Забытое сражение Огненной Дуги
(Крушение операции «Цитадель») - Замулин Валерий Николаевич - Страница 72

Причем теперь группу Козака предполагалось существенно усилить бронетехникой и артсредствами. Из приказа № 00272/оп:

«…Одновременно с этим в районе Гремучий, свх. „Поляна“ — создать подвижную группу корпуса в составе 201-й тбр, 1529-го mean и 1669-го аиптап для удара в направлении Крутой Лог.

С утра 6.7.1943 г., в случае развития наступления танков противника в северном направлении, нанести ему фланговый контрудар силами созданных групп (Козака и подвижной — З.В.) в общем направлении: Крутой Лог, Нижний Ольшанец, а в случае развития наступления противника в северо-восточном направлении — уничтожить танки противника огнем и после этого нанести контрудар противнику в том же направлении»[248].

К исходу 5 июля 1943 г. 7-я гв. А не имела второго эшелона, в том числе и на направлении удара 3-го тк. Поэтому хотя собранные силы на левом крыле 25-го гв. ск были достаточно внушительными, тем не менее М.С. Шумилов не был уверен в том, что они смогут удержать танковую группировку численностью более сотни боевых машин. Больше всего тревожило состояние и численность артиллерии. Дело в том, что 153-й гв. Ап 73-й гв. сд пока находился в боевых порядках 81-й гв. сд, а бригада Сапожникова имела двухполковой состав. Причем один иптап укомплектован 45-мм пушками. В то же время в районе Корочи находилось мобильное противотанковое соединение — 31-я оиптабр подполковника С. В. Шманова. Своими опасениями относительно «слабоватой артиллерии» Михаил Семенович поделился с командующим фронтом, вероятно, в расчете на то, что Н.Ф. Ватутин все-таки подчинит ему бригаду. Еще в конце июня он обещал передать ее из своего ПТ резерва армии и даже сообщил об этом через генерал-лейтенанта С.П. Иванова, но затем по каким-то соображениям придержал ее у себя. К началу немецкого наступления она по-прежнему входила в резерв фронта и находилась в оперативном подчинении командарма-69. В ночь на 6 июля ситуация в полосе 6-й гв. А у командующего фронтом вызывала больше опасений, чем под Белгородом. По оценкам его штаба, 5 июля немцы здесь ввели в бой до шести танковых дивизий. Утром 1-ТА, 2-гв. Ттк и 5-гв. Стк готовились нанести контрудар по этой группировке и Тацинский корпус, получивший приказ атаковать из района сел Новые Лозы — Рождественка правое крыло 4-й ТА и перехватить шоссе Белгород — Обоянь, запланировали усилить 31-й оиптабр. Уже в 18.00 5 июля бригада двинулась из Корочи к с. Ломово и через два часа сосредоточилась в этом селе.

Но в замысел Н.Ф. Ватутина свои коррективы внес случай и И.В. Сталин. Его звонок в штаб 1-й ТА решил судьбу контрудара. М.Е. Катуков честно изложил Верховному свое видение ситуации и заявил, что в случае лобового удара по наступающему противнику потери его армии будут огромными, а выполнит ли она поставленную задачу или нет — ответить с уверенностью невозможно. Сталин согласился с командующим, и контрудар был перенесен. Это решение явилось ключевым для понимания развития оперативной обстановки в полосе фронта 6 июля и потому привлекает пристальное внимание исследователей Курской битвы. Однако точное время, когда произошел этот разговор, нигде в источниках не указано, за исключением лишь стенограмм переговоров Н.Ф. Ватутина с Москвой, которые еще засекречены. Возможно, ситуация с переподчинением бригады Шманова и связанная с этим цепочка решений может внести некоторую ясность. В журнале боевых действий 148-го отп, который в этот момент стоял в районе с. Пенцево, войдя в подчинение командира 15-й гв. сд генерал-майора Е.И. Василенко, есть следующие строчки:

«В 0.40 получено распоряжение БТ и МВ 7-й гв. А № 0020/оп 148-го отп переходит в подчинение 31-й оиптабр, о сосредоточении его подразделений в районе выс. 206.9 (800 м севернее клх. „Соловьев“ (карта 1:50 000) и организации противотанковой обороны совместно с бригадой с задачей: не допустить прорыва танков противника в северо-восточном направлении. С подходом 94-й гв. сд полку предписывалось войти в ее подчинение.

