Мир в ХХ веке - Коллектив авторов - Страница 145

9 апреля 1952 г. эта конфронтация вылилась в вооруженные выступления против военной диктатуры. Три дня в столице и крупнейших городах страны шли самые настоящие сражения, закончившиеся поражением хунты и приходом к власти НРД, которое стало правящей партией до 1964 г.

На наш взгляд, правы те исследователи, которые отмечают, что революция в Боливии, была одной из самых радикальных из происходивших в мире в тот период (кроме китайской и кубинской). Ее радикализм состоял прежде всего в национализации собственности “оловянных баронов”, в проведении аграрной реформы и переделе земельной собственности и как следствие этих преобразований в ликвидации политической власти “роски” и передаче ее в руки национальной буржуазии.

Специфической особенностью этой революции является особая позиция США по отношению к ней. Как отмечалось выше, в эти годы Вашингтон активно способствовал подавлению революции в Гватемале. В Боливии позиция Белого дома была диаметрально противоположной. США фактически не предпринимали враждебных акций против победивших революционных сил, и уже 2 июня 1952 г. признали новое правительство, а вскоре оказали Боливии едва ли не самую крупную в пересчете на душу населения финансовую поддержку.

Такая позиция была вызвана рядом причин. Среди них необходимо отметить значение олова как стратегического сырья, открытие в Боливии перспективных запасов нефти и то, что “революционный национализм” В. Пас Эстенсоро, ставшего там президентом (1952–1956), по мнению вашингтонских аналитиков, был менее радикален и опасен для национальных интересов США, чем “коммунизм” X. Арбенса.

В целом же реформы НРД носили очень важный для боливийского общества характер. Была национализирована оловодобывающая промышленность, принадлежавшая Патиньо, Арамайо и Хохшильду. При этом было учтено пожелание США о выплате ее бывшим владельцам частичной компенсации. Большое значение имел и принятый в 1953 г. закон об аграрной реформе. Конечно же была абсолютно не нормальной система землепользования, существовавшая до того времени, ведь, всего 7 тыс. землевладельцам принадлежало 95 % обрабатываемой земли[588]. Аграрная реформа, проводившаяся в основном в 1955–1967 гг., подорвала латифундизм. Было перераспределено 8 млн га, владельцами которой стали 192 тыс. безземельных крестьянских семей[589].

К числу важнейших акций, осуществленных в первое президентство Пас Эстенсоро, следует также отнести реорганизацию армии и создание милицейских отрядов из рабочих и крестьян. Однако уже с конца 1952 г. лидеры НРД стали постепенно сдавать свои позиции. Ориентация лидеров НРД на США послужила причиной распада того блока социальных сил, который поддерживал их во второй половине 40-х — начале 50-х годов. Экономическая помощь США предопределялась целым рядом требований, выполнение которых вело к свертыванию социальных программ, что в конечном итоге привело к прекращению рабочими и крестьянскими массами поддержки основных направлений внутренней политики НРД. В 1964 г. эта реформистская партия теряет роль лидера в политической жизни страны, уступив ее военным режимам.

Кубинская революция

Провозглашенная в 1933 г. президентом США Ф.Д. Рузвельтом политика “доброго соседа” в то время означала отказ Вашингтона от военных интервенций в страны Центральной Америки и Карибского бассейна и стремление (по крайней мере декларированное) поддерживать с латиноамериканскими странами равноправные, взаимовыгодные связи. Политика “доброго соседа” имела самое непосредственное отношение к Кубе: в 1934 г. США аннулировали так называемую “поправку Платта”, навязанную ими в начале XX в. независимой Кубе и включенную в кубинскую конституцию 1901 г. Данная поправка резко ограничивала суверенитет кубинцев и позволяла США практически в любое время вводить на остров свои вооруженные силы.

