Мир уже не будет прежним - Марченко Геннадий Борисович - Страница 14

В преддверии празднования Дня Победы у меня родилась мысль запустить книжную серию «Я помню», которая в моей реальности выходила намного позже советского периода. Когда-то в будущем я прочитал книгу Артёма Драбкина «Я дрался на Т-34», составленную на основе собранных записей и интервью с ветеранами-танкистами, воевавшими на самом массовом танке времён Отечественной войны – легендарной тридцатьчетвёрке. Прочитал на одном дыхании, и вот сейчас, штудируя в «Известиях» какой-то материал, посвящённый предстоящему празднику, подумал о создании такой серии. По-моему, у того же у Драбкина в той же серии «Я помню» выходила аналогичная книга, посвящённая военным лётчикам, называлась, если я ничего не путаю, «Я дрался на Ил-2». С таким предложением я сначала обратился к майору Метёлкину, тот обещал доложить Цвигуну, и вскоре я сидел в кабинете председателя КГБ СССР, делясь с ним своим грандиозным замыслом.

– Ну что, интересное предложение, с помощью этой серии можно поднять патриотические настроения в стране, напомнить молодому поколению о людях, которые проливали кровь на фронтах Великой Отечественной, – одобрительно кивал Семён Кузьмич. – И правильно, что героями серии станут простые пехотинцы, лётчики, танкисты, моряки… О маршалах и Героях Советского Союза у нас написано немало, а вот подвиг простого солдата воспеваем не так часто, как хотелось бы. Можно привлечь «Воениздат», у меня там уже имеются хорошие знакомые, включая директора издательства. Сами возьмётесь или найти вам помощников?

Учитывая, что серия предполагала отнять немало сил и времени, я предложил на выбор самого Цвигуна привлечь одного-двух хороших журналистов, уже писавших о войне, а ещё лучше – непосредственно прошедших её, видевших смерть и ужас Великой Отечественной своими глазами. И пусть попробуют начать с тех же танкистов. Если книга получится удачной, то можно этой паре доверить и написание остальных сочинений серии. Семён Кузьмич со мной согласился, сделал себе соответствующие пометки и пообещал не затягивать с запуском серии.

9 Мая мы прогулялись по праздничной Москве, наслаждаясь весной вместе с другими улыбающимися москвичами и гостями города. Посидели в небольшом кафе, поели мороженого в вазочках, на входе в метро купили Даньке красный воздушный шарик с рисунком самолёта, и пару дней, пока он не лопнул, этот шарик был для пацана любимым развлечением. А потом, поглядев мультик о девочке и варежке, превратившейся в собачку, он тоже захотел четвероногого друга. Поскольку сын в свои два года уже что-то соображал, я попытался объяснить, что пока собаку ему заводить рановато, нужно подождать, хотя бы пока он пойдёт в школу и сможет ухаживать за лучшим другом человека, а не просто лезть к собачьей морде целоваться. Даниил вроде проникся и больше не приставал с такими просьбами.

А сразу после майских праздников стало известно, что министр обороны СССР Дмитрий Фёдорович Устинов в связи с пенсионным возрастом и состоянием здоровья был отправлен в отставку, а ведомство возглавил вчерашний руководитель Генерального штаба Вооруженных сил Николай Васильевич Огарков. Та-ак, подумал я, дело пошло… Кто следующий?

А следующим оказались министр внутренних дел Щёлоков и его заместитель Чурбанов. Им вменялись в вину рост преступности, особенно умышленных убийств, факты сокрытия регистрации заявлений сотрудниками МВД, рост преступлений, совершаемых самими сотрудниками правоохранительных органов… Короче, министерство возглавил пребывавший ранее в опале Александр Николаевич Шелепин, а ещё один член машеровской организации Вадим Александрович Матросов оказался в кресле, которое прежде занимал зять Брежнева.

Ну а дальше… А дальше произошло событие, перевернувшее жизнь не только мою и моей семьи, но и всей страны. Да что там страны! Весь мир замер, соображая, к чему может привести такая неожиданная перестановка во властных кругах СССР.

Произошло же следующее… В один из июньских дней в прологе вечерней программы «Время» Игорь Кириллов, выглядевший ещё серьёзнее, чем обычно, – хотя, казалось бы, куда серьёзней – торжественным голосом сообщил, что сегодня, 14 июня 1978 года, Леонид Ильич Брежнев по состоянию здоровья сложил с себя полномочия генерального секретаря ЦК КПСС, оставляя за собой пост председателя Президиума Верховного Совета СССР.

