Инженер-лейтенант - Корнеев Юрий - Страница 52

– А где ментоскоп возьмешь?

– А зачем нам ментоскоп? В аграфской капсуле он есть. Правда, с урезанными функциями, но нам и этого хватит. Зачем нам знать про чье-то сопливое детство? Нам нужно только выявить агента, и все.

– Да откуда ты знаешь, что через капсулу можно проводить ментоскопирование?

– Гэл, у тебя седьмой ранг медицины, ты в этих капсулах копался несколько месяцев и не смог найти ментоскоп? Что ты там вообще искал?

– Да ничего я там не искал. Я просто разбирался, как она работает, и все.

– Вот. А мне, как она работает, по фигу. Я там искал что-нибудь интересное и нашел, как видишь.

– А настроить ее сможешь?

– Не мог бы – не говорил.

– И кому думаешь проводить ментоскопирование?

– Всем. Только это будешь делать ты. Я покажу, как настраивать, и все. Дальше сам.

– И нам с капитаном тоже?

– А вам-то зачем? Все и так знают, что вы из СИБ. Правда, уже в запасе, но, как говорится, бывших разведчиков не бывает.

– Не боишься, что мы тебя в СИБ сдадим?

– Нет, не боюсь. Поздно вам уже меня сдавать. Теперь вас обязательно спросят – почему такого важного кадра не сдали раньше? И обязательно накажут. И я думаю, что это наказание будет несовместимо с жизнью. И людей наших постараются изолировать. Поэтому выявление агента в интересах всего отряда.

– Да-а-а… Можешь же ты озадачить, Ник, – протянул капитан. – Хорошо, так и сделаем. Дину я сам скажу. Вы прогоните через капсулу всех со своего корабля. А при проходе транзитных систем я буду отсылать вам своих небольшими группами. А потом и у Дина всех проверите.

Тут как раз подошел Дин. Капитан рассказал ему об обследовании. Решили, что обследовать людей с корабля Дина будем на станции, пока торгаши будут грузиться. Меня это устраивало. Главное найти засланного казачка до возвращения домой. А несчастный случай я ему устрою. Хотя лучше пусть Гэл поработает, так будет меньше подозрений. Давно я собирался поговорить с капитаном и Гэлом на эту тему, но случай никак представиться не мог. А тут так хорошо все совпало.

Вылетели мы и в самом деле только вечером. Купцов было семеро. Вернее, купец-то был один, все корабли принадлежали одному хозяину. Он уже давно гонял корабли в республику Консей – видно, имел там хорошие завязки. Но в саму республику не совался – слишком у них там таможенные сборы большие. Как уж он дальше свои товары отправляет, никто не знал. Но это уже не наше дело.

Как только ушли в гипер, я пошел к Гэлу. Объяснил ему, как настраивать капсулу для ментоскопирования. В базе шестого ранга это подробно описывалось, а вот то, что аграфские медкапсулы имеют такие функции, в ней ничего не было. Там вообще аграфское медоборудование рассматривалось вскользь. Но недаром же я не только медик, но и инженер, да еще и атланский инженер. Как-то, настраивая капсулу для учебы, я решил покопаться немного в капсуле и в программах для нее. Так и обнаружил урезанный ментоскоп. Хотел пока помолчать и при случае покопаться в мозгах у кого-нибудь. Так, для общего развития. Но желательно, чтобы это был Гэл или капитан. Однако сейчас важнее выявить агента. Потому что лететь долго, мужики будут по вечерам собираться в кают-компании и травить байки. Наверняка кто-нибудь что-то ляпнет лишнее. Нормальный человек просто внимания не обратит. А вот хороший агент тут же ухватится за ниточку, и раскрутить весь клубок уже будет нетрудно. Так что ментоскоп пришлось сдавать. Гэл, когда я ему все объяснил, очень удивился.

– Слушай, я никогда не слышал о том, чтобы ментоскоп ставили в медкапсулу. Это же незаконно. Так ведь можно провести ментоскопирование у любого без его ведома.

– Ну так это же аграфы. Сам говорил, что они сволочи.

– Что есть, то есть. И об этом говорится в базе шестого ранга? – удивленно и недоверчиво спросил он.

– В базе подробно описывается сам процесс ментоскопирования, а ментоскоп я нашел, когда захотел разобраться с медкапсулой. Должен же я знать, куда я постоянно ложусь. Не забывай, что я не только медик, но и инженер седьмого ранга. А еще и программист, и хакер.

– Понятно. Если об этом узнают, то каторги нам не миновать.

