько, что даже у самых храбрых людей земли при одном только его виде остановилось бы в груди сердце?

Едва ли я мог рассмотреть дорогу под ногами. Впереди возникла дверь и, как бы сильно я не хотел заходить в нее, другого выхода у меня не было. Я коснулся ручки и потянул на себя. Дверь с легкостью поддалась, и меня обдало волной ослепительного света.

***

Передо мной предстала картина собственной квартиры, где, судя по состоянию, недавно прошел ураган. Стеклянный столик был разбит вдребезги, диван распорот и из него торчали пружины, ящики письменного стола полностью вытащены. Помимо всего прочего комнату заполнил смрадный запах тлена, от чего я едва сумел подавить рвотный рефлекс. Но, как ни странно, не это беспокоило меня больше всего и привело в такой животный ужас, от которого легче было бы избавиться, выпрыгнув в окно.

Меня охватил первобытный страх, когда я взглянул на пол усеянный мертвыми телами. Я словно находился на маленьком островке, посреди кровавого озера из неисчислимого количества изуродованных, исковерканных, распотрошенных трупов, провонявших гнилью и разложением. Кое-где проглядывали переломанные кости, на фоне этого кошмара напоминавшие склоны и хребты. Мои книги, листы, на которых я делал записи — работы были испорчены, пропитанные в крови, безмятежно плавая в ней.

— Господи! Боже мой! Господи! — непрестанно повторял я.

Куда бы ни поворачивался, я не мог избавиться от ужасающих образов того кровавого бесчеловечного празднества, что прошло здесь, от тех изувеченных лиц, застывших в немом крике о помощи. Прошедшая бойня напоминала жестокую массовую казнь.

— Пресловутая сентиментальность…, — зазвучал в комнате гулкий голос, отзывающийся от стен нотками ядовитой злобы. — А ведь это ты убил их.

— Нет, нет!

— Посмотри на свои руки, мальчик. Что ты в них видишь?

Поднимая руки ладонями вверх, я увидел засохшую кровь, от кончиков пальцев до самых локтей.

— Нет, — прошептал я, поражено рассматривая их, словно кто-то насильно приковал взгляд. Я не мог отделаться от ужасной мысли, что на этот раз он говорит правду. — Нет, нет, нет! Хватит трахать мне мозги, проклятая тварь! Меня здесь даже не было!

— Это жертвы, Денис, жертвы твоей необузданной страсти. Дорога из черепов заполняется новыми телами. Ты прошел по ней, оставив позади всякую жалость. Они ничто, горстка мелких людишек, которые и так рано или поздно сдохли бы, но ты можешь достигнуть небывалых высот. Глупо было бы не воспользоваться таким случаем. Ты получишь знания, о которых мечтал всю свою жизнь. Любой смертный позавидовал бы твоему случаю. Ты станешь богом, Денис. Я помогу тебе этого достичь.

— Мне это не нужно!

— Я предлагаю тебе целый мир, а ты отказываешься. Любой другой на твоем месте сказал бы да. Ты получишь все. Ничто в этом мире не вечно, мальчик, но я предлагаю тебе, я дам тебе силу и власть — бессмертие.