Дороги своих любят (СИ) - Голякова Елизавета - Страница 11

- Обычно с нежитью работают некроманты, а не стихийные маги вроде тебя, - задумчиво кивнул клирик. Понемногу, по капле в его голове складывался ряд предположений, пока необоснованных и достаточно раздробленных, чтобы держать их при себе. Однако и эти соображения имели место быть, а потому монах всерьез начинал беспокоиться о судьбе отряда.

Понемногу беседа затихла, и друзья, один за другим, провалились в спасительный сон. Магу снилась библиотека Демиана, полная пыльных старинных фолиантов и дешевых, маленьких книжонок. Под тяжелым плащом клирика было тепло и безопасно, а потому всю ночь парнишка блуждал по уютным детским воспоминаниям. Наемник спал, не расставаясь со своими мечами: застарелая, не раз спасавшая жизнь привычка - верная спутница приверженцев профессии, когда каждый день невольно проживаешь, как последний...

Уже засыпая, вор кое-что вспомнил.

- Монах, ты спишь? - шепотом спросил он.

- Теперь нет, - сквозь зубы буркнут тот, впрочем, как рыжему показалось, на самом деле друг и не думал злиться.

- А откуда ты столько знаешь о магии? Вы же вроде всегда недолюбливали колдовской народ...

- Однажды книжку прочел, - пожал плечами клирик, но, судя по мирному сопению, воришка его уже не услышал.

Остров обволакивала сплошная бархатная темнота, а потому никто, если бы затаился и наблюдал за квартетом, не заметил бы, как монах улыбался.

* * *

Маг проснулся потому, что кто-то стащил с него плащ, и утренняя прохлада с готовностью юркнула под тонкую жилетку. Стало холодно и, вдобавок, мокро от ледяной росы. Наконец коварный некто, особенно не церемонясь, дунул парню в ухо, и его терпению пришел конец: в воздухе мелькнула яркая вспышка, которая должна была поразить наглеца на месте. Но то ли он был к этому готов, то ли просто маг спросоня не рассчитал свои силы, и заклинание ушло в облака. Так или иначе, колдуну пришлось просыпаться.

- Устроили тут детский сад, - буркнул клирик, отнимая у вконец обнаглевшего лиса свой плащ и поплотнее в него заворачиваясь. - Если не поторопимся - не успеем до вечера подойти к следующей гати.

Вор беззаботно отмахнулся от доброго совета, привычно рассчитывая на удачу. По мнению мага, гораздо больше, чем следовало бы.

- А где наш друг-вояка? - чародей наконец проснулся и, оглядевшись, заметил отсутствие наемника. Пора было начинать беспокоиться за того, кому с утра пораньше посчастливится наткнуться на искусанного мошкарой мечника.

- Так вон же, - кивнул на шевелящиеся кусты рыжий. - Он пол фляги вчера выхлебал...

Тут под тяжелым сапогом сломалась одна из веток, закрывавшая обзор на ту сторону куста, и у друзей отвисли челюсти от изумления: двое гвардейцев в полном вооружении стояли, виновато ссутулившись, перед опирающимся на чей-то двуручник файтер.

-... вашим командиром, то вам бы не поздоровилось! Нашлись тут дозорные!

- Чем же эти двое тебе помешали? - опомнившись от удивления, крикнул товарищу монах.

Наемник воткнул поглубже в землю тяжелый двуручный меч и повернулся к богослову.

- Капитан послал их контролировать наши перемещения по острову, а они, чтоб их, заснули на посту, - презрительно процедил боец, и, сощурившись, добавил: - я их на месте командующего в порошок бы стер. К чертям собачьим.

Что ж, день обещал быть добрым.

Немного погодя появилась гадалка. Пестря разноцветными юбками и позвякивая побрякушками, она сразу же подсела к квартету, без умолку болтая о чем придется: цыганка одинаково бойко пересказывала и последние столичные новости, и философские трактаты выдающихся умов столетия. Наконец она заговорила о политике. Клирик, всегда очень внимательный к мелочам, обратил внимание, как собралась и дисциплинировалась гадалка, едва речь зашла о короле.

Вор слушал в пол уха, довольствуясь тем, что иногда вставлял ехидные замечания по поводу того или иного знатного горожанина, и только. Развалившись на траве, он от нечего делать вытащил из-под рубашки свою серебренную рыбку и принялся разглядывать ажурный чешуйки работы, увы, неизвестного мастера.

