Месть некроманта - Картур Елена Викторовна - Страница 78

Чего-то в этом мире я не понимаю. В свое время думала, это Таналю любовь на мозги давит, хотя оно и противоречит его характеру и опыту, но мало ли, чувства — такое дело, может, он в первый раз влюбился. Но вот Дэниел, преступник и убийца, да и вообще, судя по короткому общению, личность не слишком приятная и на весь мир обиженная за то, что его недооценили… И вдруг такое. Если тот же Таналь в конечном итоге еще и в выгоде остался, то этот некромант недоделанный ничего, кроме маменькиного недовольства такой невесткой, не получил. То ли я чего-то не вижу, то ли в этом мире все мужики какие-то странные. Ну, еще как вариант: магов тут очень по-особенному воспитывают. В том числе и касаемо потомства.

— Ладно, а здесь ты как оказалась-то? — Не муж же ее в этом подвале закрыл, в самом-то деле? Зачем из степи выводил и женился тогда?

Оказалось, не муж, а маменька его. Просто чем больше рос живот, тем чаще Ашамель стала задумываться, что ей бы не в грандиозных планах по захвату мира участвовать, а найти тихое спокойное местечко, где можно родить и безопасно растить ребенка. Материнские инстинкты, видимо, проснулись, меня, помнится, одно время тоже нечто такое одолевало, какие там приключения, дайте покоя и безопасности. Начала она об этом потихоньку мужу намекать, и, судя по всему, он от этих намеков не отмахивался, раз уж она сейчас так нарвалась.

— Ну что сказать, подруга, дура ты! — Даже особо злиться на нее не хотелось после всего рассказанного. Ведь дура и есть.

— Да, что б ты понимала, — без особого запала огрызнулась Ашамель. — Я жизни нормальной хотела. Безопасности. Ты хоть представляешь, каково это — всю жизнь жить в шатре и кочевать по степи? Меня в детстве чуть стая эршей не сожрала, в последний момент отбить успели. Знаешь, сколько детей гибнет в степи каждый год, несмотря на то, что их охраняют круглые сутки всем кочевьем? Да зеленых сейчас в степи в два раза больше, чем красных, только за счет того, что часть из них, даже не половина, живет в безопасном городе! А отец ничего слышать не хотел! Традиции, так предки жили, и мы будем, — передразнила она. — А нас весь мир дикарями считает. Почему другие могут жить в комфорте и безопасности, а у меня ничего этого нет?

Да уж, и не поспоришь. Я даже могу понять ее желание жить лучше. Но методы избалованная, не знающая ни в чем отказа девица выбрала откровенно негодные. Теперь, может, и жалеет, да обратно ничего не вернешь.

На этом разговор заглох сам собой. Мы сидели в темноте, размышляя каждая о своем.

Мне было о чем подумать. После рассказа Ашамель я уже практически не сомневалась, что бывшая любовь Дерека и есть тот самый разыскиваемый чуть ли ни всем миром некромант. Сама нашлась. Непонятно только, зачем ей я? У орчанки спрашивать бесполезно, она тут уже несколько дней сидит, и вряд ли ее о планах информируют. Но не думаю, что некромантка меня просто так, в гости пригласила.

Представить страшно, сколько разрушительной магической силы накопила эта мстительница и на что она ее пустит. Сколько усилий придется приложить, чтобы ее остановить!

Впрочем, сейчас мне оставалось только ждать и надеяться — помощь рано или поздно придет. Ведь меня наверняка ищут.

Не знаю, сколько времени прошло, в этой темноте было сложно определить, казалось, оно тянется бесконечно. Один раз принесли еду. Безучастный, подозреваю — слегка мертвый слуга поставил на стол простой деревянный поднос с кувшином воды, хлебом и холодным мясом. Еще двое с арбалетами держали нас на прицеле, но этих разглядеть не удалось, они стояли у самой двери, откуда по отвыкшим глазам больно бил свет. Потом, при свете масляного светильника, мы с Ашамель наскоро утолили голод, а в небольшом закутке — и другие потребности. И снова наша темница погрузилась во тьму. Масла в светильнике оставалось совсем на донышке, и предоставлять нам еще никто не собирался. Приходилось экономить.

Разговаривать ни о чем не хотелось обеим, думать не хотелось тем более, потому что получалось только бессмысленно перебирать одни и те же факты, так что вскорости я уснула.