В 1933 г. на Кубе была свергнута диктатура X. Мачадо, всемерно поддерживавшаяся Белым домом. “Добрый сосед” на этот раз не послал на остров свою морскую пехоту. С тех пор решающую роль в его “умиротворении” стали играть американские послы, искусно тасовавшие (особенно в 30-е годы) колоду кубинских премьер-министров и президентов. Так с “легкой руки” посла США на Кубе С. Уэллеса появился на политической сцене Кубы Фульхенсио Батиста.

Целые четверть века этот малограмотный, циничный, крайне жестокий человек определял политический климат на Кубе. Помимо армии его поддерживали разнородные элементы, главным образом те, что, разделяя теории географического и экономического фатализма, выступали за полное подчинение национальных интересов интересам США. Среди них: кубинская “сахарократия”, крупные торговцы, связанные с экспортно-импортными операциями, традиционные политиканы — эти, по выражению Рауля Кастро, “люди-пробки”, остававшиеся на поверхности при любых штормах и бурях.

С 1940 по 1944 г. Батиста был президентом Кубы, затем до 1952 г. проживал в США, став, правда, в 1948 г. кубинским сенатором. В эти годы вооруженные силы трижды безуспешно пытались совершить государственный переворот и передать ему власть.

Летом 1952 г. на Кубе должны были состояться президентские выборы. По всем прогнозам аналитиков ожидалась победа Партии кубинского народа (“ортодоксы”) — движения популистского толка, программные принципы и предвыборные лозунги которого в основном совпадали с идеями “революционного национализма”, столь успешно апробированные в Гватемале и Боливии. Однако 10 марта 1952 г. Ф. Батиста осуществил военный переворот и установил военно-полицейскую диктатуру.

В партии “ортодоксов” начинал свою политическую карьеру Фидель Кастро (1926 г. рождения) — адвокат, один из лидеров ее молодежного крыла. Еще на студенческой скамье он начал искать способы вывода Кубы из социально-экономического и политического кризиса. На формирование его мировоззрения большое влияние оказали жизнь и борьба выдающегося кубинского поэта и революционного демократа Хосе Марти и непримиримое отношение Эдуардо Чибаса (лидера “ортодоксов”, покончившего с собой в августе 1951 г.) к правительствам Грау Сан-Мартина (1944–1948) и Прио Сокарраса (1948–1952).

Главный лозунг Чибаса “совесть против денег” очень точно отражал внутренний мир Ф. Кастро, готового ради его осуществления на бескомпромиссную борьбу. “До переворота, — отмечал он, — я думал об использовании легальных средств, хотел сделать парламент отправным пунктом в создании революционной платформы и мобилизации масс…Я уже имел достаточное представление о действительности, чтобы понять ее именно так. Однако некоторые аспекты моих суждений были еще наивны и ошибочны. Я еще не был марксистом и не считал себя коммунистом”[590].

Военный переворот 1952 г. развеял парламентские иллюзии. Как адвокат он публично осудил Батисту в нарушении многих статей конституции и потребовал приговорить его к более чем 100 годам тюремного заключения. Как гражданин он хотел стать лишь “одним из солдат” в борьбе против тирании. “Ружье и приказ — вот все, что я желал иметь в тот момент”[591] — говорил он. Однако лидеры оппозиционных партий свели все “борьбу” против установленного режима только к его моральному осуждению.

В этих условиях радикально настроенная молодежь “ортодоксов” решительно отмежевалась от политиканствующих “людей-пробок”, взяв курс на вооруженное восстание. Основные этапы этой борьбы — штурм казарм Монкада 26 июля 1953 г., суд над его организаторами и участниками, речь Ф. Кастро на суде (“История меня оправдает”), амнистия 1954 г., организация вооруженной экспедиции в Мексике и высадка десанта “Гранмы” на Кубе 2 декабря 1956 г., создание “Движения 26 июля” и Повстанческой армии, разгром батистовской армии и победа революции 1 января 1959 г.

Одной из главных отличительных черт кубинской истории XIX–XX вв. была значительно бóльшая зависимость острова от США, чем у какой-либо другой латиноамериканской страны. С отменой “поправки Платта” был аннулирован де-юре полуколониальный статус Кубы, но де-факто он продолжал существовать.