Птица в клетке (СИ) - Сотер Таис - Страница 86

Лёд хрустел под босыми ногами, ледяные пики взмывали вверх, но и там, наверху, был лишь лёд. Я шла среди покрытых снегом осколков, пытаясь найти своего рыжеволосого проводника, чтобы вручить ему медную монетку, зажатую в ладони. Но Харон не пришёл, чтобы отвезти меня в царство мёртвых, да и Стикс замёрз, и я застряла в преддверии Гадеса, потерянная и никому не нужная. Я должна была забрать кого-то из царства мёртвых, или мне должны были помочь выбраться?

ЭРИКА

Я повернулась, недоумённо глядя на мальчишку, смотрящего меня сквозь прозрачную стену из льда.

- Тебя не должно быть в этой истории.

ВЕРНИСЬ

Я пожала губы и покачала головой.

- Мне нужно найти, нужно найти... - поняв, что я так и не могу вспомнить, кого я искала, сердито приказала: - Уходи!

Стена, отделяющая меня от ребёнка, пошла трещинами. Я вскинула руки, и укрепляя барьер, сделала лёд толще, полностью скрывая очертания детской фигуры. Но даже не видя мальчика, я слышала его голос, продолжавший твердить, что он хочет мне помочь. Зажав ладони ушами, я бросилась прочь, и бежала, пока не оказалась у трона, вмёрзшего в ещё одну толщу льда. И там, на троне, сидел сам повелитель царства мёртвых.

- Это не Гадес, а ты не Персефона, - неожиданно знакомым голосом сказал бог, поднимаясь со своего трона. - Лишь кошмар, которому давно пора закончиться. Эрика, я скучаю.

- Я не могу вернуться. Мне нужно найти, найти...

Бог обнял меня, прижимая к себе:

- Ты уже нашла. Меня. Выведи нас отсюда, спаси меня...

Лёд вокруг нас начал осыпаться, но мне уже не было страшно. Боль, терзавшая меня, начала тускнеть, но возвращающиеся воспоминания заставляли жалеть о том, что я всё же была живой. Я беззвучно плакала, прижимаясь к твёрдому плечу, и не в силах найти утешения в этих объятиях. А затем тёплая детская ладошка обхватила мою безвольную руку, и чужие чувства - страх, возмущение, радость, грусть, захлестнули меня, стирая чувство потери. Изгоняя одиночество.

...

Во рту было сухо, а голова казалось набитой ватой. Часто моргая, я пыталась привыкнуть к свету. Пошевелила пальцами ног, радуясь, что могу их чувствовать, попыталась поднять правую руку, и только тогда поняла, что в неё кто-то крепко вцепился. Я повернула голову и увидела, что рядом со мной на больничной койке лежал Замир, держащий меня за руку.

- Привет, - отчего-то шёпотом сказал он.

- Привет, - так же тихо сказала я. - Ты мне снился. И... твой отец тоже.

- Ага, - мальчик отчего-то ухмыльнулся, глядя куда-то за меня. Я повернула голову, и только сейчас заметила, что у койки сидел император, устроившись щекой у моего бока, и сжимавший мою левую ладонь. Не выпуская её даже во сне.

- Что... как?

- Папа не отпускал меня одного сюда, - пальчик Замира указал на мой лоб, - и мне пришлось взять его с собой. Он забрал твою боль. Правда, здорово?!

Ядгар поморщился, просыпаясь, и открыл глаза. Рассеяно заморгал, а затем увидел меня, и вспыхнул столь радостной улыбкой, которую я никогда не видела на его лице. Впрочем, мгновение спустя он уже глубоко запрятал эмоции внутрь себя, и лишь тень тревоги пряталась на дне его взгляда.

- Я надеялся, что приду в сознание раньше, чем ты, - хриплым голосом сказал Альге. - В твоей голове... жутко всё запутанно и странно. Но я рад хоть на мгновении почувствовать себя эспером. И мне льстит, что в твоих мыслях мне нашлось место, пусть даже и такое странное. Как ты? Ты помнишь, что произошло?

- Я помню. Но это больше не трогает меня. Как будто случилось очень давно, и даже не со мной.

- Хорошо. До сих пор не представляю, как мы это сделали...

- Я сделал! - высунулся Замир, взволновано ёрзая на больничной койке.

- Замир сделал, - послушно подтвердил Ядгар, - но всё получилось. И теперь я тебя никуда больше не отпущу.

