Месть некроманта - Картур Елена Викторовна - Страница 77

Долго готовилась, а затем приступила к осуществлению своих планов. Связалась с сыном и каким-то образом настроила его против отца. А может, просто власть пообещала, в любом случае повод для обиды у Дэниела имелся. Отца отравил именно он, но не повезло мстителям, там не вовремя оказалась я со своей неуемной инициативой и привычкой везде совать нос. Не ожидали они, что у ничего не понимающей в местных реалиях чужачки найдется нужное лекарство, позволившее Дереку дожить до создания противоядия. А уж амулет, полностью защищающий от магии, даже на Арейле — вещь уникальная, такого и вовсе предусмотреть невозможно.

— А разве она его не любила? — уточняю у примолкнувшей Ашамель. — Зачем убивать, что мертвому докажешь?

— Кого? — вяло переспросила орчанка.

— Магичка эта, Дерека.

— Может, когда-то и любила, а сейчас никого она не любит, вобла сушеная, даже собственного сына, — уныло огрызнулась Ашамель. — Она хотела, чтобы бывший ее стал личем, тогда бы он лишился права на трон, из-за которого когда-то от нее и отказался. Дэн бы единственным наследником оказался, пусть бастард, но королевская кровь. Если бы выбора не осталось, король вынужден был бы его признать. Он ведь сам уже старый, детей иметь не может.

Про капитана дворцовой стражи она ничего не знала, но тут я уж сама додумала. Либо запасной вариант, либо прикрытие. Причем, как мне показалось, сам капитан о своей роли ничего не знал, наверняка был под какой-то магией, как бомба с таймером.

Сама Ашамель с Дэниелом познакомилась позже, когда он после неудачного покушения сбежал в степь, справедливо полагая, что его там могут искать очень долго, даже с учетом дружбы Дерека и Раша. Во всяком случае, среди красных. Тем более о конфликте на нашей свадьбе он тоже кое-что знал и потому предположил: если что, обиженные красные орки его зеленым не выдадут. Из вредности просто. Во взаимоотношениях орков он, конечно, разбирается так себе, но тут ему повезло, никому не было дела до человеческого мальчишки, прибился — и ладно. А уж что там у некромантов случилось, никто и знать не знал. Он им не нравился, конечно, но выгонять в степь на верную смерть тоже не стали.

Еще Дэниел признался Ашамель, что окончательно убивать отца он вовсе не хотел, искренне полагая — стать личем это ничего страшного на самом деле. Некоторые маги так чуть не тысячелетиями существуют и не жалуются. Да он и сам в будущем совершенно добровольно собирался сделать то же самое. Так многие некроманты поступают, когда тело начинает дряхлеть. Но одно дело — добровольно, когда старость подходит, а другое — фактически убить собственного отца и считать, что ничего страшного… то ли врал убедительно, то ли совсем дурак, прямо и не знаю.

В общем-то парень, невзирая ни на что, выглядел сильным и уверенным, потому они с Ашамель и сошлись на почве схожих амбиций. А еще она просто не очень разбиралась в человеческих традициях, в отличие от Раша, получившего хорошее образование за пределами степи. Для нее было очевидно, что сын принца — тоже принц, как дочь князя — княжна. У орков не существует такого понятия, как бастард. Отец тот, кто признал себя таковым, не обязательно даже вслух, а по факту выполнения родительских обязанностей. В общем, в сказки про то, что Дэниел может претендовать на трон, Ашамель не то чтобы поверила, это ведь еще как минимум двух претендентов подвинуть надо, но вполне допускала в будущем. Ну и очень хотелось, видимо, замуж за принца, раз уж единственный княжич-сородич больше недоступен.

План по захвату власти в степи был их попыткой удовлетворить амбиции и получить независимость. Дэниела — от маменькиных планов, а Ашамель — от отца, тот подумывал выдать своевольную доченьку за нужного орка, чтобы передать тому впоследствии княжеский титул. Та могла бы и отказаться, орочьи женщины таковы, что принуждать их к чему-то — занятие для самоубийц. Большинство конфликтов, конечно, решается посредством поединков, но, если довести до крайности, ножичек под ребра можно получить и в супружеской постели.

В общем, выбор у Ашамель был, но категорически не нравились предлагаемые варианты. Она хотела власти, красивых вещей и комфортной жизни, а не замуж за одного из соратников отца, такого же ретрограда, считающего, что орки должны, как и предки, кочевать по степи, а не жить в безопасных городах, как тонкокожие слабые людишки.

