Потерянные (СИ) - Невер Анна - Страница 74

Тиса объяснила хмурой молодой паре причину, по которой тревожит их, и те позвали к калитке сына. К сожалению, мальчик ничего не знал о Риче. Войнова спросила адреса других ребят и прошлась по ним. Никто не знал, где Рич. Родители провожали девушку сочувственными взглядами и тревожно шептались. И только в одном доме пятилетний малыш, с которым Тиса видела как-то Рича у колодца, сказал, что тот будто собирался уйти к какому-то другу и обещал вернуться на следующей неделе. Это немного успокоило Тису. Возможно, ребенок действительно гостит у какого-то дружка. И девушка решила пока не говорить лекарю о пропаже Рича. Такое известие может подкосить старика.

После волнительных поисков Тиса возвращалась вечером домой опустошенная и уставшая. На подходе к части она застала возвращающийся отряд, въезжающим в ворота. Еще издали девушка услышала смех и громкие довольные возгласы, которые мгновенно подняли в душе волну надежды. Неужели Единый услышал молитвы?

— Добрый вечер, Тиса Лазаровна, — это ее нагнала парочка отставших. Один из всадников — Яшка — сын Камиллы. Он-то и поздоровался с девушкой первым.

— Мы его нашли, Тиса Лазаровна! Нашли! — смеялся Яшка гарцуя от радости на жеребце. — И если бы не чертово болото колдуна, то сегодня уже бы принесли голову чудовища.

— Здрасте, Тиса Лазаровна, — второй солдат снял с головы фуражку, и Войнова узнала рыжего Василя. — Думаю, далеко он не ушел. Ну, ничего. Завтра по следам крови пойдем!

— Ну и здоровый он, Тиса Лазаровна, — воскликнул Яшка. — Зубищи — во! А сильный! Мы в него все болты и стрелы спустили, а он все равно живой, зараза. Ломанулся через болото.

— Помирать, — усмехнулся Василь. — Витер Дмитрич сказал, что завтра подвесит его голову над воротами части.

Ребята рассмеялись.

— А вэйна не видели? — спросила Тиса.

— Какого вэйна? — не понял Василь. — Не-е, погодник с нами не ездил. Будет разве его столичное благородие ручки марать?

— Во-во, как мараться, так мы, — возмутился Яшка. — Я из-за этого гада все штаны в его дрянном пуху вывалял. Мать теперь заругает.

— Каком пуху? — у Тисы в раз ёкнуло сердце. В вечерней темноте она в ужасе разглядела зеленые пятна на солдатских штанах. — Древоед! — простонала девушка.

— Что еще за древоед? — парни переглянулись.

Но Войнова их уже не слушала, а торопилась к воротам.

Библиотека гудела голосами. В распахнутом настежь кабинете Тиса увидела отца. Капитан выглядел уставшим, но воодушевленным.

— Благодарю! — он жал руки старшинам, хлопал каждого по крутым плечам.

— Удачный день, Лазар Митрич, — ухмыльнулся довольно Кубач. — Как мы прищемили хвост этому кролику-переростку, а?

— Молодцы! Однако дело не доведено до конца. Отдыхать всем. А завтра заступаем.

— Да, надо добить эту скотину! — Витер хищно улыбнулся, хлопнув по ножнам кулаком.

«Уж ты был бы счастлив всю животину истребить в лесу», — зло прошептала себе под нос Тиса.

Девушка еле дождалась, пока старшины не покинут библиотеку. Горя от нетерпения, Тиса ворвалась в кабинет:

— Отец!

Капитан устало бросил на вешалку отстегнутую портупею вместе с оружием.

— Что тебе Тиса? О. Да. Ты же хотела поговорить, — вспомнил он. — Только я сейчас очень устал.

Отец грузно опустился в плюш кресла. Но Тиса не собиралась на сей раз уступать. Не церемонясь, она кинула на стол раскрытую энциклопедию древних. Облачко пыли накрыло отшатнувшегося капитана.

— Вы не того ловите! — заявила Тиса. — Это просто древоед, он не опасен!

— О чем ты говоришь? — нахмурил седые брови капитан.

— Вот, смотри! — девушка ткнула пальцем в иллюстрацию. — Древоед. Никакое не чудовище! Это безобидный древний! Я сама нашла его совсем детенышем. Тут он изображен взрослым, но до года линяет зеленым пухом. Вот таким!

Тиса раскрыла ладонь с зеленым теплым пучком перед носом отца.

