Последняя жизнь (СИ) - "Ifodifo" - Страница 42

- Приятного аппетита, - скрипит он металлическим голосом.

- До сих пор не списали эту рухлядь? – весело косится Шерлок, а Джон лишь пожимает плечами:

- Каждая единица введена в строй, даже устарелые модели роботов. Я вижу, ребята подружились, - он кивает в сторону разговорившихся за едой сфинксов и сирен, - вот уж не думал, что они так быстро найдут общий язык.

- Близость смерти сближает, - Шерлок морщится и непроизвольно тянется к запястью.

Джон хмурится, отодвигает тарелку и приподнимает рукав комбинезона Шерлока – под мягким браслетом переговорника, там, где у сфинкса татуировки, кожа расчесана до крови.

- Ты опять, - бормочет он расстроенно, - проклятые татушки. Какой коновал их сделал? Доедай скорее и пошли, я обработаю кожу.

Шерлок улыбается:

- Да я, собственно, и не голоден. Хотел, чтобы ты поел.

- О, - Джон моргает, - тогда пошли прямо сейчас. У меня тоже аппетита нет.

Махнув на прощание рукой Мюррею, Джон тянет Шерлока на выход.

- У меня в каюте есть аптечка, - сообщает он сфинксу, - я же пилот с дипломом фельдшера, как-никак.

- А что с докторством? – интересуется Шерлок.

- Пришлось отложить, - вздыхает Джон, - теория закончилась, пришла пора переходить к практике, а это невозможно совмещать с полетами. Может быть, когда война закончится, восстановлюсь. Если закончится…

- Закончится однажды, - ободряюще сжимает его плечо Шерлок, и Джону до слез хочется его обнять, но постоянно проходящие мимо люди не дают им даже мгновения одиночества.

Когда они добираются, наконец, до каюты Джона, оба вздыхают с облегчением. Едва за ними закрывается дверь, Джон не в силах больше терпеть близости Шерлока, разворачивается и врезается в него с силой, вцепляясь так, будто боится, что сейчас кто-нибудь придет и растащит их в стороны.

- Скучал… - бормочет Шерлок в макушку Джона, - как же я скучал, малечек.

- И я, - признается Джон, вытирая выступившие слезы о ткань комбинезона Шерлока, - спасибо, что пришел тогда проводить. Я, наверное, не смог бы все это время, если бы думал, что ты на меня…

- Тихо, не говори, - прерывает его Шерлок, успокаивающе поглаживая по спине, - все в прошлом, есть только настоящее.

Джон мычит что-то невразумительное, наслаждаясь близостью Шерлока, а потом, вспомнив о его запястье, выпутывается из объятий.

- Садись сюда, - велит он, подталкивая Шерлока к койке, а сам начинает рыться в шкафчике стола. – Сейчас все обработаю, и заживет быстро, но на твоем месте я все же свел бы эту татуировку…

- Она сама сойдет однажды, - непонятно отвечает Шерлок.

Джон бережно обрабатывает кожу антисептиком, а потом мажет заживляющей мазью.

- Как вовремя ты появился, - признает Джон, - я думал, что все, конец. И тут ты – чудо какое-то.

- Вовсе и не чудо, - хмурится Шерлок, - разведка доложила, было принято решение помочь союзникам. Заодно испытали кое-что из внедренных усовершенствований, обстреляли…

Джон кивает, а потом неожиданно приникает губами к израненному запястью, у Шерлока сбивается дыхание.

- Иди ко мне, малечек, - шепчет он, и Джон охотно забирается к нему на колени, оседлав бедра и обхватив руками лицо сфинкса.

Джон долго вглядывается в Шерлока, пытаясь что-то прочитать, понять, осознать, но в итоге сдается и просто обнимает своего парня, ведь он может так его называть, правда? Шерлок крепко смыкает руки за спиной Джона, уткнувшись носом в ложбинку между плечом и шеей. Джон хихикает:

- Я не был в душе больше двух суток. Не хочешь помыться?

- Звучит романтично, - улыбается Шерлок.

- На самом деле, нет, - Джон слезает с колен Шерлока и начинает рыться в маленьком ящике с личными вещами. – «Адмирал Межеров», конечно, гигантский корабль, но место все равно экономят. Личного душа нет даже у капитана. Все моются в общей душевой.

- Э… - озадачено тянет Шерлок, - так нам не получится уединиться?

