Предназначение. Сын своего отца (СИ) - Горохов Александр Викторович - Страница 10

и ни на секунду не оставляли с грузом меньше двух человек.

-Примечай, может, когда и пригодится, -посоветовал Донито.

С восходом солнца выступили в путь. Теперь река, окрепшая за счѐт маленьких

ручейков и речушек, представляла из себя не просто бурный поток, а мощную ревущую

под ногами стихию. И если раньше ещѐ можно было рискнуть кое-где проехать по самой

кромке воды, то теперь приходилось то высоко залазить на кручи, обходя скалистые

прижимы, то спускаться вниз на каменистые плѐсы, вытянувшиеся узкой полоской между

водой и скалами распадка.

Эрга восхищала эта мощная стихия, рвущаяся вниз с высоты Северных гор, ничего

не замечая на своем пути, еѐ сила, напор, целеустремлѐнность. Всѐ, что мешает, - снести, опрокинуть, своротить. Будь то коряга, свалившаяся с осыпавшегося склона, или упавший

кусок скалы величиной с дом. Подтверждения всесокрушающей мощи реки попадались

настолько регулярно, что молодой человек, впервые за сознательную жизнь покинувший

горную деревушку, не переставал поражаться. Огромные глыбы, снесенные на добрую

сотню метров от скалы, с которой скатились, гигантские, брѐвна, нагромождѐнные, будто

соломинки, на уступе высотой в три-четыре человеческих роста, расплющенные о

подводные камни и намотанные на валуны стволы деревьев толщиной с человека. И

оглушительный грохот над крутыми склонами поросших диким лесом гор.

Ещѐ на стоянке Игас пояснил, что для их путешествия выбрано самое удачное

время - конец лета. Жара спала, и таяния ледников не предвиделось. Затяжные дожди

тоже не должны были начаться ещѐ недели три. Подъѐма воды в горной реке, способного

стать непреодолимой преградой, опасаться не следовало. Конечно, зимой уровень реки

опускался ещѐ ниже, но тогда пришлось бы прокладывать путь по обледеневшим

заснеженным скалам, что в несколько раз замедлило бы продвижение. А этого не хотели

ни стражники, ни ответственный за груз Донито-младший.

21

Дав команду в очередной раз становиться на ночлег, Игас отвѐл названного брата

на край утеса, возвышающегося на два десятка метров над водой. Указав на скалу, видневшуюся километрах в пяти, он объявил:

-Это ворота в долину. Завтра мы уже будем на равнине.

Вид открывшейся равнины, дальние холмы которой терялись в синей дымке,

ошеломил юношу. Он прислушивался к своим ощущениям, как учил Исповедник, пытаясь

не поддаться захлѐстывавшему его восхищению. Чувство простора, безграничности, доставило ему столько удовольствия, что Эрг неожиданно остановил коня, и только

дружеское похлопывание по спине вывело его из оцепенения.

-Очнись, ещѐ налюбуешься этими красотами, -добродушно хохотнул Игас.

После выхода из гор река неожиданно преобразилась. Резко замедлившись, она

вроде бы должна была разлиться и стать глубже, но вместо этого Эрг обнаружил для себя, что караван едет вдоль довольно мелкой (не менее, чем вдвое мельче) и узкой (раза в три

уже, чем двумя километрами выше по течению) спокойной лесной речки. Его недоумение

вызвало лишь смех попутчиков, и парень предпочѐл удивляться далее про себя.

Интервал движения между основной группой и дозорами сократился вдвое.

Скорость продвижения несколько увеличилась, особенно когда тропа заметно забрала

вправо от реки, свернув в лес. По расчѐтам Эрга путь, равный дневному переходу в горах

они закончили задолго до захода солнца, войдя в большую деревню.

Лорд-управитель здешних мест, тяжелеющий степенный мужчина пятидесяти -

пятидесяти пяти лет, лично вышел поприветствовать Игаса, которого давно знал и ценил.

-Я гляжу, господин Энгр, деревня ещѐ подросла за последнее время. Похоже, скоро

к Вашему титулу добавится ещѐ один, «господин Лорд-мэр», - польстил хозяину Игас.

