Президент (СИ) - Макиавелли Дуэ - Страница 11

Выбирая врага, правителю стоит помнить, что основное правило тут такое же, как в выборе войн: всем должно казаться, что враг может принести убытков больше, чем уйдет на борьбу с ним. Хорошо, если он ассоциируется с угрозой для жизни или порабощением. Против такого зла, конечно, ни сил, ни денег не жалко.

В прежние времена индивидуальных врагов уничтожали морально и физически; современные политические реалии позволяют уничтожать их морально, например, используя секс-скандал. Все помнят дела директора Международного валютного фонда Стросс-Кана или основателя Викиликс Джулиана Ассанжа (другие подобные случаи каждый может вспомнить сам, независимо от того, в какой стране живет). Первичные и вторичные половые органы есть у каждого представителя электората, что обеспечивает полный успех подобному политическому и общественному убийству. Но такая компрометация -- сильное оружие, и, так же как атомную бомбу, разумнее оставлять ее только для угроз.

И врагов-политиков, и врагов -- политические объединения хорошо обвинять в коррупции, помощи терроризму, бездарности или в коммунистических идеях. Два первых обвинения сейчас уместнее, поскольку современная политика и коррупция -- вещи очень близкие, а террористам помогали или помогают все, в зависимости от войны того или иного президента за те или иные цели. Тут главное не попасть впросак: нельзя обвинять в помощи терроризму ставленников президентов стран -- мировых лидеров. Так, Бен Ладен и его первая группировка "Черный аист" в восьмидесятые годы поддерживался ЦРУ. Также не секрет, что мятежниками, воевавшими против ливийского тирана за демократию, часто управляли ставленники Аль-Каеды. Борьба за западные ценности в Сирии шла и идет во многом под руководством наследников опять-таки Бен Ладена. Одна и та же личность может быть и террористом, и борцом за свободу, причем одновременно.

Конечно же, врагом обязательно должен быть прежний правитель. Политически уничтожать бывших властителей необходимо, иначе они быстро вернутся. Они, в общем, и так вернутся: рано или поздно та группа (партия, финансовая группировка, армия), которая привела бывшего кандидата к власти, сделает новую попытку. Зачем упрощать ей задачу?

Даже если на смену старому правителю пришел человек из своей политической группы, критика все равно необходима, причем с указанием персон. Не обязательно критиковать самого бывшего президента, но хотя бы его нерадивых советников, лучше, как я уже говорил, реформаторов. Например, Обама нашел очень удачного козла отпущения: главный экономический советник Лари Саммерс стал ответственным за неудачи при выходе из кризиса. Гуру экономики заявил о своей отставке еще в середине 2010 года, его сменил менее известный Джин Сперлинг. Всякому понятно, что если уж экономист мирового уровня не справился с ситуацией, то и президента не стоит слишком уж винить.

***

О президентской дружбе скажу следующее: как жена после свадьбы должна дружить прежде всего с мужем, если хочет сохранить брак, так и президент должен дружить только с властью, если хочет ее сохранить. А вот союзники у президента могут быть разные.

В политике ради известной цели можно заключить союз даже с самим чертом -- нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя.

Карл Маркс

Как говорят, политика укладывает разных людей в одну постель. Однако, чтобы в вашей политической постели не оказались посторонние, ненужные и даже вредные персоны, вам надо ясно осознавать, кто из сильных мира сего, известных и неизвестных широкой публике, может стать вашими союзниками и почему.

Я вижу три варианта. Те, кто симпатизирует президенту или обязан чем-то ему лично; те, кому выгоден выбранный президентом курс; и, наконец, враги врагов президента, которых у любого человека во власти предостаточно.

Стоит ли приближать к себе первых и опираться на них в ежедневных трудах? Как на электорат, конечно. Их стоит особо отмечать, не забывать благодарить, приглашать на официальные торжества и прочее. Но не надо разделять с ними ежедневные заботы: постоянная трудная работа во власти, не на первых ролях, быстро сотрет позолоту с их цепей привязанности к президенту. К тому же бывший друг может оказаться страшнее врага.

Союзники по общему курсу более удобны в качестве опоры, но в реальной жизни возникает задача: как ими управлять? Необходима постоянная сверка желаний, баланс интересов даже в малом. Многие из них -- прямые конкуренты президенту и, если он даст им возможность решать важные задачи, у них может появиться шанс так или иначе сменить власть, оттеснить сторонников президента от реального управления государством. Какой бы развитой ни была демократия, каким бы жестким ни был авторитаризм, большие деньги и силы придется затратить, чтобы та часть элиты, которая поддерживает президента (а он -- ее), вернулась после "дружеского" переворота на управленческие позиции.

После опьянения победой возникает всегда чувство великой потери: наш враг, наш враг мертв! Даже о потере друга мы жалеем не так глубоко, как о потере врага.

Фридрих Ницше

Итак, для опоры президенту остается враг врага. Правильный его выбор -- самое надежное. Всегда надо помнить, что, выбирая врагов, выбираешь и союзников.

То же правило распространяется и на выбор союзников внешнеполитических: и здесь другом может быть только враг врага. Когда, например, президент объявляет беспощадную войну терроризму, страны, так или иначе затронутые этим недугом цивилизации, объявляют себя союзниками этого президента. Если же в современных условиях правитель объявит крестовый поход против коммунизма или, положим, начнет борьбу за мир во всем мире, то он окажется в сложном положении. В первом случае ему придется разбираться с Китаем и быстро развивающимся Вьетнамом. Его не поймет и большинство стран, являющихся торговыми партнерами этих социалистических государств. Во втором же случае президенту придется реагировать на войны, которые ведут США, и либо пуститься в откровенный подхалимаж, объясняя, насколько мирны их крылатые ракеты, либо критиковать войны вообще и тем самым подставить себя под критику проамериканского лобби внутри своей страны.

Если президент позиционирует свою внешнюю политику так, словно вокруг одни друзья, вскоре его будут окружать одни враги. Конечно, говорить о дружественном отношении ко всем вокруг можно, особенно когда идешь к власти, но следовать этим собственным словам нельзя ни в коем случае. Говорить: "Вокруг друзья" -- означает идти на уступки бывшим противникам, а уступок много не бывает. Их бывает мало, и это вызывает злобу. А вот союзник, видя, что враг врага становится другом врага, также становится если не явным, то потенциальным противником.

Предвижу возражения, что это было раньше, что демократические страны (если речь идет о них) не воюют. Как же! Горячей войны между ними, может, и нет, но войн прочих: торговых, за ресурсы, эмиграционных, финансовых -- хоть отбавляй. И это в развитых демократиях, что же говорить о странах, не входящих в число мировых лидеров?

Предположим, что президент некоей североафриканской страны, будучи в восторге от европейских демократий, решит помогать новым друзьям в их войне с нелегальной эмиграцией. Это приведет к полицейским и даже войсковым операциям на его южных границах, откуда идет поток нелегалов из "черной" Африки. Далее, чтобы пресечь их перевозку на юг Европы, президенту придется усилить пограничный флот, а это -- нарушение военного равновесия. Такие действия вызовут обострение отношений с африканскими соседями. Более того, будет необходимо возвращать пойманных мигрантов, а значит, появятся лагеря беженцев. Европейские государства обвинят президента в жестокости и создании предпосылок для гуманитарной катастрофы с мигрантами, -- так что любитель дружбы будет кругом виноват.

Выбор врагов и союзников является, таким образом, одним из важнейших действий президента, определяющий курс развития страны.