Забытое сражение Огненной Дуги
(Крушение операции «Цитадель») - Замулин Валерий Николаевич - Страница 119

«6-я тд атаковала из района севернее Севрюково на север, преодолела заминированный противотанковый ров к северо-западу от Калинина, решительным броском захватила Мелехово и продвинулась к дороге в 1 км к северу от него. Противник оборонялся исключительно яростно, при поддержке танков, сильного огня артиллерии и залповых орудий»[427].

Хочу обратить внимание читателя на следующую деталь. В некоторых изданиях, вышедших в последнее время, утверждается, что с захватом Мелехова вторая армейская полоса обороны была прорвана на всю глубину. Это не соответствует действительности. Вероятно, ошибка вкралась из-за того, что архивные дела, касающиеся инженерного оборудования позиций Воронежского фронта в Курской битве, по-прежнему находятся на секретном хранении, а по имеющимся документам точно установить передний край второй и тыловой полосы довольно сложно. Для того чтобы не быть голословным, сошлюсь на один документ штаба фронта под названием «Состояние инженерного укрепления обороны войск Воронежского фронта на 5.7.1943 г.»[428], в котором указано, что на интересующем нас участке передний край второй полосы проходил по линии Петровский — с. Сажное — Шляховое — Мясоедово, а тыловой — Жимолостное — Новоселовка — Выползовка — Мазикино — Сороковка. Следовательно, бои в этом районе пока шли в системе главной армейской полосы, куда входили, в том числе, Постников, Дальняя Игуменка и Мелехово.

Боевые действия на левом фланге танкового клина 3-го тк продолжались несколько дольше. Здесь боевая группа Вестхофена продолжала попытки овладеть хут. Постников и Дальней Игуменкой. Однако достичь намеченной цели не удалось. Во- первых, не хватило сил для захвата одновременно двух укрепленных опорных пунктов. Во-вторых, перед группой находилось существенное препятствие — заболоченный лог Белого Колодезя, минированный по краям. Это препятствие преодолевать было сложнее, чем ров. Во рву можно достаточно быстро сделать проходы путем подрыва краев, и танки пойдут вперед, а в заболоченном овраге, кроме того, необходимо уложить настил, прокаты. Бои за Дальнюю Игуменку, как и за Мелехово, шли очень тяжелые и кровопролитные. Справедливости ради подчеркну — обе противоборствующие стороны, войска и 3-го тк, и 35-й гв. сд, демонстрировали образцы решительности и целеустремленности в достижении поставленных целей. Поздним вечером генерал Шмидт доносил:

«Боевая группа Вестхофена под сильнейшим противотанковым и артиллерийским огнем врага выступила в 15.25 на Дальнюю Игуменку и, после преодоления противотанкового рва и очистки расположенного к северу от него минного поля, находится на подступах к населенному пункту»[429].

Советские войска оборонялись ожесточенно, особенно артиллерийские расчеты и экипажи боевых машин. В наиболее трудный момент, когда бронетехника Вестхофена, пройдя минное поле и обогнув балку с севера, ворвалась на окраины села, командир батареи 1/93-го пап ст. лейтенант Головаш вывел 152-мм пушки-гаубицы на прямую наводку и ударил по вражеским танкам. Даже осколочные 43-кг снаряды при попадании в танк с первого раза достигали цели. По донесению полка, батарея отразила две атаки, положила до роты пехоты и подбила один Т-6. Причем во время второй атаки случилась беда. Почувствовав грозящую опасность с юго-западных окраин, противник сконцентрировал сильный огонь по батарее. Один из снарядов попал в погреб с 36 боеприпасами, которые сдетонировали. При взрыве ранено было и контужено несколько артиллеристов, но все остались на своих местах. После того как немцы отошли, расчеты вывели орудия из-под обстрела и вновь открыли огонь.

