Иуда Освобожденный (ЛП) - Гамильтон Питер Ф. - Страница 189

Тем не менее во время ожидания, пока отряды задержания доставят предполагаемых агентов Звездного Странника, Уилсону пришла в голову удачная мысль. Они с Анной подошли к мобайлу Боузу, когда тот закончил разговор с Кватуксом, и спросили, принимал ли он сигнал, переданный во время вспышки на Дальней.

— Нет, — ответил мобайл Боуз. — Не принимал.

— В Содружестве никто так и не сумел его расшифровать, — пояснил Уилсон. — Но если ты прав и Звездный Странник действительно является праймом-чужаком…

— Я понимаю, — прервал его мобайл Боуз. — Неплохо бы мне перевести его для вас.

— Да, — сказал Уилсон. — Этот вопрос беспокоил меня с того самого момента, как мы поняли, кто такой Звездный Странник. Полагаю, он пытался связаться с другим кораблем?

— Это маловероятно, — ответил Дадли Боуз.

Астроном подошел ближе, едва заметил, что мобайл включился в еще одну беседу.

Уилсон стиснул зубы и заставил себя улыбнуться.

— Почему?

— Вспышка — это сигнал ненаправленного действия.

— Я думаю, их корабли сохраняли молчание во время полета, чтобы не привлекать внимания создателей барьера, — сказала Анна. — А после приземления Звездный Странник не знал, где они находятся, потому и посылал сообщение во всех направлениях.

— Ничего подобного, — заявил мобайл Боуз. — Дальняя совершает оборот вокруг звезды за двадцать пять суток, а вспышка длилась всего неделю, так что сигнал распространялся в относительно узком секторе, не включающем Пару Дайсона. Звезды просто заслонили бы сигнал от кораблей.

— Может, мы попробуем расшифровать его? — настаивал Уилсон, хотя уже и пожалел, что завел этот разговор.

Его эл-дворецкий связался с национальной библиотекой на Дамаране и получил копию записи.

Все замолчали, ожидая, пока мобайл Боуз просмотрит информацию. Всплеск активности в лекционном зале, вызванный появлением Кватукса, постепенно сошел на нет. Почти вся аппаратура уже была установлена, Кватукс и Тигрица Панси о чем-то беседовали тет-а-тет, Кошачьи Когти продолжали охранять главный вход, бойцы службы безопасности ККТ собрались вокруг Нельсона и Паулы. Единственной, кого Уилсон не увидел в зале, была Меллани.

— Все довольно просто, — объявил мобайл Боуз. — Сначала идет идентификация его личности, которая означает: «Утес Утреннего Света — семнадцать семьсот тридцать пять», а затем короткое сообщение: «Я здесь. Если кто-то из нас выжил, свяжитесь со мной или летите сюда». Послание оформлено в архаичном стиле, но смысл расшифровать очень легко.

— А были ли зафиксированы другие вспышки? — спросила Анна. — Ответы на призыв Звездного Странника?

— Нет, — ответил Дадли.

— Но это не значит, что их не было, — заметил мобайл Боуз. — Если кто-то из уцелевших праймов принял сигнал, для ответа он мог бы воспользоваться коммуникационным мазером. Ими были оснащены все корабли. И в Содружестве ничего бы не увидели.

В голове Уилсона возникли приблизительно те же мысли.

— Выходит, что мы не можем с уверенностью сказать, что на свободе нет других праймов.

— Если выжил один, логично предположить, что могли уцелеть и другие, — согласился мобайл Боуз. — Но вряд ли их много: праймы с Беты Дайсона перед установлением барьера только начинали строить космические корабли, у них не было таких производственных мощностей, как на Альфе Дайсона.

— Но если хоть кто-то из них обосновался на более гостеприимной планете, чем Дальняя, трудно сказать, насколько распространилась эта цивилизация за прошедшие годы. Они же размножаются с кошмарной скоростью.

— И нельзя исключать вероятности, что вне барьеров могли оказаться и корабли праймов с Альфы Дайсона, — добавила Анна.

— Значит, придется предпринять широкомасштабное исследование звезд в этом секторе Галактики, — сказал мобайл Боуз. — Проблема затрагивает более широкие области, чем мы думали.

— Если Найджел Шелдон применит оружие, обращающее звезды в новые, проблема значительно сузится, — заявил Дадли.

