От звезды до звезды. Беглецы (СИ) - "skjelle" - Страница 70

Сайнжа тоже уселся на кровать, подумал и забрался с ногами. Скрестил их, натянул одеяло на острые пяточные шпоры и похлопал себя по коленям.

– Иди сюда. Так будет хорошо.

Приоткрыв один глаз и лениво сжимая член, Йонге наблюдал, как Рудольф устроился на Сайнже.

Механик тоже скрестил ноги, уже за спиной яута, обхватил партнера за шею и самозабвенно пытался проехаться верхом.

Сайнжа шипел, неразборчиво, но довольно бормотал, и придерживал его за бедра, почти впиваясь в светлую кожу. Рудольф не сдавался, пробуя управлять ритмом. Взгляд цеплялся то за двигающиеся лопатки, то за напрягшиеся мускулы, то за слипшиеся от пота короткие волосы на шее и стекающие из-под них струйки пота.

Сайнжа тоже не уступал, и в конце концов Рудольф порезался.

Красное с зеленой искрой, проступившее на белом, выглядело так умопомрачительно, что Йонге стиснул зубы и решительно принялся додрачивать себя, невзирая на позванивающую легкость в голове.

Сайнжа прищуривался, но глаз не закрывал – и всякий раз, ловя полыхающий взгляд, Йонге вздрагивал и почти давился клокочущим в горле удовольствием.

Синхронизация пробивала еще острее, чем раньше, и Йонге казалось, словно он сам стискивает ногами каменно-твердые мышцы корпуса, скользит ладонями по толстой шее, пытается влезть меж раскрытых клыков – и ему хорошо, так хорошо, что чужие руки, ласкающие чужой член, только подкидывают его все выше и выше, окончательно запутывая в горячем клубке на троих.

Дрожь, встряхивающая яута и человека, делалась все резче, превращалась в судорожные рывки. Йонге вцепился зубами в простыню, притираясь бедрами к постели.

– Твою-у!

Приглушенный вопль превратился в захлебывающиеся стоны, словно Рудольфу не хватало воздуха. Йонге воочию увидел как с ног до головы, каждым мускулом содрогается напарник, почувствовал, как раз за разом перехлестывающими волнами накрывает его один оргазм, второй, третий – и отголоски были такими сильными, что самому удержаться стоило прикушенной губы и глухого рычания.

Сайнжа захрипел. Йонге распахнул глаза и успел увидеть, как яут сдергивает с себя Рудольфа. И заодно Йонге умудрился заметить, как стремительно – и так много, бесконечно долго – выскальзывает член, оставляя растянутую задницу. Мигом позже, задыхаясь, Рудольф хлопнулся на одеяло – все еще между яутских ног – и опрокинулся на спину. Провел ладонью по животу, растирая сперму.

Сайнжа хрипел, дергал головой и щелкал клыками. Высвободившийся на всю длину член тоже вздрагивал, пропускал зеленые капли и стоял как штык.

Йонге оттолкнулся, поднялся на руках и помотал головой. Передвинулся, игнорируя слабость и одновременно мучительную предоргазменную щекотку.

– Дай я.

Сайнжа зарокотал и убрал протянутую было руку. Йонге скользнул взглядом по напарнику, убедился, что тот живой, хотя и в полуобморочном состоянии, и вернулся вниманием к яутскому члену.

Йонге несколько раз сжал пальцы, дождался, когда щекочущее напряжение перемахнет недавний предел, и под внимательным взглядом яута сомкнул кончики пальцев на головке. Секунду помедлил – и опустил ладонь полностью, соприкасаясь с влажной кожей.

– Йхо-о!..

Вопль почти оглушил его. Сперма брызнула, ударяя в ладонь, Йонге нырнул вниз, пряча лицо в согнутый локоть – и в это мгновение его хлестануло разрядкой.

- М-м!

Скользкими от чужой спермы пальцами он стиснул свой член, передернул несколько раз и придушенно взвыл от счастья. Оргазм был такой, что ноги сжимались.

Отдышавшись, Йонге чуть повернул голову и столкнулся взглядом с Рудольфом.

– Ох, Mutter, – блаженно пробормотал напарник, – кажется я опять.

Йонге попробовал засмеяться и не смог.

Едва очухавшись от ступора, Сайнжа преисполнился дизайнерского энтузиазма.

Плюхнувшись за спиной у Йонге, он скинул ногой одеяло на пол и начал пихать отважного пилота в спину. Йонге мычал и отталкивал его локтем. Оргазм вычистил всю муть из головы, но взамен вытянул все силы.

