Дополнительное время (СИ) - "inatami" - Страница 65

Майкрофт тут же перестал быть ледяным, но оставался - хотя в этом вопросе Грег не мог положиться на свою объективность - прекрасным. Холмс встал:

Что-то случилось?

Да. Твой брат случился, - невольно улыбнувшись, ответил Грег.

Майкрофт понимающе усмехнулся:

Рано или поздно все проходят через это. Но мне казалось, он достиг поставленной цели? Он сообщил мне, что сегодня преступник будет раскрыт.

И Шерлок справился! - Лестрейд нашел в себе силы отойти от двери, добраться до дивана и рухнуть на него. - Должен признать, это была одна из самых впечатляющих вещей в моей жизни. Но я лишился игрока и собственного помощника! Я не знаю до сих пор, как к этому относиться.

Майкрофт присел обратно на краешек кресла, элегантно скрестив длинные ноги:

Как к неизбежной данности. Тебе нужен новый помощник и другой футболист. Найти их - это то, что ты можешь предпринять. Конкретные действия, а не отвлеченные переживания.

Да, я и забыл - ты же специалист по конкретным действиям.

Фраза вышла немного язвительной, и Грег уловил в себе всколыхнувшиеся, словно муть со дна колодца, остатки былой обиды.

А тебе нужен был другой специалист? - мягко спросил Майкрофт.

В каком смысле? - не понял Лестрейд.

Ты попросил меня приехать. Я до сих пор не знаю, зачем. Быть может, это было связано с расследованием, и теперь, когда дело закрыто, ты больше не нуждаешься в моем присутствии?

Грег почувствовал себя неловко. Ночной порыв казался ему теперь настолько глупым и далеким, что захотелось провалиться сквозь диван.

Я… - неуверенно протянул Грег, - боже, ночью это все казалось таким логичным…

Разве что-то изменилось с того часа? - грустно улыбнулся Холмс.

Грег закрыл глаза.

Он вдруг как наяву ощутил остроту своего ночного озарения: без Майкрофта ему не жить! Что бы ни случилось потом, какие бы эмоции и переживания ни заглушали его любовь, уже ничего не изменить - Грегори Лестрейд может годами пестовать обиду, но она не сделает его счастливее. А этот человек, когда-то причинивший ему самую сильную в жизни боль, вполне может.

С того часа изменилось очень многое, - неожиданно твердо ответил Грег, открывая глаза. - Скажи мне, специалист по конкретным действиям, что ты сделаешь в первую очередь, если я скажу тебе, что хочу попробовать снова? Наши отношения и… тебя.

Легкая тень словно пробежала по лицу Холмса, и Лестрейд подумал, что кое-кто, вероятно, просто пытается не слишком сильно улыбаться.

Майкрофт поднялся с кресла и осторожно пересел на диван. Чуть развернувшись к Грегу, он сказал:

Мой план включает в себя несколько конкретных пунктов. Самый первый и главный из них - это поцелуй.

При этих словах Грег опустил взгляд на рот Майкрофта, который был в такой искушающей доступности, что Лестрейд невольно облизнулся. Холмс воспринял это как разрешающий сигнал и медленно наклонился к губам Грега, остановившись буквально в нескольких миллиметрах, позволяя партнеру самому принять окончательное решение.

Грег ринулся в поцелуй, как приговоренный к казни. Он знал, что стоит только этим губам прикоснуться к его собственным, пути назад не будет, а будет только один бесконечный штопор, в который они двое уйдут так надолго, насколько хватит их терпения. И пусть Грег всегда будет опасаться нового предательства, он все равно сделает все, что в его силах, чтобы эти отношения стали чем-то настоящим. Чем-то, что длится всю жизнь.

Губы Майкрофта были все такими же тонкими, но чувствительными, чуткими и нежными, и Грег не мог не стонать, ощутив их шелковистую твердость. Майкрофт, поняв, что его не отталкивают, подался ближе, обвив любовника обеими руками, прижал Грега к себе, сжимая и изучая ладонями все то, без чего жизнь его была подобна пустой комнате в заброшенном доме. Грег целовал его агрессивно, почти болезненно, прикусывая нижнюю губу; язык его изучал давно покинутые владения, как настоящий узурпатор, но Майкрофт лишь с наслаждением принимал это наказание, которое скоро переросло в глубокое и всеобъемлющее удовольствие.

