Стратегия обмана. Трилогия (СИ) - Ванина Антонина - Страница 277

   Гольдхаген заметно поникла, даже плечи опустились от такого заявления.

   - Это какие такие страны?

   - Югославия, Румыния... - перечислял ей Темпл.

   - Лучше выбирай Югославию, - посоветовал ей полковник. - Если знаешь русский, быстро научишься местному языку.

   - А город? - недоумевала она.

   - Сараево, неплохой многонациональный город. И уже давно мирный.

   - Это там, где сербы убили эрцгерцога?

   Полковник тяжело вздохнул:

   - А тебя это как-то особо волнует?

   - Так ведь я...

   - Пятнадцать лет тебе было тогда, и хватит выпендриваться. Едем в Хитроу и летим. Документы возьмешь швейцарские, новые выправим тебе на месте.

   - Это как?

   - Получите новые, - с самодовольным видом пояснил Темпл, - с новым именем, новым годом рождения. Сделаем вам паспорт сами. А главное мы ведь будем знать его номер.

   Гольдхаген уже собиралась отрыть рот для ответной реплики, но полковник не дал вставить ей и слова.

   Сразу же после этой беседы вдвоем они отправились в аэропорт и после четырнадцати часов пересадок и ожиданий они, наконец, налегке прибыли в Югославию. Через пару недель, когда паспорт ГДР от международного отдела был готов, полковник вручил его Гольдхаген с наставлением в ближайшее время обменять его на югославский, сославшись на смену гражданства:

   - Надеюсь больше не будет повода увидеться, - на прощание произнёс он. - Начинай новую жизнь. Теперь ты молодая восточная немка, которая очень захотела прожить долгую жизнь на Балканах и стать достойной гражданкой Югославии. Я очень надеюсь, ты это сможешь.

   - Я ж не психопатка какая, - отвечала Гольдхаген, - людей ради удовольствия никогда не убивала. Только по большой необходимости.

   - Уверен, здесь у тебя её не будет. Это мирная страна, без резидентуры РУМО.

   - О, да.

   - Знаешь,- доверительно заговорил полковник, - мне всё же жаль, что ты здесь.

   - Да? С чего вдруг?

   - Потому что ты могла бы быть где угодно и не одна. Потому что Сарваш...

   - Даже не произноси при мне это имя, - предупреждающим тоном протянула она.

   - И всё равно ты несправедлива к нему.

   - Мне лучше знать, к кому я ,что и как. Мне плевать на его мотивы и благие намерения. Он подставил под удар не только меня, но ещё множество человек, которых могли арестовать и пытать. Если он такой старый и умный, то понимал, что делает. Для меня это похуже предательства.

   - Ты могла хотя бы...

   - Не могла, - отрезала она.

   - А он надеялся, что...

   - Его проблемы.

   Когда полковник вернулся в Лондон, первым местом, куда он направился, был Сити. Ицхак Сарваш пригласил его в свой персональный кабинет для разговора.

   - Забавно, - улыбнулся он, когда узнал, куда уехала Александра. - А ведь то золото, что я уплатил Фортвудсу за её освобождение, раньше принадлежало именно Югославии.

   Полковник напрягся от такого признания:

   - Я так понимаю, Фортвудсу стоит ожидать каких-то неприятностей по этому поводу?

   - Если ваш сэр Майлз не будет разбрасываться слитками направо и налево, то нет.

   Немного помолчав, полковник спросил:

   - Когда собираетесь ехать в Сараево?

   Мужчина неопределенно качнул головой:

   - Для начала Александре надо остыть. Вы правы, пусть начнёт новую мирную жизнь. Сейчас лучше, чтобы никто не напоминал ей о жизни предыдущей.

   - Будете выжидать, как хищный зверь в засаде? Чтоб потом взять измором?

   Сарваш коварно усмехнулся:

   - Что-то вроде того. И у меня и у Александры много времени впереди. Глупо спешить, как в прочем и оттягивать неизбежный момент.

   - Вам двоим просто не выпадало удачное время для романтики.