Между 19.00 и 20.00 организованное сопротивление частей 92-й гв. сд и 96-й тбр в центре Мелехова и на его северных и северо-восточных окраинах было сломлено. Бойцы и командиры 280-го гв. сп начали группами и поодиночке отходить в направлении Шляховое и Сабынино. Комкор С.Г. Горячев оказался в очень непростом положении. В обороне корпуса на направлении главного удара танковой группой неприятеля была пробита примерно 4-километровая брешь. Далее за Мелеховом (на северо-восток) в направлении к Сабынино рубежа, заполненного войсками, еще не было, — 305-я и 107-я сд только двинулись из прежних районов обороны. Обнадеживало одно: два важных в тактическом отношении опорных пункта Дальняя Игуменка и Шляховое оставались в наших руках, но войск в них было очень мало. И продолжительное время создавать серьезную угрозу флангам вражеского клина они были не в состоянии. Шляховое хотя и с трудом, при поддержке танков 148-го отп, какое-то время мог оборонять потрепанный 280-й гв. сп. Дальняя Игуменка держалась на честном слове и героизме танкистов 96-й тбр и 47-го гв. отп да артиллеристов 93-го пап. Пехоты в селе — «кот наплакал». Свои резервы комкор исчерпал, дальше ослаблять рубеж 94-й гв. сд было уже невозможно, перед ее левым флангом и центром действовала 7-я тд, а высланный на усиление правого крыла целый полк уже вел тяжелейшие бои у хут. Калинин. В качестве варианта можно было рассматривать переброску на участок Дальняя Игуменка — Шляховое одного из полков 92-й гв. сд, переданных 81-й гв. сд. Но в районе Старый Город — Ближняя Игуменка противник тоже оказывал сильное давление. И тем не менее генерал-майор И. К. Морозов был вынужден в 20.00 подтянуть на свой левый фланг 282-й гв. сп для усиления участка /иск/Ближняя Игуменка — хут. Постников.

Опасаясь, что немцы попытаются на плечах отходящей пехоты прорваться в Сабынино, С.Г. Горячев в 20.30 передает через командующего БТ и МВ корпуса комбригу Лебедеву приказ: вывести 331-й тб, мспб и иптб к выс. 211.5 (у дороги МТС — Шляховое — Сабынино) и в рощу восточнее Сабынина с задачей — не допустить прорыва танков в Сабынино. А еще через полчаса комкор распорядился поставить все 76-мм пушки корпуса на прямую наводку для борьбы с танками. Но, к сожалению, толку от этого решения было мало, к вечеру стрелковые и артчасти испытывали острый дефицит в боеприпасах. Дивизии Трунина и Русских выдвигались на рубеж спешно и вступили в бой с ходу сутки назад, поэтому командиры не имели физической возможности подвезти боеприпасы. В частном боевом приказе № 5, подписанном в 21.00, комкор потребовал: «В течение ночи, используя весь автотранспорт, вплоть до тягачей орудий, организовать подвоз боеприпасов, доведя их: патронов на бойца и артвыстрелов до одного боекомплекта»[430].

Надо сказать, что 8 июля и 96-я отбр, и 148-й отп сыграли очень важную роль в борьбе с численно превосходящим противником. Плотный огонь экипажей боевых машин 148-й отп в сочетании с расчетами ПТО сбил темп атаки боевой группы фон Оппельна, которая, пройдя по северо-восточным окраинам Мелехова, попыталась прорваться к узлу полевых дорог — МТС — Шляховое. А стремительный маневр бригады Лебедева во фланг танковой группы Вестхофена заставил не только понервничать командование противника, но и развернуть танки, готовые к рывку на Шляховое. Причем, что немаловажно, при этом бригада и полк действовали относительно небольшими силами и понесли невысокие потери. В донесении 19-й тд указано, что ее части за день подбили 21 Т-34 и КВ. Эти данные вызывают сомнения уже потому, что в полосе 69-й и 7-й гв. А была лишь одна часть, на вооружении которой стояли КВ, — это 262-й тп. Но 8 июля его в полосе наступления 19-й тд не было, и вообще он в этот день в боях не участвовал. Согласно журналам боевых действий за 8 июля 1943 г., в 148-м отп погибли 9 и получили ранения 17 танкистов, сгорели три «тридцатьчетверки»[431], а в 96-й отбр — три Т-34 сгорели, а три получили боевые повреждения и были эвакуированы линейными машинами в тыл для ремонта[432]. В 47-м гв. отп один механик-водитель сгорел в танке, а 10 бойцов получили ранения разной степени. Все находившиеся в Дальней Игуменке танки «Черчилль» вышли из строя, в том числе два сгорели, а остальные сданы в ремроту[433]. Следовательно, за день боя в этом районе вышли из строя в общей сложности 14 боевых машин, из них 8 потеряно безвозвратно.