-Ах, что Вы, господин Донито! Скорее всего, лишь мой сын сможет получить

право построить замок. Да только можно ли сравнить даже мой титул Ленд-лорда со

славой главного добытчика сокровищ герцога, кем скоро станете Вы, молодой человек, -

не остался в долгу Энгр. -Но почему Вы не представите мне своего спутника, который, если не ошибаюсь, спешит стать защитником королевства?

-Простите, господин Энгр. Сей юноша - мой названный брат, приемный сын моего

отца, Эрг Донито.

Похоже, юноша произвѐл на старика благоприятное впечатление, но неясность

происхождения и тщательно скрывавшаяся до сих пор тайна существования какого-то

приемного сына у давнего приятеля так заинтересовала его, что Эрг просто физически

ощутил работу ума хозяина.

Исповедник Пит действительно принялся за обучение мальчика с простейшего - с

грамоты. Среди книг, имевшихся в его избушке, построенной вдали от прочего жилья, он

отыскал старинную азбуку, и малыш на удивление легко усвоил премудрость

складывания букв в слова. Время от времени старик ходил в деревню, на рудники или в

горы за травами, и Эргу волей-неволей пришлось научиться кашеварить. Сам по себе

человек умный и знающий, старик легко находил ответы на бесконечные вопросы

ученика. И преподносил это так, что Эрг сам формулировал правильное решение,

опираясь на подсказки и логические заключения чародея. Видимо, тот хотел научить

питомца мыслить самостоятельно, в чѐм весьма преуспел.

Трудно сказать, были причиной успехов мальчика способности наставника, склад

ума ученика или наследственность, но Пит чаще сдержанно хвалил воспитанника, чем

бранил его.

От правописания и счѐта без всякой видимой логики старик перешѐл к теории

мироздания, которую завершил историей человечества планеты Гемма.

-А где же она, родина наших предков? -восторженно спросил Эрг, глядя на ночное

небо.

22

-Не знаю, -горько вздохнул Исповедник. -Точнее, в нашем мире еѐ нет, а место еѐ

двойника давно забыто. Говорят, в подвалах замка Крон, где хранится вся мудрость ТОГО

мира, можно отыскать на карте звездного неба солнце, вернее, солнца, бывшие родинами

наших предков. Но вход в ту сокровищницу знаний открыт далеко не всем. Поэтому, малыш, если тебе когда-нибудь повезет попасть в неѐ, не разбрасывайся временем по

пустякам, черпай знания, сколько сумеешь.

Исповедник придавал огромное значение здоровью мальчика. Начав с тривиальной

зарядки, он, объяснив сущность происходящего в организме, постепенно перешѐл к

закаливанию. Именно эти два краеугольных камня стали платформой для более серьезных

занятий.

-Ты умеешь сохранить здоровье своего тела, но можешь ли ты сохранить здоровье

своей души? Ведь больная душа человека не только вызовет, в конце концов, болезни

тела, но и помешает творить добро другим людям, будет заражать своей болезнью души

окружающих, -ответил однажды старик на настойчивые просьбы Эрга позволить ему

помочь Исповеднику в лечении, -Ты видел, как я это делаю, но не знаешь самой сути, а

это всѐ равно, что судить о природе вещей, заметив их тень сквозь закрытые веки. Нет, не

раньше, чем ты будешь готов к этому.

В подходе к душе человека, к его внутреннему миру перемешались такие

верования, как кришнаитство, христианство и господствующий во времена ТОЙ жизни

гомотеизм, создав неимоверный конгломерат, в котором спокойно уживались

абстрактный Всевышний, не стеснѐнный какой-либо оболочкой, его вечный враг Дьявол

или Сатана, и полное отсутствие обрядовости, основанное на непоколебимой вере, что

любые торжества в честь Всевышнего есть не что иное, как попытка обмануть его, приукрашивая действительность. Была ещѐ многолетняя изнуряющая подготовка

Посвящѐнных в Знания или Исповедников, основанная на тренировке внутренних

возможностей человека и познании тайных сил и знании. По сути дела Исповедник