Война меча и сковородки (СИ) - Сунгуров Артур - Страница 129

- Ты прекрасно знаешь, что Годрик - наследник Фламбаров. Ваше Величество! - Эмер воззвала к королеве, и та скривилась, как от лимона. - Сэр Тюдда оболгал не только моего мужа, но и вашу сестру.

- Все бессмысленно, Эмер, - сказал Годрик вполголоса.

- Правда никогда не лишена смысла! - возразила она. - Ваше Величество, договор о продаже ребенка был поддельным. Сэр Тюдда стер написанное епископом Бедой, оставив лишь его подпись, обольстил Острюд и с ее помощью поставил на договоре печать. А тайные слова он мог узнать от епископа Ларгеля, они с ним заодно...

- Графиня! - воскликнул лорд Саби. - Вы бросаетесь нешуточными обвинениями!..

- Как пирожками, - поддакнул епископ, которого, казалось, все происходящее несказанно забавляло. Он стоял поодаль, прислонившись к стене плечом, и когда Ее Величество не могла видеть, усмехался углом рта.

Эмер подумала, что ненавидит эту мрачную усмешку еще больше, чем предателя Тилвина.

- Я говорю правду, - сказала она гордо. - Вы должны знать, Ваше Величество...

- Вы смеете утверждать, что вокруг нас все предатели? Так, графиня Поэль?

- Именно. И даже...

- Остановитесь, - королева вскинула руку. - Ответьте-ка нам, кто не желал выходить за милорда Ишема, вопреки нашему приказу?

- Я, - ответила Эмер, не понимая, к чему королева вспомнила о делах минувших. - И я ни минуты не жалела...

- Кто нарушил законы церкви и целомудрия, уединившись с сэром Годриком под лестницей для поцелуев?

- Я, но все было совсем не...

- Кто устроил смуту на турнире, выйдя прилюдно в мужской одежде?

- И это вы хотите поставить мне в вину? Вы же сами говорили, что вам понравилось...

- А кто сбежал из столицы и жил в грехе с деревенским кузнецом?! - королева не смогла сдержать негодования, и голос ее визгливо сорвался на последнем слове.

Этого Эмер стерпеть не смогла.

- Не в грехе! - крикнула она, почти не владея собой от злости. - Я жила со своим мужем, брак с которым разрешили вы и...

- И вы смеете говорить о предательстве других?! - перебила ее королева. - После того, как сами предавали меня много раз?

- Ваше Величество, - произнес лорд Саби тихо, и королева мигом опомнилась.

- Предавали нас, я хотела сказать.

- Вы обвиняете меня в предательстве? Меня?! - Эмер не верила ушам.

- И вас, и вот этого, - королева указала на Годрика. - Вы - мятежники, умышляющие против короны!

- Мы не мятежники, - сказал Годрик угрюмо.

- Как же это называется иначе? - гневно спросила королева. - Вам велено было покинуть Дарем, а вы заявились сюда снова. Да еще напали на наших слуг, устроили похищение или способствовали побегу - мы еще не разобралась, что произошло с леди Фламбар и ее дочерью...

Годрик молчал, и Эмер решила говорить за них двоих:

- Ваше Величество, - начала она. - В том, что случилось, нет вины моего мужа. Это я настояла приехать в Дарем, чтобы доказать, что письмо вашей сестры, подписанное епископом Бедой - ложь, и что сэр Тюдда и епископ Ларгель...

- Дерзкая ослушница! - закричала королева, теряя терпение. - Сколько еще ты будешь идти против моей воли? Я была слишком снисходительна к тебе! Ты не жена этому отступнику, виллану и предателю! Немедленно отойди от него, я возвращаю тебя матери, пусть устраивает твою судьбу, если сможет.

- Уходи, - сказал Годрик вполголоса.

Но Эмер не двинулась с места.

- Ты слышала? - возвысила голос королева.

- Это мой муж, и я никогда его не оставлю, - глухо сказала Эмер. - Вашему Величеству давно пора понять это. Но вы проявляете упрямство, упорствуя.

- Я - упрямство?! - королева задохнулась от такой наглости. - Лорд Саби!

Тайный лорд выступил на шаг вперед, приготовившись выслушать приказ правительницы Эстландии.

- Немедленно заключите графиню Поэль в Черную башню, - велела королева. - До особого распоряжения. Хлеб и вода. Если умрет - ее смерть на её совести.

- Ваше Величество! - подал голос Тилвин. - Разрешите просьбу?

- Что вам, милорд Тюдда? - осведомилась королева холодно. - После всего, что натворили, хотите просить меня о милостях?

