Инженер-лейтенант - Корнеев Юрий - Страница 51

Улетели мы поздним утром. Полет был относительно спокойным. Правда, в первой транзитной системе за нами увязался какой-то фрегат без индификатора, и капитан приказал мне посторожить в следующей системе и, если он попрется за нами – сжечь. Я так и сделал. Как только он выскочил из гипера в систему, долбанул по нему из всех стволов. Он сразу взорвался. За нами он летел или просто по каким-то своим делам – его проблемы. Пирата я жалеть не собирался. Тем более что это мог быть пиратский разведчик. Теперь спросить не у кого. Ну и ладно. Я бросился догонять караван. Доложил капитану.

– Видел я все. Ему хватило бы и одного снаряда.

– Так интересней. Видел, как он полыхнул?

Вот и все приключения. Скучно. В нашу систему прилетели совершенно буднично, ранним утром. Давно так не было. Обычно мы тащим за собой кучу трофеев. Даже диспетчер удивился. Я и сам на себя удивляюсь. То мне хочется спокойной тихой жизни, то тянет подраться. Сам себя не узнаю. Нет, в следующем походе надо налечь на учебу. А то купленные базы так и валяются. Хоть время убью. И потренироваться с железом тоже надо, хоть это и нудно. Зато Афра ворчать не будет. Решено – половину похода учусь, а другую половину – тренируюсь. Сколько успею выучить, столько и выучу. Юриста – наверняка. Торговлю – как получится. Если Афра поможет, то и Торговлю выучу. А она поможет, иначе тренироваться не буду.

– Да помогу я тебе, помогу, – проворчала она, – только тренировок не забрасывай.

– Афра, вот ты мне скажи, зачем так гнать с тренировками, если я все равно собираюсь обосноваться в Содружестве? Тренировался бы потихоньку, не напрягаясь.

– Ну, во-первых, как говорят братья-хохлы: а щоб було, во-вторых – ты уверен, что у нас она будет? Я не говорю про спокойную жизнь, я говорю вообще про жизнь. Будет ли у нас здесь жизнь?

– Ну ты и вопросы задаешь. Откуда ж я знаю?

– Вот отсюда и твои метания, что ты не знаешь, что тебя ждет. И ты понимаешь, что от тебя не так уж много зависит. Это тебя злит. Вот и мечешься из крайности в крайность.

– Да, успокоила.

– Я и не собиралась тебя успокаивать. Я хочу тебе объяснить, почему тебе надо тренироваться. Не учиться, а именно тренироваться. И именно ментальным техникам по работе с людьми. Вот на станции ты хотел найти людей в кабаке. Нашел? Нет. А ведь это так просто. Даже просто считывая эмоции, можно определить, чем человек в данный момент занят. А ты потыркался, потыркался и бросил. Я специально не стала подсказывать, хотела, чтобы ты сам сообразил. А ты сразу бросил. Это не тренировка. Это хрен знает что. Получается – тренируюсь дальше, не получается – бросаю.

– Понял и осознал. Хватит тебе ворчать. Ты прям как моя совесть.

– Совесть понятие эфемерное. Никто еще не смог доказать, существует она или нет. А меня тебе в твою дурную голову запихнули, так что я существую наверняка. И теперь я стала частью тебя. И почему-то мне кажется – лучшей частью.

– Хорошо, хорошо – пусть лучшей, только не ворчи.

Вот и поговорили. В последнее время все время ворчит. Где та милая и покладистая барышня? Она только фыркнула. Да-а-а… Вот теперь бы я точно с удовольствием подрался. Но драться ни с кем не пришлось, а пришлось ставить корабль в док и заниматься профилактикой. Потом пришел капитан и вызвал меня в кают-компанию жилого модуля.

Переоделся и пошел. Там, кроме капитана, уже сидели Гэл и Дин. Капитан достал бутылочку своего фирменного вина. Выпили за благополучное окончание похода. Капитан рассказал, что с торговцами второго конвоя он уже связался, но они еще не скомплектовали караван. Ориентировочно вылет назначен через три дня, но может быть и задержка. Поэтому три дня мы можем спокойно отдыхать, а там видно будет. Во всяком случае, связь он с нами будет поддерживать постоянно. Экипажи тоже следовало отпустить отдыхать, оставляя на кораблях только дежурную смену.

– Капитан, ты у меня забрал пятерых абордажников, когда дашь новых? – спросил я.

– Наняться к нам желают многие, мы теперь знаменитость на станции. Но подбором кадров занимается наш начальник СБ, – и капитан кивнул на Гэла, – вот с него и спрашивай.