Возвращение.

С трудом оторвавшись от Холмса, Грег облизал покрасневшие губы и, чуть задыхаясь, признался:

Я так скучал, Майкрофт. Господи, как я скучал по тебе! Больше никогда не делай так, ты, мерзавец!

Никогда больше, Грег, - прошептал Майкрофт.

Хорошо, - попытался улыбнуться Лестрейд, хотя губы его подрагивали от пережитого натиска. - Какой следующий пункт твоего конкретного плана?

Я покупаю дом, - серьезно произнес Холмс.

Д… что? - недоуменно переспросил Грег, предполагая, что следующий пункт плана тоже должен быть связан с некоторыми плотскими удовольствиями.

Я покупаю дом, Грег, - ласково ответил Майкрофт, поднеся ладонь Лестрейда к губам и нежно целуя подушечки пальцев. - Ты не можешь покинуть Ливерпуль, я не могу оставить Лондон, нам нужен дом, где мы сможем проводить больше времени вместе, дом где-то между двумя городами. Наш дом. Для нас двоих. Ты согласен?

Взгляд Грега выражал крайнюю степень недоверия:

Ты сейчас не шутишь? Восемь лет назад ты даже в ресторан со мной не всегда соглашался выйти, а теперь сразу дом?

Майкрофт нахмурился:

Восемь лет без тебя многому меня научили. Ты поедешь смотреть дома со мной? В воскресенье у тебя матч, значит, в понедельник свободный день, так? К этому времени Антея подберет несколько вариантов.

В понедельник у тебя работа, - усмехнулся Грег.

Нет, у меня - ты, - твердо ответил Холмс. - Мои моногамные отношения с работой несколько затянулись. Даже Королева уже беспокоится, что я работаю без отпуска столько лет.

Подразумевается, что в этом месте я должен сказать что-то умное, типа “не слишком ли ты торопишь события, мой друг”, но правда в том, что я, черт возьми, согласен! Я хочу дом и хочу в понедельник ехать и выбирать его. И да, я хочу его для нас, - Грег подтвердил свои слова коротким жарким поцелуем. - Но есть условие - я оплачу половину стоимости.

Майкрофт понимающе кивнул:

Я знал, что ты поставишь это условие, я бы выдвинул аналогичное. Теперь перейдем к третьему пункту моего плана - нам очень срочно нужно заняться сексом. У меня давно никого не было, опасаюсь, что моя несдержанность может даже смутить тебя.

Грег рассмеялся:

У нас уже был секс, в этом самом кабинете, не далее как в субботу. Хотя, конечно, ты прав. То был ужасный вариант, я не должен был допустить этого.

Все хорошо, - улыбнулся Майкрофт, проводя кончиками пальцев по губам Лестрейда. - Если это помогло тебе определиться с тем, чего ты хочешь на самом деле, значит, все прекрасно.

Думаю, мы можем поехать ко мне, - ответил Лестрейд, задержав ладонь Майкрофта у своего лица и прижав ее к щеке. - Я люблю свой кабинет, но тут не слишком удобно, да и смазку я здесь не держу. И у меня тоже давно никого не было, Майкрофт, посмотрим еще, кто кого смутит.

Грег поднялся с дивана, протянув руку Майкрофту, лицо которого приобрело задумчивое выражение:

Давно? Ты же был женат.

Мы разъехались почти три года назад. После этого у меня было несколько свиданий на один вечер, вот и все. А что? У тебя не было секса еще дольше? - прищурился Грег.

Холмс улыбнулся немного растерянно и развел руками:

Я думал, ты понял. Восемь лет.

Через несколько секунд Лестрейд осознал, что неприлично так пялиться на собеседника, и помотал головой:

У тебя не было никого с тех самых пор, как я… Почему?!

Майкрофт поморщился, делая вид, что озабочен состоянием малахитовой запонки в правом рукаве рубашки:

Потому что секс для меня не существует отдельно от человека, с которым он происходит. Секс для меня лишь способ выразить свои чувства, стать ближе к тому, которого я люблю. Секс сам по себе не цель, а средство. Зачем мне нужен был секс в эти восемь лет, если единственный человек, которого я когда-либо любил, не хотел быть со мной?