Забытое сражение Огненной Дуги
(Крушение операции «Цитадель») - Замулин Валерий Николаевич - Страница 73

«3. 47 гв. сп после смены подразделениями 399 сп… перейти к обороне на участке: лесн. (700 м западнее Устинки), ж. — д. мост 800 м западнее Шебекино — фронтом на запад. Передний край — 3-й просеки зап. Устинка. Противотанковый опорный пункт — в центре участка обороны Рживец — Устинка.

Вести разведку вдоль дороги Устинка — Рживец, Шебекино — выс. 105, 7, где и связаться с 213-й сд. Группа ПП — 1/43 гв. Ап.

КП полка — зап. окр. Устинки.

4. 50-му гв. сп… перейти к обороне на участке: мост через р. Нежеголь, в 800 м южнее Устинки, на зап. окр. Шебекино до выс. 135, 6. Вести разведку на Титовка.

КП полка — завод Сахарный (Шебекино).

Группа — 3/43 гв. Ап.

5.44-му гв. сп… занять оборону на участке: дорога Шебекино: Неклюдово, юго-вост. окр. Шебекино (сев. ее части 600 м вост. Кирп.).

Передний край — по зап. и южн. окр. Шебекино (сев. р. Нежеголь).

Группа ПП — 2/43-го гв. Ап.

КП полка — восточнее кирпичного завода 1 км.

6. Мой резерв: учебный батальон, саперный батальон, разведрта, химрота. Сосредоточиться в районе Устинки. Занять оборону по западным окраинам Устинки.

20-й иптад — по указанию командующего артиллерией.

7. Командир резерва — командир учебного батальона.

8. Частям дивизии оборону занять к 5.00 5.7.43 г., движение совершать ускоренным темпом»[252].

С 13.00 командиры батальонов 111-й сд начали прибывать в полосу обороны 15-й гв. сд для определения маршрутов выдвижения, осмотра боевых позиций и принятия инженерных заграждений. А в 18.00 5 июля в роще, восточнее с. Пенцево, сосредоточился 148-й отп полковника Л.А.М. Лифица[253], переданный М.С. Шумиловым комдиву-15 на усиление. Одновременно с приказом о переходе в резерв командарма генерал-майор Е.И. Василенко получил два устных предварительных распоряжения: о подготовке дивизии к нанесению контрудара в полосе 24-го гв. ск и возможному выдвижению ее для блокирования распространения противника на стыке корпусов.

Исход дня и первая половина ночи для офицеров штабов воинских формирований в любой действующей армии — время всегда очень напряженное. В этот момент идет интенсивный сбор информации, установка местонахождения частей и их состояние, подготовка сводок с отчетом о результатах боя для подведения итогов дня, выработка решений и составление приказов, доведение их в сложных условиях в ночное время, часто при плохой связи, до нижестоящих командиров и т. д. Хлопотной, исключительно трудной выдалась для командного состава противоборствующих сторон под Белгородом ночь и на 6 июля 1943 г. Помимо обычных забот за короткую ночь руководству и армейской группы Кемпфа, и 7-й гвардейской армии пришлось провести значительную перегруппировку войск. Напомню, в то время как штаб генерал-майора Г.Б. Сафиулина выстраивал систему обороны 78-й гв. и 73-й гв. сд, комдив Морозов укреплял левый фланг своего соединения, шла смена 15-го гв. сд, а экипажи Вербы и Таранова вместе с «самоходами»[254] зарывали свои боевые машины в землю; параллельно за линией фронта, буквально в нескольких километрах от траншей бойцов Шумилова, кипела не менее напряженная работа в корпусах Брайта и Рауса. Общей главной задачей для обоих соединений Кемпфа было как можно быстрее восстановить разбитые переправы и построить новые. Уже перед рассветом на восточном берегу должны были находиться подразделения для пополнения поредевших боевых групп гренадерских полков, должно быть переброшено тяжелое вооружение, боеприпасы и амуниция, а на западный берег эвакуированы сотни раненых и тяжело контуженных для доставки в госпитали. В то же время в каждом соединении были и свои специфические проблемы. Так, командованию армейского корпуса в этот момент было крайне важно, чтобы 320-я пд удержала клочок берега у Безлюдовки. Это позволяло под покровом темноты приступить к постройке нескольких мостов грузоподъемностью 10–15 тонн для переброски на восточный берег ее артиллерии. Дефицит артсредств в первый день наступления привел к тому, что дивизия была вынуждена оставить уже захваченную территорию и понесла при этом заметный урон.