Главная дверь лекционного зала открылась, и вошел Оскар. Он сразу заметил Уилсона и радостно замахал рукой.

— Черт побери, что ты тут делаешь? — широко улыбаясь, воскликнул Уилсон.

— Я мог бы спросить тебя о том же, — ответил Оскар, подставляя Анне щеку для поцелуя. — Надо было тебе увезти его на Йорк-пять и устроить нормальный медовый месяц, — с шутливым упреком обратился он к ней.

— Можно подумать, я не пыталась, — грустно призналась она. — Когда ты вернулся?

— Около пяти часов назад.

— Черт, как я рад, что с тобой все в порядке! — воскликнул Уилсон. — Проводишь перевооружение?

— Да, на «Дублин» загружают ракеты, а я получил другую работу.

— Что? Колумбия не может смириться с тем, что ты был моим заместителем?

— Нет, совсем напротив. Колумбия постепенно смиряется с мыслью, что Звездный Странник может быть реальной фигурой. И меня произвели в доверенные посланники. — Оскар рассказал о миссии парижского отдела. — Шелдон говорил, что ты можешь просветить меня насчет ваших секретных дел. Это что, действительно райель? — спросил он, увидев Кватукса.

— Да, настоящий райель. Его зовут Кватукс, и он согласился помочь нам в выявлении агентов Звездного Странника.

— Ага. — Оскар перевел взгляд на мобайла Боуза. — А это что за чужак?

— Это прайм, — со смехом ответила Анна. — Наш смертельный враг.

— Есть хорошая новость и плохая. Хорошая заключается в том, что этот индивидуум безопасен и играет на нашей стороне, — сказал Уилсон.

— А плохая?

— Это еще одна версия Дадли Боуза.

Алик в последний раз запустил интегрирующую программу. Дополнительное оружие, установленное в его бронекостюме, функционировало нормально. Два излучателя частиц на малметаллических рычагах, закрепленных на уровне основания позвоночника, поднимались и поворачивались в соответствии с программой поиска цели. В конце концов они уткнулись в Вика, чей скафандр благодаря гранатомету за спиной увеличился в размерах почти вдвое.

— Эй, осторожнее с этими штуками, — возмутился Вик.

Излучатели частиц немедленно вытянулись вдоль спины Алика. Ему, словно зеленому новобранцу, не терпелось опробовать их в деле. До сих пор он даже не знал, что эти устройства бывают портативными. Впрочем, даже с самыми современными аккумуляторами они обладали довольно ограниченными возможностями. Конечно, без скафандра и малметалла Алик не поднял бы их. Судя по весу, их делали из урана.

У Джона Кинга и Джима Ивана на предплечьях были закреплены роторные гранатометы, гибкие ленты которых тянулись к объемным рюкзакам. Мэттью Олдфилд отвечал за боевую электронику; вокруг его ног столпилось столько роботов-шпионов, что он стал похож на повелителя насекомых. И еще он управлял клеткой, состоящей из трех мобильных матово-черных кубов, имеющих достаточный запас прочности, чтобы удержать Тарло.

Алик даже немного удивился, что пол вагона выдерживает суммарный вес его команды.

Наконец он подключился к системе управления, и иссиня-черная рука в виртуальном поле зрения коснулась пусковой иконки. Система управления движением на станции Наррабри подтвердила готовность, и после небольшого толчка вагон пришел в движение.

— Мы движемся, — сообщил он Оскару.

«Отлично, я проинформирую Алстера. Он сейчас на пульте управления переходом. Чем занимается Тарло?»

— Ли говорит, что он все еще наверху, в кабинете службы безопасности.

«Ты уверен, что не передумал ехать на Буунгейт?»

— Это, конечно, не совсем то, чем я планировал заняться еще сегодня утром, но я не передумал.

«Удачи вам».

— Спасибо. Увидимся лет через пятнадцать.

Вагон вышел со вспомогательной ветки и начал набирать скорость. Наверху сумрачным куполом нависало защитное поле станции. Еще выше до самого горизонта простиралась полусфера городского защитного поля. Вспышки полярного сияния уже прекратились, но оставшийся энергетический заряд в атмосфере вызывал чудовищные молнии, сверкавшие у границ силового поля. Под защитой технологических достижений Алик чувствовал себя в полной безопасности. Уэссекс подвергся самой мощной атаке праймов, но выстоял. Этот факт позволял Алику не сомневаться в своем будущем.