Дамби - не гад! (СИ) - Бубела Олег Николаевич - Страница 141

Либо я медленно считал, либо советники не смогли сообщить своему директору ничего полезного, но вернулся старый гоблин на минуту раньше срока.

- Мистер Дамблдор, я согласен с вашим предложением! - заявил Твердоглав, не сводя с меня напряженного взгляда. - Сотрудники банка проводят вас к сейфу, впустят внутрь и проследят за тем, чтобы вы не смогли ничего украсть. Однако предупреждаю сразу, если после ритуала окажется, что артефакт Хаффлпафф поврежден, вы автоматически получите статус вора и будете казнены, согласно законам 'Гринготтса'!

Хм, все оказалось легче, чем я предполагал. Или здесь кроется какой-то подвох? С этими тварями нельзя ни в чем быть уверенным! Взяв бутыль, я спокойно произнес:

- Принимается, но при одном условии - упомянутые сотрудники банка не будут вмешиваться в процесс подготовки и проведения ритуала очистки, а также не станут совершать действия, способные причинить вред творению Основательницы.

- Договорились! - довольно кивнул директор, наградив меня широким оскалом.

От этой жуткой гримасы по моей спине пробежал целый табун мурашек. Зуб даю, Твердоглав что-то задумал. Слишком быстрое согласие, не скрепленное письменным договором или клятвами, настораживало не меньше предложения беспроцентного кредита в магазине бытовой техники. Разумеется, виду я не подал. Проследовал за вызванной директором четверкой хмурых гоблинов через лабиринт коридоров к вагонеткам, затем немного покатался по старым рельсам над пропастью и понаблюдал за тем, как один из сотрудников открывает дверь нужного сейфа.

В ячейке Лестрейнджей было просторно, светло и даже как-то уютно. Оно и понятно - древний род, полный комплекс услуг... Короче, нам так не жить! Чашу Хаффлпафф искать не пришлось - она стояла на постаменте у дальней стены. Один из гоблинов рассмотрел древний артефакт в какое-то стеклышко, после чего дал отмашку остальным. И работа закипела. В рекордный срок устилавшие пол груды драгоценного хлама и горки монет были расчищены, освобождая необходимое для пентаграммы пространство.

Под внимательными взглядами коротышек я подошел к крестражу, специфическую магию которого уловил еще на пороге, аккуратно взял обеими руками и поставил в центр будущего рисунка. Затем достал бутылку с кисточкой, которые крысомордые специалисты тщательно проверили, и принялся рисовать. Дело спорилось. Пол банковского сейфа был достаточно ровным, так что линии не смазывались, руны ложились одна за другой. Я даже в шпаргалку заглядывал всего пару раз - сказывалась практика. Закончив, внимательно оглядел свое творение (было бы глупо сдохнуть из-за пары лишних завитушек), предупредил стоявших у входа гоблинов, что собираюсь начинать, и стал наполнять рисунок силой.

Тут-то и выяснилось, что простым ритуал не будет, несмотря на отсутствие всякого ментального давления со стороны крестража (похоже, Том создавал его специально, чтобы поместить в банк, и потому не включал в структуру элементы, способные насторожить гоблинов). Выплескиваемая мною энергия впитывалась рунами лишь частично. Больше половины высвобожденной силы мгновенно поглощалось защитными заклинаниями банковской ячейки, деактивировать которые гоблины не собирались. Подозревая, что Твердоглав рассчитывал именно на это, я мысленно пожелал гаду отравиться 'паленой' грибной настойкой, сцепил зубы и продолжил работу, даже не вспоминая о любимой балладе. Тут не до осторожности!

Резерв стремительно пустел, руны на полу наливались энергией, а мое лицо покрывалось крупными каплями пота. Когда засиял весь рисунок, я активировал пентаграмму и без промедления принялся ковыряться в чарах артефакта, жалея, что не догадался прихватить с собой диадему Райвенклоо. Пусть она и поджарила бы мои извилины, зато я бы смог за секунды разобраться в структуре Чаши. Впрочем, опыт работы с другими 'якорями' Реддла оказался серьезным подспорьем. Мне удалось вычленить основу его чар, затем предельно аккуратно оградить ее от необычайно хрупких линий творения Хаффлпафф и разрушить, высвобождая кусочек энергетической сущности Тома.