- Всего лишь об одной, - бесстрашно сказал рыцарь. - Все проступки я совершил, потому что любовь к графине Поэль застила мне разум. Но вы простили меня, признав причину веской. Не наказывайте Эмер только потому, что она тоже совершает проступки во имя любви. Отдайте её мне, и я клянусь, что вскоре она станет самой верной подданной Вашего Величества.

- Нет! - Эмер вскочила, но гвардейцы тут же швырнули её обратно на колени. - Нет, Ваше Величество! Только не ему, умоляю!

Впервые в её голосе прозвучал страх, и это заметили все. Даже королева с удивлением посмотрела на дерзкую каланчу, которая не дрогнула перед наемными убийцами, лесными разбойниками и шпионами Саби.

- Что вы намерены сделать с ней, милорд Тюдда? - спросила королева, задумчиво рассматривая Эмер. - Мы - её восприемница от купели, нам не хотелось бы...

- Я хочу взять её в жёны, Ваше Величество, - сказал Тилвин. - И уверяю вас, она ни дня не пожалеет, что я выбрал её.

- Нет!! - завопила Эмер и отбросила двух гвардейцев, попытавшихся её удержать. - Вы не сделаете этого! Я лучше умру, лучше умру!..

Крик её захлебнулся, потому что уже четверо стражников скрутили непокорную, повалил на пол у королевских ног.

- Лучше умрете? - на губах королевы появилась лёгкая улыбка. - прекрасное пожелание. А вы нам и так до смерти надоели. Выбирайте! - голос её зазвенел. - Выбирайте, графиня. Или выходите замуж за милорда Тюдду, и живёте с ним по заветам яркого пламени, или вас сейчас же препроводят во внутренний двор. На плаху. Клянусь ярким пламенем, мы так и поступим.

- Ваше Величество слишком суровы... - начал Годрик, но Тилвин коротко и сильно ударил его по лицу, разбив губы в кровь.

- Изволь молчать, виллан, когда говорит королева, - сказал он и посмотрел на Эмер, склонив голову к плечу. Но девушка молчала.

- Ну же, Эмер, не упрямься, - сказал Тилвин мягко. - Ты ведь знаешь, что нам будет хорошо вдвоем. Охота, оружейное дело - я ничего не стану запрещать. Мы сделаем новый меч,еще лучше, чем прежний. Твои доспехи хранятся у меня, я сберег их для тебя. Теперь Дарем мой, он станет и твоим. И перейдёт нашим детям.

Эмер посмотрела на Годрика. Ему показалось, что она взглядом молит его о помощи.

- Соглашайся, - сказал он, сплёвывая кровь.

Она молчала.

- Соглашайся, дурочка, - пробормотал он.

- Н-нет, - сказала она в третий раз.

- Подумай, - предостерег её Тилвин, у которого задёргалось лицо. - Сейчас всё серьезно, и казнь - это не шутки. Своим непокорством ты заставила Её Величество прибегнуть к крайним мерам. Когда-то я был тебе приятен, но потом мы повздорили. Помиримся снова? Ведь это лучше, чем смерть.

- Впервые я с ним согласен, - глухо сказал Годрик.

Эмер вдруг засмеялась. И её смех странно прозвучал в сером сумраке утра, в комнате, занавешенной бархатными драпировками.

- А я не согласна с вами обоими, - сказала Эмер дерзко. - Ведите меня. Лучше умереть, чем жить в таком мире, где ставят перед выбором, что убить - тело или душу.

Она порывисто обернулась к Годрику, и гвардейцы отпустили её, давая свободу. Не вставая с колен, Эмер подползла к мужу и схватила его обеими руками за уши:

- Я говорила, что не оставлю тебя до самой смерти, а Роренброки всегда держат слово. Понял ты это? Вот здесь, у себя в пустой голове? - она тихонько боднула его лбом в лоб, и вдруг пылко поцеловала, перепачкавшись кровью, и слезы хлынули из глаз, но она смахнула их, пытаясь улыбнуться. - Отрубят голову! Ерунда какая! Не думаешь ли ты, что я испугаюсь какой-то там смерти? - она презрительно выпятила губу.

Тилвина она намеренно не замечала, и он поспешил обратить внимание на себя.

- Это не игра, Эмер! - предостерёг он.

- Это - игра, - сказала она, глядя на Годрика. - Вся эта жизнь - всего лишь нелепая игра. И я должна закончить её по-королевски, даже если наша королева осталась таковой лишь по титулу.