Благая Весть Курта Хюбнера (СИ) - Незванов Андрей - Страница 14

Использование физического времени социальным организмом, или обществом, для настройки собственных часов и установления внутреннего порядка аналогично использованию железной руды для изготовления меча. Это вовлечение социумом физической природы в собственную жизнь и позволяет Хюбнеру совершить натяжку, против которой мы уже возражали.

Он пишет:

"Во-вторых, пространство и время рассматриваются в качестве объемлющей непрерывной среды, в которой происходят означенные ситуации".

В связи с этим "во-вторых", напоминаем, что...

"Во-первых" у Курта это: "аксиомы социальных наук описывают в данном смысле правила".

Выше мы уже отметили, что пространство-время это не среда, но - порядок, или космос. Прежде всего, ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК, устанавливаемый с привлечением общего порядка Вселенной.

В следующем пункте Хюбнер сам говорит об общественном порядке, который в индивидуальном пространстве обнаруживается внешними "ПРАВИЛАМИ", описываемыми "аксиомами социальных наук".

Курт пишет:

"В-третьих, не только поведение индивидов и групп в подобных ситуациях определяется с помощью правил, но эти же правила устанавливают отношения между различными ситуациями, и переводят одну ситуацию в другую. Эти правила в основном определяются целями...".

Целями Бога? - как мы понимаем, раз "правила" суть "законы внешней природы"?

Вообще правила выводятся из целей только в технологиях, в обществе же ЦЕЛИ ПОДЧИНЯЮТСЯ ПРАВИЛАМ.

Менять правила, исходя из целей, - это принцип американской внешней политики; нам он хорошо знаком. На этом базируется Курт Хюбнер?

Больше того, "правила" не обязательно даже формулировать: в качестве правил может выступать какой-нибудь сектантский принцип:

"...то, что правила не всегда должны являться явно выраженными, показывает, к примеру, принцип "искусство для искусства" ("L'art pour l'art")".

Или, например, принцип "выгода превыше всего" в экономических ситуациях...(?).

Ну, эти принципы мы оставим торговцам, а у философов в роли цели рождающих принципов выступают "всеобщие понятия":

"Как происходит подчинение предметов социальных наук всеобщим понятиям, так же и устанавливается отношение этих предметов к их определяющим правилам, ибо правила определяются с помощью всеобщих понятий".

Иначе как словоблудием мы не можем это назвать. И переходим к четвертому принципу:

"В-четвертых, внутри системы правила (рыночно-экономические, социальные, юридические, политические, моральные, религиозные, военные и пр.) могут перемешиваться: так, можно, сидя на земле, есть с помощью ножа и вилки и тем самым объединять правила принятия пищи как Востока, так и Запада, но можно и выбирать между этими правилами, считая при этом всякий выбор равноправным".

"... Можно пребывать как в политической, так и в моральной ситуации, и последней отдавать предпочтение, а значит, вести себя согласно моральным, а не политическим правилам". А можно и наоборот....

Удивительно точное описание современного глобалистского культурно-нравственного хаоса. Надевать штаны через голову...? - теперь это вопрос индивидуального выбора.

И, наконец, главный принцип, объединяющий гуманитарные науки с естествознанием, это ПРИНЦИП ОБЪКТИВНОЙ РЕАЛЬНОСТИ:

"В социальных науках, так же как в естественных науках и в психологии, материальное отделяется от идеального, предмет от понятия и т. д. /.../ Социальная ситуация реально имеет место, если она задана в некоем определенном пространственно-временном контексте и при этом считается необходимым, что она вообще находится в одном из таких пространственно-временных контекстов, причем структура пространства и времени совпадает с пространственно-временной структурой, которая считается в науках о природе необходимой".

"...онтология социальных наук определяет необходимые условия того, что в них вообще может рассматриваться в качестве объекта".

Итог, задающий понимание всего вышесказанного, содержится в следующих словах Хюбнера:

"Онтологические основания естествознания, психологии и социальных наук, рассматриваемые в предшествующих трех разделах этой главы, характеризуют наше сегодняшнее представление о действительности в соответствующих областях".

Этими словами Курт Хюбнер начинает следующий раздел главы...

4. Направления дальнейшего исследования

И продолжает:

"Итак, резюмируем еще раз.

Во-первых, материальный мир природы и идеальный мир человека строго отличаются друг от друга в концептуальном смысле (что ни в коем случае не исключает того, что они могут вступать и вступают друг с другом во взаимодействие)".

"Во-вторых, материальный мир природы определяется через законы, которые касаются изменений предметов, как и отношений друг к другу этих отдельно существующих в себе предметов".

"В-третьих, идеальный мир человека распадается на психологический мир, в котором законы природы определяют изменение и отношение психологических предметов, и на социальный мир, в котором исторические ситуации управляются историческими правилами".

"В-четвертых, материальный мир природы и идеальный мир человека различаются между собой тем, что правила внутри этого идеального мира в значительной степени определяются целями, и тем, что здесь часто часть является функцией целого и отношение предшествует объектам отношений".

"В-пятых, для всех предметов имеет значение то, что они должны находиться в определенном пространственно-временном контексте, чтобы быть действительными, а чтобы быть возможными, они должны мыслиться в подобном состоянии".

"В-шестых, пространство и время есть континуальная среда, которая определяется при помощи физики".

"В-седьмых, исторические предметы определены на ограниченном пространственно-временном отрезке и являются контингентными (под исторической контингентностью понимается отсутствие исторической необходимости)".

"В-восьмых, все сказанное до настоящего момента, как и последующее, считается в науке необходимым в качестве "подлинной" структуры действительности".

"В-девятых, необходимо проводить различие между: а) предметом и понятием, б) предметом, пространственно-временной средой и законом или правилом, определяющим предмет в пространственно-временной среде".

Таковы контуры мышления современного образованного европейца, как обрисовывает их Хюбнер.

С этим контуром он намерен сравнивать логический рисунок, просвечивающий в эллинском Мифе. К этому сравнению он теперь и приступает:

"Итак, я следую этим девяти пунктам и отныне перехожу к изложению системы мышления и опыта в греческом мифе".

"В дальнейшем из пространства неопределенности будут все отчетливее выступать отдельные детали так, что в конце образуется достаточно ясная картина. Тогда, наконец, сравнение мифологического и научного способов объяснения мира станет возможным".

И далее следует...

ГЛАВА V.

Предметность как единство идеального и материального в греческом мифе

Введение

"Представлению системы мышления и опыта в греческом мифе, которая будет главным предметом данной второй части, надо предпослать следующее важное соображение: мифический грек не был бы в состоянии подобное представление осуществить".