– Знаешь, как у нас говорят: потерявши голову, по волосам не плачут.

– Емкое выражение. Да, ты прав, аграфы нас не простят, если узнают про свой крейсер. И император не поможет – везде достанут, сволочи.

– Ладно, давай приглашать ребят. Пару человек пропустим вместе, а потом уже ты сам. Мне еще две базы учить.

Так и сделали. Стали вызывать абордажников по одному. Процесс проходил быстро. Ментоскоп я настроил, так что воспоминания записывались не от начала в конец, а с конца в начало. И записывался только последний год жизни. Запись шла на кристалл памяти. Потом, правда, ее придется переформатировать, чтобы удобней было в ней разбираться, но это любой искин сделает за секунды. Кстати, кое-какие неполадки со здоровьем нашли у обоих, так что их сразу укладывали в соседние капсулы. Остальных Гэл ментоскопировал, тут же проводил диагностику и назначал время для лечения, так как капсулы пока были заняты. У всех было что-то со здоровьем. Все-таки аграфские капсулы десятого поколения видят намного лучше наших. Если наша показывала, что человек полностью здоров, то аграфская что-нибудь да находила. И люди были в общем-то довольны. Все-таки им было приятно видеть заботу о себе. А то, что за этой заботой скрывается что-то еще, – им и знать не надо.

Учеба моя накрылась. Похоже, до самого прилета на станцию назначения капсулы будут заняты. А на станции пойдет команда с корабля Дина. Да, две базы у меня, похоже, зависнут до следующего похода. Придется идти заниматься тренировками. Сделаю-ка я дроида-диагноста. Это не какой-то уборщик. Тут придется потрудиться. Хорошо, если за пару месяцев смогу управиться. Закрылся в каюте и начал работать. Насчет записывающих устройств я не волновался – в своей каюте я все почистил и периодически проверял ее. А в других помещениях корабля запись шла на искин, и его я тоже периодически чистил. Вот так и проходил полет. Особо опасным он быть не должен. Все-таки мы пролетали по краю фронтира, рядом с внутренними системами нашей империи и республики. Пираты там показывались редко. А вот флотские патрулировали этот маршрут довольно часто. Они тоже любят летать в безопасных местах. Дураки они, что ли, соваться туда, где полно пиратов. Они ведь могли собраться в стаю и накостылять им как следует. Патруль обычно состоит из двух-трех судов, и если на них накинется стая из десяти-пятнадцати кораблей, пусть и не последних поколений, то мало им не покажется.

Так и вышло. Летели без всяких приключений. Но о спокойствии пришлось позабыть. Ментоскопирование принесло очень интересные результаты. Нет, экипаж моего корабля оказался совершенно чист. Во всяком случае в отношении шпионажа. У многих, конечно, имелись грешки, но не перед нами, а скорее перед законами Содружества. Что там за грешки такие, я у Гэла даже не интересовался. Для меня главное, что к нам, и в частности ко мне, они относились очень хорошо и предавать не собирались. А вот после проверки новичков с корабля капитана мы просто за голову схватились. Мы выявили не одного, а сразу двух агентов. Один от нашей СИБ, а вот другой от аратанцев. Нет, сам-то он был как раз арварцем, но работал на аратанскую разведку. Но хуже всего то, что оба кое-что успели нарыть. Ничего конкретного, но то, что инженер с крейсера «Бэлк» обладает какими-то способностями, которые помогают отряду в бою, они раскопали. И еще – оба должны были отправить свои отчеты по гиперсвязи со станции. И у обоих отчеты были практически готовы. Аратанский шпион, кстати, сообщал о моей неимоверной жестокости. Я людей чуть ли не живьем жру. И получаю от этого патологическое удовольствие. Кто это ему, интересно, наплел? Гэл, зараза, не говорит, только посмеивается. Хотя радоваться нечему. Мы никак не могли сообразить, что с ними делать. Допустить их на станцию никак нельзя. Их даже в систему нельзя допускать. Если на станции есть резиденты арварской и аратанской разведок, а они там наверняка есть, то агенты могли с ними связаться по мыслесвязи или просто отправить им пакет информации через галонет. Их надо было устранять сейчас, пока они находились на нашем корабле. И как это сделать? Ведь наши люди ничего не должны были заподозрить. Не будешь же рассказывать, что мы копались у них в головах. Нас наши же и не поймут. И с капитаном связаться нельзя – мы же в гипере. Вот и сидели с Гэлом и ломали головы над этой проблемой.