Развеивать его не пришлось. Едва защитные чары пали, черный комок сам растворился в пространстве, поглощенный охранными структурами ячейки Лестрейнджей, напоследок наградив меня знакомым ощущением ломоты в зубах. Однако процесс был еще не завершен. Ощущая, что магия вытекает из меня стремительными темпами, и до полного истощения рукой подать, я тщательно удалил из Чаши остатки Реддловских заклинаний. Проверил целостность ее структуры и деактивировал пентаграмму, в которой почти не осталось энергии.

С негромким хлопком рисунок погас. Не желая дарить коротышкам удачную схему ритуала, я стер с пола остатки рунного зелья, вложив в это заклинание последние крохи энергии. И тут за моей спиной послышался громкий лязг закрывающейся двери. В следующий миг в сейфе погас свет, линии охранных заклинаний налились силой, в стенах активировались скрытые доселе чары. Ячейка Лестрейнджей одним махом превратилась в клетку, выбраться из которой было не под силу даже Великому Магу.

Гоблины сделали свой ход.

Глава 30

Первое, что я предпринял, очутившись в ловушке - потянулся к разуму фамильяра. И словно уткнулся в гранитную стену. Чары сейфа надежно блокировали нашу связь, так что ни позвать Фоукса, ни предупредить пернатого не получится. Внутренний голос ехидно напомнил, что даже если бы я сообщил о своем незавидном положении, пробиться сквозь защиту банка (и уж тем более, вытащить меня из подземелья) фениксу бы не удалось при всем желании. Помянув крысомордых коротышек крепким словцом, я повернулся лицом к двери и уселся на пол. Теперь остается только ждать. Ждать и верить, что Минерва не подкачает.

Планируя свой поход за Чашей, я заранее рассчитывал на подобный итог. Не понаслышке зная о 'честности' и 'порядочности' гоблинов, озаботился надежной страховкой и правильно замотивировал МакГонагалл. Ведь только у нее хватит сил и желания вытащить меня из этого каменного мешка. Твердоглав правильно сказал, Министерство магии может хоть до посинения строчить свои постановления, гоблины даже не почешутся. Минни же вполне по силам оседлать поднявшуюся волну общественного недовольства и возглавить Кресто... Волшебный Поход, целью которого будет добиться моего освобождения. Или справедливого возмездия за коварное убийство Великого Светлого Мага.

Я непроизвольно поежился. Надеюсь, до этого все же не дойдет. Ведь если бы коротышки хотели меня прикончить, они бы давно это сделали. Увлеченный ритуалом, я ни на что не обращал внимания - прекрасная возможность для смертельного удара! Однако вместо этого они предпочли просто закрыть меня в ячейке Лестрейнджей. Видимо, Твердоглав действительно решил разыграть вариант с наглым вором. Старик надеется выждать месяцок-другой, чтобы потом преспокойно выдать волшебникам 'случайно обнаруженное тело грабителя, скончавшегося от естественных причин'.

Хитро! Так директор укрепит собственные позиции, подтвердит репутацию банка, считающегося самым надежным в магическом мире, и вдобавок заручится поддержкой моих противников. А если он еще догадается воспользоваться ситуацией и протолкнет пару законов, способных расширить спектр услуг, оказываемых 'Гринготтсом'... Хотя, почему 'если'? На это старик и рассчитывает, иначе не стал бы так рисковать, подставляя выгодного клиента!

Почувствовав, что копчик начал неметь, я сменил позу. Вставать и наколдовывать удобную мебель не стал. Во-первых, сил в резерве осталось совсем чуть-чуть, и лучше их потратить на 'агуаменти'. Хрен знает, сколько мне здесь придется сидеть, а на одной воде человек может протянуть очень долго. Во-вторых, я боялся случайно задеть какой-нибудь предмет. Согласно канону, если дверь сейфа закрылась, любая вещь, к которой прикоснулся запертый в нем грабитель, мгновенно раскаляется добела и начинает копироваться с чудовищной скоростью. А повторить судьбу жадного раджи из мультика про волшебную антилопу мне не хотелось.