Разбудил меня едва заметный скрип открываемой двери. Проснуться я проснулась, но шевелиться и открывать глаза не спешила. Посмотрим, кто это к нам пришел и почему пытается действовать тихо. Вряд ли хозяйка этих апартаментов, уж ей-то беречь сон пленниц ни к чему.

Сквозь полуприкрытые веки я наблюдала за смутно видимой фигурой, освещающей себе дорогу маленьким магическим огоньком. Тусклый мерцающий голубоватый свет не позволял толком рассмотреть гостя, но почему-то мне показалось, что это мужчина. И интересовала его вовсе не я. Таинственный незнакомец направился прямиком к Ашамель. Впрочем, у меня уже были некоторые подозрения насчет его личности.

Орчанка едва слышно вскрикнула от прикосновения, но тут же успокоилась, о чем-то шепотом переругиваясь с незнакомцем. Я же тем временем раздумывала, как быть. Более светлый дверной проем отчетливо выделялся на фоне полной темноты. Можно было бы тихонько выскользнуть из комнаты… знать бы только, куда дальше и не подниму ли я таким образом тревогу.

— Вставайте, леди, — незнакомец тем временем повернулся ко мне и сделал пару шагов навстречу, — я знаю, что вы уже не спите. Пойдете с нами.

Мерцающий колдовской огонек осветил его лицо, и я убедилась в верности своих подозрений. Дэниел.

— С чего вдруг такая щедрость? — спрашиваю, плавно соскальзывая со своей лежанки. Мимолетно порадовалась, что еще не окончательно потеряла форму после родов и месяцев безделья. Во всяком случае, бесшумно двигаться еще не разучилась.

— Считайте это вложением в будущее. — Он криво ухмыльнулся. — Я многое успел натворить, думаю, за ваше спасение кое-какие прегрешения можно простить. Не мне, так Шем.

— Жалеешь? — не удержала ехидного вопроса.

— Жалею, что во все это ввязался, — не стал отрицать он. — Чужая месть — это не то, чего я от жизни хотел. Да и жизни после этого никакой уже не будет, или будет, но без меня. Вы ведь догадались о том, что это мать виновата в эпидемии? Я уже не верю, что даже с собранной силой у нее получится что-то. Скорее, весь мир объединится, чтобы уничтожить ее и всех, кто окажется рядом, а умирать я не собираюсь.

Разумные мысли, ничего не скажешь. Отчего же они ему раньше в голову не пришли, до того, как успел натворить столько всего? Подумала, что, если выберемся из этой передряги живыми, надо будет этих двоих как-нибудь лорду Миринду сплавить, в благодарность за спасение, а то почему-то жалко безмозглых детишек. На Арейле им все равно не жить, Дэниелу — так уж точно, за все, что он натворил, ему грозит казнь. А в Империи от парочки магов точно не откажутся. Тем более Тайная канцелярия неплохо умеет заставлять пойманных преступников работать на благо государства.

Впрочем, для этого надо сначала выбраться, а мне почему-то не верится, что все будет так просто.

— Поспешим, защиту отключить удалось ненадолго, — хмуро поторопил нас Дэниел, подсвечивая дорогу своим зловещим голубым огоньком. — Тревога поднимется в любой момент, надо успеть убраться отсюда как можно дальше.

Наши стражи, те, что с арбалетами, стояли у стеночки недалеко от двери двумя безучастными статуями. Дэниел прошел мимо них так, словно это и впрямь статуи, но мы с Ашамель все равно крались мимо и вздрагивали от каждого шороха, ожидая, что в любой миг кто-нибудь из них попытается нас схватить или просто поднимет тревогу.

Но нет, никакой тревоги. Мы едва ли не галопом промчались по всему дому, выскочили на улицу, там почти у самого крыльца ждали два санса, Дэниел подсадил Ашамель, запрыгнул в седло сам, я со вторым справилась самостоятельно. И мы на предельной скорости рванули прочь. Сансы хрипели и рычали, скаля клыки, но мчались так, словно за ними гналась сама смерть. Напоследок успела оглянуться. На фоне полной луны четко выделялся старый обветшалый особняк, прямо как в старинных фильмах ужасов. Но спине прошел неприятный холодок.

Почему-то все происходящее до сих пор воспринималось как приключение, которое обязательно должно закончиться хорошо. И только сейчас я осознала, что в доме, который мы оставили за спиной, находится злющая на весь мир и обладающая огромной разрушительной силой некромантка, от которой предпочел сбежать даже собственный сын, тоже, кстати, человек не слишком добрый и законопослушный. И похищала она меня явно не просто ради развлечений.