Не добившись сотрудничества, Сайнжа заворчал, сунул ладонь ему под бок и нажал. Локоть ощутимо уперся в матрас, и предплечье сработало как домкрат.

– Эй! – Йонге крякнул и перевалился на Рудольфа.

Тот с натугой выдохнул, но не преминул обхватить напарника обеими руками. Спустя пару секунд взаимного ерзанья, им удалось устроиться друг на друге с удобствами.

Сайнжа почти заворковал, восторженно водя когтем по спине Йонге.

– Все, теперь я точно знаю, зачем нам нужен навигатор, – пробормотал Йонге.

Рудольф выразительно постучал пальцем по пояснице. Сайнжа настороженно заворчал.

– Ну, говори, – поторопил Рудольф. – Не то кто-то из нас тебя укусит.

– Чтобы снимать полетный стресс.

Сайнжа заклекотал.

Долго полежать не получилось.

Налюбовавшись своим творением, Сайнжа вновь завозился, растащил людей, самым натуральным образом переложил повыше и с ворчанием утроился посередке. Довольно вздохнул и закинул руки за голову.

Чуть отодвинувшись от горячего бока, Йонге отметил, что незаметно еще раз пересмотрел концепцию чужого присутствия. В стандартной каюте личное пространство каждого уже трещало бы по швам, вызывая закономерное раздражение. На новом месте кубометров хватало всем. И не хотелось выталкивать вон яута, а следом за ним и механика.

– Я вспомнил, – неожиданно сказал Рудольф и сел.

– М-м?

Дремота пропала, Йонге перевернулся и оперся на локоть.

– Хотел спросить. А на кой черт ты вкатил столько нашего ресурса на этот хвост с турелью?

– У тебя нахватался, – мрачно пошутил Йонге.

Рудольф попробовал его пнуть, но не дотянулся.

– Да я бы никогда не стал тратить сердце нашей крошки на такое!

– Так там разрядность неизвестная была! Вдруг усиленные? То есть, они и были усиленные, под двести скакнуло разом. А мы всего лишь грузовик с модификацией.

– Да я… хотя… Ладно, можешь пнуть меня.

Йонге приподнялся и с удовольствием пнул. Рудольф поморщился. Сайнжа неодобрительно зарокотал.

– Я еще и тебя пну, – пообещал Йонге. – Не мог сразу сказать: эй, парни, у вас тут херня какая-то плавает в аквариуме, и я с ней разговариваю. А? Мы бы сразу разобрались и…

Сайнжа чуть повернулся, подгреб к себе рассуждающего первого пилота и сдавил так, что Йонге влепился лицом в твердую грудь. Сжавшиеся лепешкой губы помешали говорить дальше.

– Я уже сказал на эту тему все, что желал, умансоо.

– Ш-шея… х-х… зад-души-и…

– Сайнжа, не надо, – торопливо сказал Рудольф. – Видишь, до сих пор заикается. Попортишь еще чего…

– Да иди ты! – придушенно вскипел Йонге.

Сайнжа яростно поерошил ему волосы и отпустил.

– Нечего надо мной трястись, – пробурчал отважный пилот, раскладываясь на яуте поудобнее. – Ай!

Сайнжа немедленно почесался и сточил краем когтя острый роговой вырост.

– Епт, говно какое, – демонстративно отодвинулся Рудольф. – Отвратительно и негигиенично.

На этот раз Сайнжа расщедрился на целый щелбан.

Экран возле двери засветился. Вместе с ним оживился искин.

– Обращаю внимание экипажа, поскольку сейчас весь экипаж пребывает в состоянии релаксации, любое перемещение по закрытым территориям требует одобрения.

– Чего? – тупо переспросил Йонге.

Фелиция откашлялась.

– Я могу впустить гостя?

– Еще чего! – Йонге сел.

– Гость со статусом “ревизионер”, – вкрадчиво сказала Фелиция.

– Нафиг, – буркнул Йонге.

– Я улавливаю отчетливое эмоциональное волнение, первый пилот.

– Пусть войдет, – прорычал Сайнжа.

Все, на что у Йонге хватило времени – это выдать Сайнже обширного леща и хлопнуться обратно, скрываясь за двухсоткилограммовым бруствером. Рудольф просто перевернулся на живот.

Дверь распахнулась.

Синерылый оглянулся и быстро прошлепал к постели.