- Мы! Мы тебя не отпустим! - вновь влез мальчик.

Ядгар улыбнулся, и кивнул:

- Мы. Я и мой сын. Ты нам очень нужна, Эрика.

И когда они успели так спеться?

Дар мой не пропал, хотя и не полностью восстановился. Я не слишком об этом переживала - отчего-то казалось мне, что даже пропади мой дар полностью, меня не выкинут на свалку или даже в утилизацию, как сломанный инструмент. Да и притупленные чувства весьма помогли, когда меня навестил взмыленный Альварес, взбудораженный даже больше, чем обычно. Его чувства мне были совсем не нужны, хватало и его настойчивых расспросах о случившемся. Послушно рассказав о том, что со мной произошло, я ожидала, что смогу получить от него какие-то объяснения, но пришёл доктор Оссе и выгнал Диего. Всё, что я успела понять, что Альварес находился в середине какого-то важного расследования, косвенно связанного со мной.

В этот же день, как я пришла в себя, меня перевезли во дворец. Я ожидала увидеть всю ту же комнату, в которой когда-то жила назад, только у Ядгара были совсем другие планы.

Покои, в которые меня поселили, были не только больше моих прежних, но и раза в два больше моей городской квартирки - даже гардероб был размером с бывшую спальню. Также был ещё один нюанс, который приводил меня в необыкновенное смущение - новая спальня имела общую дверь со спальней императора, а покои раньше принадлежали Анхеле. Правда, как я слышала, бывшая жена Ядгара не жила здесь уже много лет, и в своё редкое посещение столицы селилась в другом крыле.

И всё же я чувствовала себя не в своей тарелке, зная, что занимаю место, которое было мне не по статусу. Даже по новому статусу. Потому что первое, что сделал Ядгар, когда мы остались одни, это вручил мне документы о моём освобождении. Теперь я вполне официально являлась гражданкой Лонги, а моя идентификационная карта, на которой всё ещё лежала часть зарплаты - перестала быть просто куском пластика.

- А это законно? Вот так вот давать гражданство? - не удержалась я от вопроса, растерянно рассматривая печати на бумагах.

- Я есть закон, - высокомерно ответил император. - Только при Сенате эту фразу лучше не озвучивать...

- А за пределами Лонги?

Ядгар пожал плечами:

- Стоить помнить, что мы принадлежим к Независимым мирам, а не к Космосоюзу. Да, граждан Лонги стараются не трогать, но ты всё ещё остаёшься эспером. И у слишком многих будет искушение попытаться получить тебя. Было бы очень хлопотно развязывать войну из-за тебя, хоть и весьма романтично.

- Думаю, не стоит.

Я грустно вздохнула, и положила документы на прикроватный столик. Мне всё ещё не рекомендовали лишний раз вставать с постели, да и не хотелось. Ходить было всё-таки тяжеловато.

- Что такое? - немного раздражённо спросил Альге. - Будешь снова упрекать меня во всех смертных грехах?

Молча покачала головой и отвернула лицо в сторону.

- Или ты мне сейчас же скажешь, или...

Не знаю, что там собирался придумать император, и знать не хочу. Слова вырвались сами собой, неожиданно искренние и горькие:

- Ничего не изменилось. Совсем.

Радости не было. Я всё та же. Обстоятельства те же. Может быть, клетку и сломали, но я буквально чувствовала верёвку, привязанную к моей ноге.

Лицо Ядгара смягчилось. Он пересел со стула на кровать, и бережно погладил меня по плечу.

- Перемены редко можно почувствовать сразу. Но они будут, обещают. Да, я не сказал всего.

- Что ещё? - отстранённо спросила я.

- Я перевёл квартиру, в которой ты жила, в твою собственность. Нужно же с чего то начинать.

Неожиданно эта новость обрадовала меня гораздо больше, чем освобождение, став свидетельством, что слова Альге не были лишь пустым звуком. Всё на самом деле менялось.

- Это.. это на тот случай, если я вам надоем, господин? - несмело пошутила я, чувствуя, как слёзы подступают к моему горлу.

- Нет, это если я совсем надоем тебе, - улыбнулся Ядгар одними глазами. Непривычно было видеть его таким мягким и внимательным со мной. Как будто я на самом деле была ему важна. - Только учти, сейчас я не собираюсь позволить тебе свободно шататься по Кадису. Но это временно, Кадис станет скоро безопасным, даже если мне придётся лично перевешать всё отрепье в этом городе.