План придумал Дэниел, это была чистой воды авантюра, но Ашамель схватилась за нее, как за последнюю возможность. Князь все равно умирал, они только прервали его мучения. Шаман же просто мешал, он мог распознать нежить и сорвать все их планы.

Я слушала внезапно разоткровенничавшуюся орчанку (с чего это она вдруг, выговориться захотелось?) и только головой качала. И ведь у них, наверное, даже могло что-то получиться. Весь внешний мир мог бы не заметить маленькую войнушку у орков, не до того всем, особенно если бы все закончилось быстро. Армия орков плюс армия нежити — грозная сила. А потом «князь» в награду за какой-нибудь подвиг во время военных действий отдал бы дочь замуж за пришлого некроманта. Орки ценят доблесть, а Дэниел, невзирая на личные качества, — хорошо обученный сильный маг, да и с какой стороны держаться за меч, знает, предполагаемый подвиг даже подстраивать не пришлось бы. А затем Ашамель быстренько забеременела бы от мужа, обеспечивая преемственность власти, а князь после этого тихо умирает от старости, просто слишком долго зомби держать было опасно. Достаточно какому-нибудь шаману присмотреться внимательней, чтобы определить, что князь давно мертв. Да, в общем, и обычные орки могли бы догадаться со временем, хоть Дэниел и сделал качественного зомби, и можно было прятать «князя» от посторонних, отговариваясь возрастом и нездоровьем. Они только одного не учли — полного нежелания красных орков воевать с соседями. В результате заговорщики оказались примерно в том же положении, что и Раш поначалу. Тихий саботаж. Орки не отказывались выполнять приказ князя, но для того, чтобы отдать этот приказ, подданных нужно еще отловить. И все вдруг забыли о переговорных амулетах и привычных маршрутах кочевий. В результате время было упущено, стремительного рывка не получилось.

Вообще, в этом их плане было немало сомнительных моментов. Слишком многое завязано на допущении, эффекте неожиданности и беспредельной наглости. Так что получиться, конечно, могло, при очень большом везении. Но вполне закономерно не получилось.

Дэниел сбежал, Ашамель поймали. Все бы ничего, но у орков не существует тюрем, я в тот раз не поинтересовалась, что с ней будет, просто не до того было, а Раш что-то наплел туманное, видимо, чтобы не расстраивать. Я почему-то всерьез думала, что он выполнил свою угрозу и таки сплавил ее замуж за какого-нибудь пастуха. А оказывается, в таких случаях просто изгоняют преступника в степь. С минимумом припасов и одним ножом, такая отсроченная казнь. Потому что в одиночку даже сильный тренированный мужчина протянет в степи максимум несколько дней. Правда, того, кто все же сумеет выбраться за пределы степи, преследовать не будут. Раш, невзирая на все ее выкрутасы, думаю, предпочел бы Ашамель не убивать, я его знаю, муж у меня с женщинами слишком добрый, даже если они совершили серьезное преступление. Но тут его бы собственные подданные не поняли. Тем не менее, по признанию Ашамель, он все-таки дал ей шанс выжить. Приказал отвезти поближе к границе и тайком передал арбалет. Вот я с ним еще поговорю на этот счет! Кто так с врагами поступает?

В любом случае доброта Раша орчанку не спасла бы, съели бы ее задолго до границы, которая, кстати, тоже не была абсолютным спасением, и никакой арбалет тут не поможет. Тем более от стаи им все равно не отбить. Если бы не Дэниел.

— Погоди, он что, за тобой вернулся? — удивила она меня.

— Зомби прислал, они довели, — буркнула Ашамель недовольно. — Дальше рассказывать?

— Да уж, будь добра.

А дальше… Парень, понятно, сбежал обратно к маменьке в ее тайное убежище. А что ему еще оставалось? Демарш с обретением самостоятельности не удался, пришлось поджать хвост и возвращаться, чтобы участвовать в ее грандиозных планах. В это самое убежище в конечном итоге привели и Ашамель, только в грандиозные планы ее никто посвящать не собирался, тем более маменька была не слишком довольна присутствием подружки сына. Еще больше — тем, что подружка внезапно стала законной женой. Беременность Ашамель была частью плана, они с самого начала стали не только подельниками, но и любовниками. А Дэниел, узнав про беременность после того, как орчанку из степи вывел, возьми да и женись.