«Экстренно созванный Пленум ЦК рассмотрел вопрос об избрании генерального секретаря ЦК КПСС, – вещал Кириллов. – По поручению политбюро ЦК с речью выступил член политбюро ЦК КПСС, секретарь ЦК КПСС товарищ Кулаков Фёдор Давыдович. Он внёс предложение избрать генеральным секретарём ЦК КПСС товарища Романова Григория Васильевича. Генеральным секретарём Центрального Комитета КПСС Пленум единогласно избрал товарища Романова Григория Васильевича».

«Вот это номер!» – подумал я, медленно офигевая.

Это что же получается, история изменилась кардинальным образом! И всё это благодаря моему здесь появлению! Ладно ещё смерть Андропова (к счастью, больше не являющегося мне во сне), но чтобы вот так быстро разобраться с самим Брежневым и посадить на его место своего человека… Хорошо хоть, на этот раз обошлось без смертей. А то, глядишь, и Леонид Ильич зачастил бы ко мне по ночам в придачу с Устиновым и Щёлоковым.

Первым порывом было позвонить Машерову, но вовремя себя осадил. Ну позвоню, и что дальше? Спросить: «Пётр Миронович, а вот эта перестановочка генсека – ваших рук дело?» И что мне Машеров на это ответит? Мол, ты своё дело сделал, Серёжа, сиди и не задавай глупых вопросов, а большие дяди тут сами как-нибудь без тебя порешают.

Интересно, ещё какие-то отставки планируются с подачи команды Машерова?

Как бы там ни было, маховик нового вектора в истории страны запущен, причём с моей подачи, и теперь мне остаётся лишь наблюдать, как события будут развиваться дальше. Если я понадоблюсь властям предержащим, они дадут об этом знать. Надеюсь, им не придёт в голову избавиться от мавра, сделавшего своё дело. Не хотелось бы оказаться человеком, в котором Романов и его окружение могут увидеть для себя какую-то опасность. Или просто подстраховаться, так, на всякий случай.

Ладно, нечего забивать себе голову такими мыслями, всё равно, если захотят, могут и министром культуры назначить, и в расход пустить. Кстати, я, пожалуй, не отказался бы от кресла министра, ведь какие перспективы открываются!.. Но в то же время, наверное, скучно быть министром. То ли дело книги писать, песни сочинять, снимать фильмы! Конечно, никто мне не запретит этим заниматься и на столь ответственном посту, но где я найду столько свободного времени в бесконечной череде бюрократических дел?! Да и неудобно с моральной точки зрения. Начнётся перешёптывание за спиной, что сам себе даю «зелёный свет», создаю самые благоприятные условия. Хотя такой вариант если и возможен, то лишь при съёмках фильма, представить, что я сам себе помогаю сочинять книги и песни… Ну, вы меня понимаете.

А ещё день спустя меня пригласили на ковёр к Месяцеву. К тому времени телеэфир пополнился ещё несколькими программами из моего перспективного списка. Например, запустили «Футбольное обозрение» с Владимиром Маслаченко в роли ведущего, выходившее теперь по окончании воскресной программы «Время». Ну а домохозяек, и мою жену в частности, вторая программа ЦТ порадовала субботней программой «Смак», транслирующейся в утреннем эфире. Ведущими ТВ-шоу были известный историк-скандинавист, геральдист и великолепный кулинар Вильям Васильевич Похлёбкин и молоденькая Татьяна Веденеева, которые на редкость удачно дополняли друг друга. Продукты для рецептов брались вполне доступные, в том числе и по цене, и гости – первой героиней программы стала актриса театра и кино Людмила Гурченко – демонстрировали свои кулинарные навыки, при этом, как я и предлагал, делясь интересными историями из жизни. Учитывая, что моя Валентина провела перед экраном все 45 минут, которые длился первый выпуск, проект ожидала долгая и счастливая жизнь.

Явившись в кабинет председателя Гостелерадио СССР, я в глубине души подозревал, что приглашение связано со сценарием сериала «Заря новой жизни». И не ошибся. Николай Николаевич похвалил меня за столь креативное, если выражаться языком XXI века, предложение, но добавил, что хотелось бы почитать продолжение истории.