Полоса невезения - Каплан Виталий Маркович - Страница 70

Эх, педагоги-теоретики... Послать бы все ваши теории куда подальше. Вот глядите, практика. Заставьте-ка маленькую Ксюшу сходить пообедать...

Ужас!

Я знал, что должен подняться. Юрик... в смысле, Осоргин... ну, то есть Юрик зайдет за мной, как только появится отряд "Веги". Велико же будет их удивление, когда обнаружат они не столичного ревизора, а классического, хрестоматийного алкаша.

Да, съездил к деткам. Отправляясь в "Березки", я вовсе не предполагал, что все может вот так повернуться. Даже не взял с собой никаких таблеток. А теперь придется справляться своими силами, каковых почти и не осталось.

Усилием воли, способным, наверное, сдвинуть небольшую гору, я поднял себя с кровати, поставил на ноги и направил в ванную. Правда, ванны как таковой здесь не было - только душевая кабинка.

Зато была вода - и холодная, и горячая. Впрочем, мне бы хватило и первой. Вторая лишь искушала.

Так. Обдать себя ледяной струей...

Ну... Ну! Решайся, блин, разночинец-педагог, блин!

А!!!

Ладно. Сделаем потеплее. Голова немного кружилась. Зря я все же так резко дернулся. Где-то в районе правого полушария теперь усиленно прокладывали рельсы, забивая костыли прямиком мне в извилины. Это была пытка, достойная инквизитора-виртуоза.

Как в том анекдоте. Ну, мы же не звери, Петька...

Я взглянул в зеркало. Нечто небритое, с гримасой тяжких мук на лице воззрилось оттуда на несчастного меня. Смотреть было больно. И стыдно, и глаза сами собой закрывались.

- Приехали, проверяющий Ковылев, - сказал я сам себе. И почти тут же в дверь постучали.

Час от часу не легче.

- Иду, - выдавил пересохшим горлом, стараясь не выказать своего состояния. - Сейчас. Кто там?

- А это тебя пришли арестовывать! - Юрин голос был бодр и весел. Словно он и не пил вчера...

Вот же гад! Больше меня нагрузился, и изрядно больше, а самому хоть бы хны. Это надо уметь! А главное...

Я замер, облокотившись о стену душа. Что я ему вчера наболтал? Не помню. Господи! Не помню! Впервые за все это время попался. И куда - в элементарнейшую ловушку! Им не пришлось применять магии, шпионов или хитрой техники. Просто бутылка водки, и вот уже язычок дяди Кости развязался сам собой.

На чем вчера я остановился? Ну хоть примерно. Хоть немного вспомнить. На хрена нам война... И всё.

- Иду.

Я сделал несколько шагов, стараясь казаться... ну хотя бы просто жертвой похмелья, но никак не испуганным.

- Сейчас.

Я щелкнул замком (такую защелку любой юный "упсовец" в пять минут раскусит!) и открыл дверь...

Юрик стоял по ту сторону, радостный и довольный собой. Он буквально светился. Как солнце уходящего лета.

- Здорово! - отсалютовал он, потом пригляделся и участливо подметил: Вижу, тебе мучительно больно за целенаправленно пропитые часы?

Я только кивнул. Зачем лишний раз говорить, если это столь противно?

- Ясно, - отчеканил Осоргин. - Принимаю командование на себя. Игорь там уже всех построил, а мы с тобой тут сидим.

- Кого? - не понял я. - Какой Игорь?

- Грачёв, - непонятно ответил Юрик, потом стал совсем хмурым. - Так, вижу, придется тебя по-нашему протрезвлять... По-южноморски...

Это было чудовищно! Честное слово, так страшно, что даже строители железной дороги через мои мозги - и те предпочли убраться куда подальше. Смешанная Юриком жидкость, вопреки своему цвету и компонентам, оказалась вполне пригодна для питья. От нее пахло кофе, и даже привкус был соответственный.

Поначалу... Где-то полминуты.

Потом началось.

- Эй, ты куда?

Он мог и не спрашивать.

Ринувшись к фарфоровому другу, я даже не стал закрывать за собой дверь, а лишь набросился на него, словно хищный зверь, и высказал все, что думал о водке "Провинциалка" и самогонщиках из поселка Мастыкино. Унитаз, ничего не ответив, смиренно принял свою роль, а также всё мое внутреннее содержимое.

Осоргин у меня за спиной боялся пошевелиться. Кажется, он и сам не ожидал такого эффекта - хотя "похмелку" бывший моряк смешивал с видом знатока. Только когда я вдоволь наобщался со здешней сантехникой, он спросил:

- Ну как?

- Хорошо, - слегка приврал я. То ли хотел пошутить, то ли впрямь уже ощущал, как в недрах моих затихает утреннее побоище.

Впрочем, хорошо - не отлично. Удар шпалой все еще отдавался в мозгах, а лицо, наверное, сохраняло все тот же вид. Добрый и ласковый...

- Тогда давай, собирайся, и идем.

- Куда? - не поворачиваясь, спросил я.

- Вежата вот-вот появятся, - Юрик даже удивился моему незнанию. - Ты что, забыл?

Нет, я помнил!

Грачёв, который уже всех построил, оказался тем самым усатым мучителем гитары. Построил он, как выяснилось, среднюю группу - подростков лет тринадцати-пятнадцати. Разглядел я в этом не слишком-то ровном строю и моих знакомцев - "ежика" с "драконом".

И страх опять убрался восвояси. Никто меня не схватил, не потащил ни в какой Мраморный зал. Пока мы спускались по лестнице, Осоргин балагурил пуще прежнего, хотя просьбу не говорить о спиртном все-таки выполнил. Мне полегчало, удар шпалы уже не чувствовался, и только затишье на фронтах желудка вызывало определенное беспокойство.

Кажется, там передышка, а вовсе не окончательный мир. Битва может возобновиться, и, как всегда, в самый неожиданный момент.

- Добрый день, - Грачёв суховато пожал мне руку. - Ну, мы готовы. "Вега" на подходе. Через полчаса будут.

Я покосился на Юрку, тот поспешил разъяснить:

- По мыльнице звонили.

В этом - вся "Струна". Нет чтобы цивилизованно приехать сюда на автобусе, уж наверняка в столичном нашем автопарке отыщется лишний "Икарус". Это не отвечает высоким идеалам. Высоким идеалам отвечала двухчасовая езда в набитой электричке, а потом - долгое блуждание по здешним лесам. Поход зато, романтика... Предполагается, что дети счастливы по уши.

- А мы-то зачем тут строимся? - спросил я.

За спиной Грачёва копошился отряд средней группы. Ребята шутили, слегка возились, двое девчонок лет пятнадцати курили чуть в отдалении, весело болтая о чем-то своем. Остальные внимательно слушали объяснения какого-то мальчишки лет тринадцати о том, как пройти без кодов седьмой уровень непонятно чего. В общем, очередные подростковые дела.