- Лис, подойди-ка сюда, - позвала цыганка, очевидно, что-то заметив. А когда рыжик приблизился, вдруг подскочила и взвизгнула, словно присела на ежа. - Как ты мог, воришка?! Это же моя, моя подвеска!!!

И, особенно не церемонясь, сдернула украшение с шеи окончательно огорошенного и растерявшегося вора. Как бы внезапно она не действовала, наемник оказался проворнее: секундой позже он приложил к тонкой девичьей шее свой смертоносный меч. Цыганке оставалось только в неподдельном испуге отпрянуть назад... чтобы наткнуться на кинжал опомнившегося вора. “Второй раз я так не ошибусь!” - говорил его взгляд. Выбрав из двух зол меньшее, гадалка еще чуточку отодвинулась от страшного клинка.

- Красавица, - файтер вскинул бровь, передразнивая вора. - Какая неожиданность! И что бы это значило, а?

Загнанная в угол, «красавица» порядком порастеряла свой запал и теперь только бросала осуждающие взгляды по очереди на каждого из квартета. Впрочем, такой уловкой их было не взять.

В наступившей тишине хрустнула ветка. На полянку вышел мальчик, лет десяти, с растрепанными рыжеватыми локонами и, кажется, даже болезненной белой кожей. На щеках не было ни тени румянца, а глаза удивляли, даже пугали своей синевой. В довершение и без того чудесной картины поверх рубашки на мальчишке висела в точности такая же рыбка, какую носил лис. Все пятеро повернулись на звук, и лица друзей вытянулись от изумления, а цыганка раздосадованно скривилась. Только этого не хватало, право слово!

- Итак, рассказывай, - емко потребовал мечник, опускаясь на корягу, но бдительности не теряя.

Мальчик робко сделал пару шагов и поймал на себе взгляд мага. Тот смотрел исподлобья, но почему-то не пугал ребенка. Когда же чародей улыбнулся, это окончательно его подкупило - голубые глаза распахнулись еще шире, а ноги сами пошли навстречу. Поняв, что рассказывать действительно придется, гадалка вздохнула, кинула вору рыбку и обиженно заговорила:

- Кулон и правда когда-то был у меня. Прежде чем махать клинками, спросили бы у своего вора, откуда он его взял. Ну ладно... Вы уже заметили, наверно, что эта вещица - не простая побрякушка. Она нужна была мне, чтобы не потерять ненароком вот этого мальчонку. Где бы он ни был, моя рыбка привела бы меня туда. И почему ты не мог украсть что-нибудь другое, а?!

Рыжик удивился и непонимающе улыбнулся, поймав устремленные на него взгляды.

- Я думал, это моя рыбка, которую потерял где-то, а ты нашла, вот и прихватил...

- Мне кажется, ты вообще не думал, - кашлянул монах, натягивая капюшон пониже на лицо. - Послушай, вестница судьбы, чем так ценен тебе этот ребенок, если его охраняет заговоренный талисман?

- Да еще такой, который без всяких помех нарушил плетение моего заклинания? - поддакнул маг, поднимая бровь.

Цыганка промолчала.

За нее ответил наемник, с ловкость фокусника вытащив из-за пазухи желтоватый лист бумаги. Друзья уставились на изрядно помятый и покоробившийся от воды, но еще вполне читабельный лист с условиями контракта и самим заказом.

- «Найти и передать господину наместнику мальчишку десяти лет, с рыжеватыми локонами и синими глазами. Из особых примет - родинка над правой бровью» - задумчиво прочитал вор. Прочитал - и даже подпрыгнул, внезапно пронзенный столь внезапной мыслью. Глаза его от изумления полезли на лоб, а на веснушчатом лице одно за другим сменились выражения удивления, радости и та хитрая широкая улыбка, за которую его прозвали лисом.

- Вот именно, мой дорогой карманник, - сощурился, наверное, под капюшоном клирик: лица монаха по обыкновению было не разглядеть. - Найти мальчишку и передать Теодору.

Второй раз за утро гадалка заголосила, как ужаленная.

- Только не Теодору! Куда угодно, но не в лапы этого коварного, злого и жестокого человека! Бедному ребенку нельзя к наместнику, никак нельзя!.. Я как раз провожаю принца к тем, кто вернет ему власть отца. Как вы думаете, зачем жаждущему власти диктатору наследник престола, а?! Вряд ли чтобы подарить ему трон... Да пораскиньте же мозгами, проявите сочувствие!..