– Гэл, что скажешь? – спросил уже его. – Когда люди будут? Мы идем в длительный поход, и там всякое случиться может, а у меня некомплект абордажной команды.

– Как и говорил капитан, желающих наняться к нам много, а вот приличных бойцов среди них мало, – ответил Гэл. – Да и среди приличных бойцов иногда шваль попадается. Набор команды не такая уж простая вещь. Приходится их всех пробивать через знакомых в СИБ. Не зря же я там два контракта оттрубил. Ты же не возьмешь себе молодых неумех или какую-нибудь шпану?

– Не возьму. А если подсунешь, то сам их и поубиваю.

– Вот видишь. Сейчас идет набор на корабль капитана. У тебя хоть пятнадцать абордажников есть, а у него всего пятеро, а должно быть сорок. Так что придется тебе подождать. Я отправил запросы на пятьдесят человек. Ответ пришел только на двенадцать. Все они, как ты понимаешь, пойдут капитану. Придется тебе в этот раз лететь с урезанной абордажной командой.

– Нет, вы посмотрите на него! Летает на моем корабле, а людей отсылает капитану. Не ожидал я от тебя такого, Гэл, не ожидал. Нехорошо поступаешь, не по-товарищески.

– Ладно тебе языком трепать, – вмешался смеясь капитан, – потерпишь. Свободны все.

Пошел на корабль, распорядился насчет увольнений, поручил Вилксу составить график дежурств и наконец отправился домой. Девчонок застал опять в капсулах. Молодцы. Что значит военные – приказал, и выполняют. Надо будет как-нибудь поощрить их за это. Кулоны я им, конечно, привез, но это такая мелочовка. Надо будет сводить их куда-нибудь, но только в ВИП-сектор больше не пойдем.

Пошел в ванную. Ну а после ванной – все как всегда.

Два раза сходили в клуб. Они так подбирали блузки и кофточки, чтобы кулон всегда был на виду. И ужасно гордились ими. Я спросил у Киры – чего особенного в этих кулонах?

– Ты не аратанец, поэтому тебе это трудно понять, – ответила она, – у нас кулон муж дарит жене после свадьбы. Это как бы признание брака свершившимся. Для нас это очень важно. Ну а то, что ты этого не знал, ни о чем не говорит. Все равно мы считаем, что ты признал наш брак.

Вот так, как говорится, без меня меня женили. Впрочем, они и раньше считали себя не наложницами, а женами. Да и пусть, лишь бы со скалкой после работы не встречали. Сразу три скалки – это перебор. Видно, в благодарность за это они все эти дни такое вытворяли, что утром на четвертый день я пришел в док злой и невыспавшийся. В кают-компании, как всегда, сидели капитан и Гэл. Поздоровались. Я взял себе сока и присел к ним за стол.

– Когда летим? – спросил я у капитана.

– Сегодня. Караван скомплектован и сейчас собирается на рейде. Хорошо, если к вечеру все соберутся. Так что сидим, ждем.

– А как у нас с набором людей? – спросил уже у Гэла.

– Да все так же. Набрал уже шестнадцать человек в команду капитана. А ты чего такой сердитый?

– Предчувствия у меня нехорошие.

– Ты научился предчувствовать? – встрепенулся капитан. – Что-то по походу?

– Нет, предчувствовать я не могу. Зато могу мозгами шевелить. И по походу я ничего не знаю. Но вот по людям… Я просто уверен, что СИБ впихнет к нам своего агента. Не может не впихнуть. Сколько мы за год заработали? Больше двух миллиардов? И чтобы это прошло мимо СИБ? Да никогда не поверю. Вот как ты людей проверяешь, Гэл?

– Беседую с ними и отбираю наиболее приличных. Потом посылаю на них запрос в СИБ. И на основании ответа на запрос делаю отбор.

– Ты сам-то понял, что сказал?

– Да, ситуация. И что ты посоветуешь?

– Не знаю. Но знаю одно – если агент и полетит с нами, то вернуться он не должен. Во время похода он все разнюхает.

– И как ты собираешься его искать?

– Надо делать ментоскопирование. Всем.

– Да ты что? Никто не согласится.

– А мы и спрашивать не будем. Нужно объявить по всем кораблям, что во время перелета всем будет проведен осмотр на новейшем аграфском медоборудовании, а в случае необходимости и лечение. Наши про аграфские медкапсулы и так знают, а новеньким объяснить, что купили его на пиратской станции.