Иуда Освобожденный (ЛП) - Гамильтон Питер Ф. - Страница 190

Вагон продолжал путь, каждые несколько секунд позвякивая на стрелках и переходя с одной ветки на другую. Мимо грязноватых окон проносились длинные, ярко освещенные поезда. Впереди уже показалось розоватое свечение переходов, отражающееся в бесчисленных рельсах. Но полоса переходов прерывалась темными пятнами. «Закрытые червоточины». Алик подумал, что этим секциям уже никогда не сиять волшебным звездным сиянием, и от такой мысли ему стало грустно.

— Что-нибудь слышно о Тарло? — спросил он.

— Нет, босс, — ответил Мэттью.

— Ладно.

Он и так знал, что новостей нет, просто хотел что-нибудь сделать, чтобы успокоить расшалившиеся нервы.

Вагон вышел на прямой отрезок перед длинной стеной переходов и продолжил двигаться, хоть и намного медленнее. В этом секторе сортировочного участка поездов было заметно меньше. На одной из боковых веток стоял локомотив класса «GH7»; к мощной машине было подцеплено всего пять вагонов, выкрашенный зеленой краской корпус настолько запорошило песком, что Алик не сумел рассмотреть логотипа компании.

Эл-дворецкий доложил о вызове Даниэля Алстера.

«Вы приблизитесь к переходу на Буунгейт через пару минут, — сказал Ал-стер. — Как только будете на месте, мы откроем червоточину и дадим вашей системе сигнал для прохода. Червоточина закроется через тридцать секунд после этого».

— Понял, спасибо.

«Желаю удачи».

— Все идет хорошо, — сообщил Алик товарищам.

Вагон скрипнул и снова стал набирать скорость — и сердце Алика тоже забилось быстрее.

Оскар никак не мог отвести глаз от Тигрицы Панси. Она несколько раз замечала его пристальное внимание, а Оскар на ее вопросительный взгляд мог ответить только вежливой полуулыбкой. Он понимал, что подобное поведение граничит с грубостью, но эта девушка так сильно выделялась в окружающей обстановке, что ее привлекательность стала сродни силе притяжения настоящей звезды. Да и кто в ее положении стал бы обращать внимание на бестактность? «А что после такого суждения можно сказать обо мне? — подумал он. — Адам прав: я сильно изменился».

— Ты должен это прекратить, — сказала Анна.

— Я понимаю, — смущенно пробормотал он.

Ее усмешка стала издевательской.

— Если уж ты такой поклонник ее таланта, надо преодолеть свою застенчивость и попросить автограф.

— Чепуха, я для этого слишком скромен.

Уилсон засмеялся.

— Не поддавайся на ее поддразнивания, старик.

— И это совет мужа-подкаблучника! Да, как раз то, что мне нужно.

Легкомысленная шутливость Уилсона мгновенно иссякла.

— О черт! — прошептал он. — К нам идет Дадли Боуз. В обеих ипостасях. Человеческий экземпляр явно сильно рассержен.

Оскар едва удержался, чтобы не оглянуться.

— Пора бежать?

— Слишком поздно, — сказала Анна, стиснув зубы и стараясь улыбнуться.

— Капитан Монро.

Высокомерный тон Дадли уничтожил остатки хорошего настроения Оскара. Он обернулся и изобразил улыбку.

— Дадли. Насколько я понимаю, ты восстановил свои воспоминания.

Его взгляд остановился на высокой фигуре чужака со странными столбовидными отростками. Некое подобие глаза на одном из них нацелилось прямо на Оскара, и он решил, что это раздражает его гораздо сильнее, чем переглядывание с Панси.

— Да, негодяй, — выплюнул Дадли-человек. — Я вернул память и теперь знаю, что ты со мной сделал.

Люди вокруг них насторожились и поглядывали с заметным беспокойством.

— Проблемы? — вежливо осведомился Уилсон.

— Можно подумать, это вас интересует, — съехидничал Дадли. — Ты бросил меня умирать.

— Ты говоришь так, словно это было сделано намеренно, — вмешалась Анна.

— А разве нет? — воскликнул Дадли. — Ты все время твердил, чтобы мы шли дальше. Все время одно и то же: «Еще немного, Дадли. Посмотри, что там, за следующим витком спирали. Это так интересно». И мы тебе доверяли.