- Если только повезет, - Джон бросает ему свое запасное полотенце. – Двери в душевую без замков, ну, знаешь, в мужском коллективе, во избежание соблазнов… - он краснеет, - но иногда там бывает пусто. Помыться все равно надо, хорошо, что ты здесь, я не хожу в душ в одиночку, - Джон мрачнеет и старается не глядеть на Шерлока.

Они выходят из каюты Джона с полотенцами в руках и некоторое время идут в молчании.

- Это из-за того, что случилось в плену? – осторожно интересуется Шерлок.

- Ну да, - Джон дергает плечом, понимая, о чем спрашивает Шерлок, - боюсь оставить тыл без присмотра, - горько усмехается он. - Обычно, мы с Мюрреем… - тут Джон осекается. – Ты не подумай чего, он просто друг. Просто моемся рядом, и мне спокойнее, - шрамы, полученные Джоном в плену, не только физические, но и душевные, все еще периодически болят и напоминают о себе.

- Я и не думаю, - тихо произносит Шерлок, - но все равно ревную.

Джон несмело улыбается:

- Мне приятно, что ревнуешь. А вот и душевая, пришли.

В узком вытянутом предбаннике, они раздеваются, складывая вещи в шкафчики, а затем проходят в длинное помещение с рядом условно обозначенных душевых кабинок вдоль стены.

- Тут не всегда идет теплая вода, - предупреждает Джон, и смущается, когда ловит на себе жадные взгляды Шерлока.

Они включают воду в соседних кабинках, переглядываясь и брызгаясь, словно дети. Джон намыливается остро пахнущем дезинфекцией мылом, с закрытыми глазами моет волосы и встает под тугие струи. Прохладная вода смывает грязную пену, дарует чистоту, освежает и бодрит. Шерлок во все глаза смотрит на Джона, медитативно размазывая по груди воду, забывая намылиться.

- Тебе помочь? – интересуется Джон, ступая в его кабинку, и начинает медленно водить куском мыла по спине Шерлока, осторожно спускаясь вниз, к столь любимым им полукружиям Шерлокова зада.

Шерлок прогибается в пояснице, подставляясь под робкие ласки Джона, и тогда тот смелеет, прижимаясь всем телом к Шерлоку сзади, обнимая со спины и намыливая грудь и живот сфинкса. Его руки тянутся вниз, туда, где член Шерлока уже напряженно ждет, истекая смазкой, и зарываются в курчавую поросль.

- Малечек, ты рискуешь быть оттраханым прямо сейчас, - рычит Шерлок, - и мне плевать, если кто-то войдет. Раз начав, остановиться уже не смогу.

И Джон уже готов рискнуть, поддавшись желанию и искушению, когда где-то вдалеке слышатся голоса. Джон отстраняется, тяжело дыша, ретируясь на свою территорию, и до упора включает холодный кран, чтобы сбить предательское возбуждение. Он подставляет лицо холодным струям воды, слышит, как в душевую вваливаются ребята из звена Огавы, вернувшиеся из патруля, переговариваясь и хохоча, и стоит так, пока Шерлок не выключает кран.

- Хватит, - командует он, - ты скоро в ледышку превратишься. Уходим.

Джон рискует посмотреть вниз, чтобы убедиться, ничто предательски не топорщится под прямым углом, и на том спасибо. Он фактически сбегает из душевой, а потом стремительно одевается и только тогда оборачивается к Шерлоку, который также уже одетый и причесанный, ждет его, прислонившись к своему шкафчику и небрежно засунув руки в карманы. До чего самодовольная поза – Джон не может сдержать усмешки.

- Ну, раз все чистые, тогда идем ко мне, там никто не помешает… - он запинается, краснеет и заканчивает, - поговорить.

Шерлок насмешливо вздергивает брови, но ничего не говорит, молча следуя за Джоном.

До каюты они добираются в мертвой тишине, хотя Джону кажется, что все на «Адмирале Межерове» слышат, как громко частит глупое влюбленное сердце. Выдержки хватает только на то, чтобы закрыть за собой дверь, а дальше обоих притягивает друг к другу магнитом. Поцелуй жадный, страстный, голодный поглощает Джона, мир перестает существовать, остаются только они двое, вот так, предельно близко, кожа к коже, губы к губам, одно общее дыхание. Джон хочет большего, голод, запрятанный где-то очень глубоко, выбирается на свет божий и лишает остатков разума. Джон хрипит, шарит по телу Шерлока руками, стараясь стянуть с него чертов комбинезон, но пальцы все время промахиваются мимо застежки, да и Шерлок совершенно не помогает, оглаживая задницу Джона и потираясь выпирающим сквозь ткань членом о его живот. Боже, какая несправедливость, что они разного роста.