— Этот пух я принесла два месяца назад из леса. Я стояла рядом с этим так называемым чудовищем, как стою рядом с тобой сейчас. Отец, это спокойнейшее существо. Оно грызет деревья и никого не трогает. Это его вы нашли сегодня в лесу, а завтра собираетесь убить. Но этого нельзя делать. Он же не при чем, отец! Прошу, прикажи его оставить в покое, пожалуйста!

Капитан сначала буравил Тису хмурым взглядом, но к концу горячей речи дочери откинулся на спинку кресла с мрачным расстроенным видом.

— Чертова слепота, — с досадой произнес капитан. — Мог бы догадаться. Но у него похожий след.

— Да, но это не то чудовище, что вы ищете.

Капитан какое-то время сидел в безмолвии, потом поднял на девушку глаза:

— Где, говоришь, нашла?

— В овраге за болотом.

— Угу, — покачал головой капитан, и еле слышно простонал. — Она и туда ходила. Я это заслужил…

— Это еще не все, — Тиса отвела взгляд. — Видения снова посещают меня.

Девушка подошла к окну, в котором уже разлились чернила ночи.

— Последние три видения не дают мне покоя, — прошептала Тиса. Ее черное отражение в оконном стекле дрожало от огонька лампы. — Я видела лесника в ночь гибели. Топор ему так и не пригодился… Я видела дахмарцев, падающих один за другим на пылающую траву.

Девушка невесело усмехнулась:

— И лесник это тоже видел, и поплатился за это. Но еще раньше, в ночь после Горки, — было другое видение. Я запомнила его очень хорошо, — Тиса закрыла глаза. — Пещера. Огромная раскаленная звезда на полу, лава течет по лункам, сплетая узор. И вэйн. У него еще странное кольцо было на пальце — в виде василиска хватающего себя за хвост.

Тиса замолчала.

Скрипнуло кресло, и девушка поняла, что отец стоит рядом.

— Я только сегодня вспомнила, — задумчиво произнесла Тиса. — В энциклопедии на предпоследней странице есть короткая заметка, в ней сказано: есть другие древние существа. Из испода. Порой они проникают в наш мир случайно. Но бывает и так, — Войнова повернулась и взглянула на профиль отца смотрящего в ночь. — Что их вызывают посредством вэи, хоть это и запрещает вэйновий. Похоже, — Тиса на миг запнулась, не видя внимания отца к ее словам. — Что вэйн вызывал изнаня.

Девушка замолчала. Капитан продолжал стоять, словно каменное изваяние, хмуро глядя в окно. Тиса вздохнула. Почему она думала, что он воспримет ее слова всерьез, или вообще услышит? Глупая, на какое-то время ей показалось, что между ними может быть нормальный разговор.

Какое-то время Тиса ждала, слушая тишину.

— Я знаю, ты всегда с недоверием относился к моему дару, — сказала девушка скорее уже себе, чем родителю. Собираясь покинуть кабинет, Тиса зашагала в сторону выхода.

— Все иначе теперь, — неожиданно услышала за спиной голос.

Девушка замерла, затем обернулась.

Опустив взгляд на очки в своих руках, капитан продолжал стоять у окна.

— Эта слепота, которая заставляет меня носить эти два стекла, — какое-то время он вертел очки в руках, затем засунул их во внутренний карман мундира. — Она ничто по сравнению с глухотой, которой я грешил все эти годы со смерти…

Он не произнес имени. Девушка приблизилась к отцу.

— Нет, слышу я отлично, Тиса. Это другая глухота, — скривил губы капитан, снова уперев глаза в ночь за окном.

Тиса застыла в немом удивлении. Единый! Не может быть. Отец извинялся… Он извинялся перед ней, неумело, как мог.

Капитан какое-то время собирался с духом, поджав челюсть, прежде чем продолжить.

— Ты верно сказала тогда, где я был все это время? Я… я как постыдный трус и себялюбец… — отец затряс головой, не в силах больше вымолвить и слова.

Лицо его покраснело, морщины на лбу прорезались явственнее.

Девушка шагнула к капитану и тронула его за рукав мундира.

— Оставь, отец. Я все понимаю. И давно простила, — произнесла она, стараясь заглянуть отцу в глаза.

— Но я себя — нет, — покачал седой головой мужчина. Опустив волевой подбородок к груди, он угрюмым седым утесом стоял перед нею. И тишина мирила отца с дочерью лучше любых слов…