— Я никогда не говорил ничего подобного, — возразил Оскар. Он вызвал в памяти те ужасные минуты в Сторожевой Башне. — Ваше коммуникационное устройство отказало сразу после входа в тоннель.

— Лжец! Ты знал, что корабли Утеса Утреннего Света уже близко. Я видел официальные записи, весь экипаж был в панике. А ты заставлял нас продолжать осмотр. Ты выкинул нас, словно ненужный мусор.

— Если ты действительно смотрел официальные отчеты, ты должен знать, как мы отчаянно старались восстановить связь, — с трудом сдерживая гнев, сказал Оскар. — Мак и Франческа рисковали своими жизнями, пытаясь вас отыскать. Ты сам проигнорировал протокол. Вы должны были вернуться, как только нарушился контакт. И если бы ты уделял больше времени предполетным тренировкам, ты бы об этом знал. Но нет, ты был слишком занят заигрываниями со СМИ, чтобы учиться, как все остальные. «Великий исследователь» на переднем крае человеческих изысканий! Ты настолько же некомпетентен, насколько высокомерен, и это сочетание привело человечество к войне.

Уилсон поспешил встать между ними. Оскар сильно разозлился. Ему и самому больше всего хотелось разбить нос Дадли — и все равно, как это будет выглядеть.

— Хватит, перестаньте, оба, — сказал Уилсон.

Его слова прозвучали как приказ. И Оскар, хотя и продолжал буравить Дадли сердитым взглядом, все же отступил. «Черт возьми, — поразился он, — как Уилсон этого добивается?»

— Нам необходимо восстановить те события и разобраться, в какой момент произошел сбой в системе коммуникаций, — продолжил Уилсон. — Но сейчас для этого не время и не место.

— Ха! — огрызнулся Дадли. — Официальные данные флота уже дискредитированы. Или вы успели приготовить оправдательные отчеты до того, как президент выгнал вас со флота?

Теперь уже разъяренный Оскар встал между Уилсоном и Дадли.

— Частью обучения, которые ты пропустил, пока болтал на разных ток-шоу, было определение безвыходных ситуаций. Тебе надо было уничтожить вставку памяти и убить себя сразу, как только ты попал в плен к праймам. Откуда, как ты думаешь, Утес Утреннего Света получил координаты наших планет, а? Из твоей головы! Ты не только предатель, но еще и трус!

Дадли бросился на него с поднятыми кулаками. Мобайл Боуз обхватил его гибкой рукой поперек туловища и оттащил от Оскара.

Уилсон сильно толкнул Оскара в грудь, и этот удар заставил его сердце сжаться от стыда.

— Простите, — промямлил он, с ужасом заметив, что Анна тоже держит его за руки. — Он просто меня достал!

— Я понимаю, — сказал Уилсон, все еще держа Оскара за плечи, чтобы в случае чего оттащить его от противника.

Дадли и мобайл Боуз, почти в точности повторяя их действия, удалялись в противоположном направлении. Дадли сумел обернуться и злобно сверкнуть глазами.

Оскар прикусил нижнюю губу, отчаянно пытаясь подавить желание начать все сначала. Анна и Уилсон крепко держали его.

— Пойдем, — тихонько уговаривала Анна. — Перестань. Успокойся.

— Ладно. — Расстроенный Оскар примирительно поднял руки. — Сдаюсь. Займусь йогой и дыхательной гимнастикой.

Анна усмехнулась.

— Никогда бы не подумала, что ты на это способен. — Она насмешливо надула губки. — Такой мачо-о-о!

Оскар поморщился.

— Не надо, прошу тебя.

Уилсон дружески улыбнулся, но затем его лицо стало серьезным.

— Знаешь, как бы я ни недолюбливал Боуза, его заявления вызывают серьезные сомнения.

— Агент Звездного Странника? — догадался Оскар.

— Именно об этом я и подумал. Черт, надо бы и впрямь сесть за стол с мелким мерзавцем и выслушать его.

— Лучше уж поговорить с мобайлом. Он не так легко съезжает с катушек.

— Эй, успокойся.

Анна ткнула его кулаком в плечо.

— Ой!

Он потер плечо и вдруг заметил, что в паре метров от них стоит Тигрица Панси и яростно работает челюстями, гоняя во рту жевательную резинку.

— Какие вы крутые, парни. Правда.

— А это еще что такое? — воскликнул Адам.

Датчики, установленные Хранителями вокруг перехода на Буунгейт, показали, что к нему приближается старенький запыленный вагон.