В 4.20 полк выступил из района расположения и к 8.00 сосредоточился по западной опушке рощи, что восточнее Ястребово и Севрюково, где и занял оборону»[249].

Если приказ был действительно получен штабом полка 6 июля около часа ночи, следовательно, учитывая время прохождения распоряжения от фронта до армии о передаче бригады в 7-ю гв. А, контрудар был отменен, вероятно, не позднее 22.00–22.30 5 июля. Несколько опережая события, отмечу, что бригада это распоряжение получила почти через четырнадцать часов после того, как он поступил в 148-й отп. С чем была связана эта затяжка — не совсем ясно, но она чуть не стала причиной очень серьезных последствий для 7-й гв. А. Хотя, возможно, приказы из штаба фронтом были намеренно разведены по времени, командующий фронта хотел дождаться перехода противника в наступление и посмотреть, как будут развиваться события на главном направлении.

Понимая, что надеяться на усиление огневыми средствами фронта не приходится, Михаил Семенович снова перебрал в голове армейские артчасти и решил, что завтра 153-й гв. Ап все-таки для комдива-73 будет нужнее, и решил вернуть его обратно в дивизию. В то же время, учитывая сложность маневра пушечных полков в случае, если немцы прорвут левый фланг 81-й гв. сд, он отдал приказ оставить на месте два дивизиона 265-го гв. Апап и 161-го гв. Апап (в полосе 81-й гв. сд), которые Сафиулин накануне передал Козаку, хотя распорядился вести огонь и по левому флангу 81 — й гв. сд и в интересах 73-й гв. сд.

Принял ряд решений по укреплению полосы своей дивизии в противотанковом отношении и полковник С.А. Козак. Он приказал оставшиеся 12 Т-34[250], один Т-70 167-го тп и самоходки 1438-го сап к 24.00 5 июля зарыть на южных и юго-западных окраинах леса в 1 км севернее Крутого Лога, создав противотанковый район обороны (на боевых позициях 209-го гв. и 214-го гв. сп). В случае, если неприятель по низине р. Разумная попытается прорваться через лес восточнее Генераловки в тыл 81-й гв. сд (к селам Ястребово и Севрюково), ПТОП примет на себя главный удар.

В это же время, несмотря на значительную усталость экипажей, 201-я тбр полковника И.А. Таранова[251] в 23.00 подошла с марша на левый фланг дивизии вместе с приданными артполками (1669-й иптап и 1529-й тсап) и приступила к оборудованию противотанкового района у свх. «Поляна». Он должен был стать мощной спайкой между 73-й гв. и 213-й сд — на стыке (смежных флангов) корпусов 7-й гв. А. Подвижная группа соединения Сафиулина имела очень удобное расположение. В случае необходимости ее можно было с успехом использовать как для отражения атак противника, так и для нанесения контрудара по флангам 3-го тк и ак «Раус».

Но первым мероприятием командарма, которое можно отнести к плану подготовки боевых действий 6 июля, все же явилось решение о восстановлении своего общевойскового резерва и нацеливание его в полосу 24-го гв. ск. Шумилов принял его ранним утром 5 июля. Напомню: как только стало ясно, что на правом фланге корпуса Васильева ситуация начала развиваться по негативному сценарию — две группировки противника, быстро переправившись в районе Соломино и Карнауховки, устремились на Нижний Ольшанец, а на левом фланге бои уже шли в Безлюдовке, — командарм передал комкору-24 резервную 213-ю сд вместе с 27-й гв. тбр. Таким образом, в первые часы вражеского наступления он лишился важнейшего рычага влияния на обстановку, у него остался лишь противотанковый и подвижной резерв. Но после утреннего доклада Н.Ф. Ватутину Михаил Семенович получил от него в оперативное подчинение 111-ю сд полковника М.А. Бушена из 49-го ск, которая около 5.00 сосредоточилась в районе Волчанска. Причем, как уже отмечалось, Николай Федорович подчеркнул, что дивизию следует вывести на позиции 15-й гв. сд и не трогать без его разрешения, а соединение генерала Е.И. Василенко он может использовать по своему усмотрению. Михаил Семенович связался с комкором и поставил ему задачу: установить связь с комдивом-111, вывести дивизию во второй эшелон корпуса и, к 1.00 6 июля сменив 15-ю гв. сд, направить ее в качестве армейского резерва в район Шебекино, Устинка, лес в районе Устин- ки, на прежние боевые позиции 213-й сд. Из боевого распоряжения № 056/оп штадива-15 гв.: