Инженер-лейтенант - Корнеев Юрий - Страница 26

– Хватит себя накручивать. Пойдем поужинаем и отправимся к девчонкам. Как там говорил великий император-стоик: делай, что должен, и совершится, чему суждено.

И я успокоился. В самом деле – что будет, то и будет. Поужинал и в прекрасном настроении пошел к девчонкам. Они как раз тоже закончили ужинать. Питались они с нашей столовой. Правда, приносили им то, что выбирал для них охранник, на их пожелания ему было плевать. Так же питались и капитанша со своими тетками, а вот остальные кормились сухпайками: офицеры – офицерскими, рядовые и сержанты – солдатскими. Я прихватил с собой жбанчик с соком. Мы сидели за столом, пили сок и болтали. Они рассказывали мне об Аратане, я им об Арваре – что знал, конечно. Зашел разговор и о наложницах.

– Скажи, Ник, а наложницы все рабыни? – спросила Эдит.

– Нет, конечно. Очень редко, практически никогда. Как можно любить рабыню? А наложницы – это узаконенные любовницы. Это у вас в Аратане не заморачиваются – любовница и любовница. А у нас все узаконено. Их даже регистрируют в администрации и ставят метку на нейросеть. И права у нее практически те же, что и у жены. Единственно, она не имеет права наследования, и дети, рожденные наложницей, считаются незаконными, пока их не признает официально отец. А пока он их не признает, они лишены права ношения имени отца и права наследования. А вот если признает, они сразу становятся гражданами империи, автоматически, даже если сама наложница не имеет гражданства. И обладают всеми правами законных детей. А ошейник можно носить, а можно не носить. Часто его носят как украшение, чтобы показать всем, что она верна своему суженому, как раба. Но снять она его может в любой момент.

– Это что, наложница может спокойно ходить по городу и ее никто не тронет? – это уже Лин.

– Скажи, а у вас женщина везде может ходить по городу?

– Теоретически да. Но если не хочешь поиметь неприятности на одно место, то в некоторые районы лучше не соваться.

– И у нас так же. Например, у нас на станции наложница может ходить где угодно, но на нижние уровни лучше не ходить. Хотя там и мужику лучше не появляться без тяжелого абордажного скафа.

Девчонки сидели и переглядывались. Ох, что-то они задумали. Только бы не надумали все в наложницы податься, я и с одной Кирой не знаю что делать. Вообще-то все это рассказывал именно для нее.

– Скажи, Ник, – спросила Кира, – а почему наша капитан называет тебя бешеным отморозком?

– Ну, меня, бедного, всякий обидеть норовит. – Мы посмеялись.

– А если серьезно?

– А если серьезно, то, наверное, потому, что я терпеть не могу тех, кто мнит из себя черт-те что, на самом деле ничего из себя не представляя. Они пустышки. Пустое место. Поэтому я могу пройти, наступить и раздавить, не заметив. Пустое место разве можно заметить? Ладно, я спать. Чур, я первый в душ! А то вас четверых пока дождешься, ночь уже закончится. Я быстро.

– Ладно уж, иди, – за всех решила Кира.

Я быстренько помылся, замотался в полотенце и пошлепал босиком к кровати. Снял полотенце и нырнул под одеяло. Велел искину корабля приглушить освещение и закрыл глаза. Я уже задремал, когда ко мне под одеяло нырнула Кира. Я ее сразу узнал – то ли по запаху, то ли еще как. Она прижалась ко мне, и я понял, что она совсем голая, даже без нижнего белья, как прошлой ночью. Я стал нежно поглаживать ее. Сначала грудь, потом животик, потом внутренние поверхности бедер. А потом она застонала, и… и мы стали любить друг друга. Мы любили друг друга и нежно, и страстно. А потом к нам под одеяло нырнула еще одна девичья фигурка. Потом еще одна, и еще… Мы угомонились только к утру. Как мы поместились на совсем не широкой кровати? Как-то поместились. Проснулся я ближе к обеду. Уже один. Девчонки сидели за столом и что-то обсуждали. Увидев, что я проснулся, ко мне подошла Кира и нежно погладила по щеке.

– Останешься сегодня?

– Да.

– Тогда я закажу и на тебя обед?

– Нет, не надо. Не надо, чтобы нас видели. Нехорошо, когда старший офицер нарушает существующие правила.

– Думаешь, никто не догадывается?

– Догадываются. Но бравировать этим нельзя. Я пообедаю в столовой, потом займусь делами и к вечеру приду.

– Хорошо, иди, законник.

Я принял душ, оделся и ушел.

– Афра, что думаешь?

– А что тут думать? Готовься принимать сразу четырех наложниц.

– Не ехидничай. Надо придумать, как от них избавиться. С одной наложницей я уже смирился. Но сразу всех я не потяну.

– Ночью неплохо справлялся. Что, не понравилось?

– Очень понравилось. Да и процесс всегда можно отрегулировать, очередь там установить, еще чего. Я их в психологическом плане не потяну. Я уже пробовал жить с девушкой, с одной девушкой, – не получилось. А тут сразу четыре. Они меня затравят.

– Так, может, потому и не получилось, что с одной? А с четырьмя будет легче?

– Ты сама в это веришь?

– Ладно, чего стонать. Пошли обедать – и в капсулу. Надо тебе восстановиться. И ешь побольше мяса, тебе сегодня много сил понадобится. Девочки только во вкус вошли.

– Ехидна.

Я пошел в столовую, где буквально проглотил несколько порций. Потом отправился в медблок. Хорошо, Гэла не было, не хотелось сейчас ни с кем ни о чем говорить. Сам настроил капсулу и завалился восстанавливаться. Через три часа поднялся – как заново родился. И настроение было, главное, бодрое. И в самом деле, чего это я комплексую. Может, девчонки решили просто немного оттянуться. Скучно же им тут. Все время в четырех стенах, как в тюрьме. Хотя в тюрьме и есть. Вернее всего, именно так, а я уже себя накрутил…

– Как думаешь, Афра?

– Не знаю, не знаю. Но будем надеяться, что так и есть.

– Ну вот и поможем девчонкам слегка оттянуться. На этом и остановимся. Вперед, получать калории.

Я плотно поужинал и пошел немного покемарить в рубку. Через пару часов опять зашел в столовую, проглотил про запас одну порцию мяса, взял уже два жбана с соком и отправился к девочкам. Посидели, поболтали, но недолго, и в койку. Там заодно и поболтали. В этот раз была вообще феерия. Девчонки уже совсем перестали меня стесняться и такое вытворяли, что я думал, до утра не доживу. Дожил. Спасибо Афродите.

Утром Афра рзбудила меня в восемь часов. Девчонки еще спали.

– Афра, ты что творишь? Я двух часов не поспал.

– Хватит бездельничать. Тебе еще базу Инженер учить, забыл? И девок нечего баловать. А то привыкнут – потом от них не отобьешься. Будешь навещать их раз в неделю, и достаточно.

– У них такого понятия, как «неделя», нет. У них – декада.

– Зато у нас с тобой есть.

– Ладно, согласен.

Я стал осторожно вылезать из мешанины тел. Вылез. И они даже не проснулись. Я принял душ и оделся. Подошел к кровати и с удовольствием поцеловал Киру.

– Ник, ты что в такую раньше поднялся? – открыла она глаза. – Что-нибудь случилось?

– Нет, дорогая, не случилось. Но мне надо идти.

– Ты сегодня придешь?

– Нет, Кира. У меня полно дел. И мне нужно учиться. Отдыхайте, набирайтесь сил, а через пять дней я приду. Спи, дорогая, спи.

Я подошел к дверям и обернулся – она уже спала и чему-то улыбалась. А я пошел в столовую, а потом в медблок – учиться.

Так дни и шли. Я шесть дней учился, потом вставал и шел в рубку, вход в систему, разгон и вход в гипер. Потом занимался кораблем – проверял с техниками зоны риска, в основном энерговоды, устраняли разные мелкие неполадки. В принципе техники и сами постоянно мониторили состояние корабля и, если выявляли какие-то мелочи, тут же устраняли их. Тем же занимался и искин. Так что я в общем-то был и не нужен. Это если случалось что-то серьезное, тогда да, поработать приходилось и мне. Но особо серьезных неполадок не было, так что полет проходил, можно сказать, рутинно. Ну и слава богу. Лучше уж обходиться без героических трудовых подвигов. Нет, конечно, когда нужно было поработать – я работал. Так, например, о замене двигателей на легком аратанце я до сих пор вспоминаю с содроганием. Почти две недели на стимуляторах – это что-то. Так что в экипаже ко мне, несмотря на мою молодость, относились очень хорошо. Знали, что вкалывать я умею и, если что, не подведу. И изученные инженерные базы в высоких рангах, и принятие часто нестандартных решений – все это только добавляло уважения. К чему я это? К тому, что люди, конечно, догадывались о моих отношениях с аратанскими девчонками, но относились к этому достаточно снисходительно, без злобы. Мол, что с него взять – молодой, горячий. Поэтому к девчонкам я ходил со спокойной душой. Капитан, конечно, потом мне всыплет, но ничего, перетерплю – оно того стоит.