У командования 3-го тк тоже были свои сложности, но они оказались более значительными. Во второй половине дня штаб корпуса направил генерал-майору В. фон Хюнесдорфу приказ вывести 6-ю тд с переднего края, а ее участок до полуночи сдать 168-й пд. В свою очередь, командир пехотной дивизии генерал-майор В. Шале де Болье был обязан оперативно собрать батальоны, участвовавшие в наступлении, нарезать им новые боевые участки и направить для приема рубежа по линии Михайловка — /иск/ западная окраина Старого Города — с. Покровка (севернее Белгорода). После этого 6-я тд должна была собраться на западном берегу в район Колонии-Дубовая и, приняв от 7-й тд два моста, в том числе один 50-тонный, перебросить свой 11-й тп в предбоевые порядки дивизии Функа. После завершения переправы полк подполковника Г. фон Оппельн-Брониковски поступал в оперативное подчинение 7-й тд. Замечу, что сама 7-я тд все свои войска тоже еще не перевела через Донец, поэтому после перехода 11 — го тп она должна была вновь принять эти мосты и продолжить переброску частей. В утренних сводках дивизии доносили:

«6-я тд. Выход из боя производился планомерно, без преследования противником. Приказ получен на старом участке. Части дивизии собираются в районе Колония-Дубовое.

168-я пд. Ночь прошла тихо, за исключением слабого беспокоящего огня артиллерии и пехотного оружия. Дивизия получила в 0.00 приказ об участке от предмостного укрепления (включительно) до левой границы корпуса. Разбивка (участков обороны. — З.В.)согласно полученному приказу:

группа Волльмери (командир 429-го грп): II/429-го грп и II/417- го грп на плацдарме у моста, с частями III/429-го грп на восточной окраине Белгорода до северной окраины Покровки;

группа Баркманна (командир 417-го грп): I/417-го грп и частями разведывательного батальона от восточной окраины Покровки до левой границы дивизии.

Боевые возможности выделенных для наступления батальонов существенно уменьшены сильными потерями»[255].

Действительно, главное, что запланировано корпусу, удалось осуществить. Без особых осложнений закончилась смена 6-й тд, и она собралась в районе, где для нее уже были готовы мосты. Этому способствовало то, что ее главная сила — танковый полк не вводился в бой и получил приказ о переходе в новый район, находясь еще на западном берегу, а не под обстрелом на переправах или на плацдарме. Кроме того, 7-я гв. А ночью не предпринимала активных действий, это тоже помогло, как и планировалось, привести в порядок войска и подготовить их к боям.

А вот для дивизии Функа спокойным это время назвать было трудно. Во-первых, ее 25-й тп весь день находился в бою и понес потери, поэтому было крайне важно на местности, еще толком не очищенной от мин, закрепиться и организовать эвакуацию и ремонт боевых машин. Во-вторых, изменился план действий танковой группы Шульца — она разворачивалась строго на восток, поэтому было необходимо провести разведку, собрать ее подразделения, довести задачи, обеспечить горючим и боеприпасами. Командир 7-й тд вспоминал:

«Развивать наступление в глубину (обороны. — З.В.)всеми частями танковой группы дивизии было невозможно в связи с усилением угрозы на фланге из района выс. 209, где теперь появились крупные танковые соединения противника (201-й и 27-й гв. тбр. — З.В.) — Удара со стороны правого соседа /корпус Рауса/, эффективно отвлекавшего бы их, ожидать было нельзя. Поэтому дивизия решила вести фронтальное наступление временно лишь мотопехотными частями (группа Глезимера. — З.В.), а усиленный танковый полк использовать для нанесения удара в направлении выс. 209 и после уничтожения здесь противника пробиваться по лишенной леса местности (на восток. — З.В.) в направлении выс. 216.1 и западнее, а затем, повернувшись, соединиться с мотопехотными частями, наступающими с запада, т. е открыть им путь с фланга»[256].