   - Но я не романтик и Александра, явно, тоже. На самом деле нам не хватило мирного времени без враждующих сторон, баррикад и деления на своих и чужих. Почему-то мы всегда оказываемся по разные стороны.

   - Ну, теперь, на новом месте в нейтральной стране Гольдхаген вряд ли сумеет найти себе приключения.

   - В Югославии? Как знать, как знать...

   Послесловие

   В годы Холодной Войны в мире насчитывалось порядка сотни террористических группировок левой, правой, националистической и религиозной направленности. Та или иная сторона в противостоянии Запада и Востока неизменно приписывала подкуп и манипуляцию террористами своим оппонентам.

   В 1990 году премьер-министр Италии Джулио Андреотти официально признал существование на территории стран-членов НАТО тайных армий, позже прозванных в прессе "Гладио". Они были созданы в самом начале холодной войны при поддержке ЦРУ и МИ-6 для борьбы с проявлениями коммунизма в Западной Европе и координировались отделом НАТО по нетрадиционным методам ведения боевых действий. Из-за того, что ожидаемой советской оккупации не случилось, тайные армии "Гладио" были вынуждены перейти от военных методов борьбы к подавлению коммунистических партий в западных странах путём провокаций, терактов, госпереворотов и пыток. В одной лишь Италии с 1966 по 1987 год произошло 14590 терактов, в результате которых погиб 491 человек и был ранен 1181. Правительство США отрицает причастность тайных армий "Гладио" к терроризму.

   В 1998 году в Белфасте было подписано соглашение Страстной пятницы о политическом урегулировании североирландского конфликта, включающее в себя пункт о разоружении ИРА и освобождении республиканских заключенных. Однако после тридцати лет политического подавления, терактов, убийств и покушений, взаимная неприязнь католической и протестантской общин осталась непреодолимой.

   В том же 1998 началось расследование о расстреле мирной демонстрации в Кровавое воскресенье 1972 года. Следствие длилось двенадцать лет, и в 2010 году комиссия вынуждена была признать, что "стрельба британских солдат по демонстрантам не имела законных оснований". Премьер-министр Кэмерон публично извинился за Кровавое воскресенье от имени государства. Но ни один из убийц тринадцати человек так и не был наказан.

   В 1977 году во время суда над членами ВИРА обвиняемые заявили о причастности их организации к двойному теракту в Гилфорде в 1974 году и потребовали пересмотреть дело "гилфордской четвёрки", незаконно обвинённой в этом преступлении. Лишь в 1989 году дело было пересмотрено, и оговорившие себя после пыток ирландцы были выпущены на свободу апелляционным судом.

   Террорист Ильич Рамирес Санчес, по прозвищу Карлос "Шакал", в 1994 году был экстрадирован властями Судана во Францию, где и был осужден за убийство трёх человек в 1975 году и организацию четырёх терактах в 1980-е на территории страны. Приговорен к пожизненному заключению. Обвинение в организации налёта на штаб-квартиру ОПЕК и похищении министров ему так никогда и не было предъявлено. Зато оно было предъявлено террористке Габриэль Крёхер-Тидеманн по прозвищу "Нада" в 1987 после её экстрадиции из швейцаркой тюрьмы в западногерманскую. Следствие было окончено 1990 году - ни один из свидетелей так и не опознал "Наду" в Габи Крёхер.

   По делу о взрыве вокзала в Больнье в 1980 году были осуждены два неофашиста, которые, впрочем, так и не признали за собой вины. За затягивание расследования были осуждены масон Личо Джелли, сотрудник ЦРУ и СИСМИ Франческо Пацьенца, и ещё двое офицеров разведки.

   Личо Джелли после побега из швейцарской тюрьмы в 1982 году пять лет спустя по неизвестным общественности причинам, сдался властям и снова оказался за решёткой. Помимо теракта в Больньи, его осудили за банкротство Банка Амвросия, контрабанду валюты, выдачу государственных секретов. В 1995 году Джелли был переведён под домашний арест, с 1998 в бегах. В 2013 году за новые финансовые махинации итальянские власти конфисковали виллу у девяносточетырёхлетнего Личо Джелли. В декабре 2015 года он скончался в Ареццо.